Поминальная трапеза не затянулась. Князь недолго сидел за общим столом в гриднице и ушёл к себе, за ним поспешил верный друг и соратник Платон Антипович. Побоялся воевода оставить одного Михаила Васильевича после похорон жены. Очень уж скоропостижная кончина приключилась да оборвала счастье князя, а ведь ещё третьего дня Софья была жива, здорова и весела, а теперь во сырой земле. От скоропостижности и есть опасения воеводы за князя.

Долго сидели молча в княжеских покоях, ничем не выдавая бури в душе.

Но она бушует, и не только тоска и боль, а теперь и сомнения гложут:

Ещё вчера был один вопрос: «Как такое могло случиться?»

Каждую мелочь, каждую минуту последних дней пытался Михаил припомнить, была ли хоть какая-то закавыка, об которую можно было бы зацепиться, потянуть за ниточку, размотать и понять, откуда беда пришла. Кто сотворил зло с его лебёдушкой?

Все магические нити старательно обрублены, и концов не найти, кто-то сильный постарался, извести жену князя.

А теперь появился второй вопрос, и страшнее первого: «А умерла ли она на самом деле, не морок ли?».

Размышляя, не заметил, как заговорил вслух:

— Неспокойно на душе, словно живую жену в гроб уложил, да в могилу опустил, сам же первый ком землицы сырой бросил. Она совершенно точно была мертва, тело ледяное, онемевшее. Но кто же крикнул…

— Ой, княже, не томите себя. Так, недолго и самому занемочь, а это опасное дело, ну, крикнула какая-то юродивая. Такое бывает…

Воевода Уваров попытался свести все горестные домыслы к простому пояснению, и тем самым вернул князя в реальность.

— Юродивая? Ой ли? — мельком приметил нищенку, миловидная, и голосом, и словами так напомнила Софью, что сердце сжалось, и до сих пор не отпускает. — Надо бы к сыну войти, но пока не могу. Взвою волком без моей лебёдушки.

Стукнул кулаком по столу, чтобы выпустить пар, и точно не взвыть.

— Послушай, княже, есть такое дело, ежели человек, особенно жинка помирает мгновенно, а у неё дитя осталось, то не может душа её перейти в мир иной спокойно. У меня в детстве такой случай был, тётка померла, так она так наловчилась, что любого юродивого захватывала и передавала свои послания, да указания, поначалу-то думали, что это нас люди злые обманывают, чтобы подать клянчить. Но она говорила такие слова, какие никто знать не мог. Вот и княгиня также смогла.

Князь сначала смотрел в одну точку, словно там стоит невидимая тень его жены. Но теперь уставился на своего воеводу, да интерес сверкнул в глазах.

— И что вы сделали? Она упокоилась?

— Её муж надумал жениться через год-два, надоело ему привечать нищету, и слушать наставления покойной жинки. Он заказал сорок служб в разных храмах, и тётушка перешла в мир иной. А он после женился второй раз на хорошей женщине. Тебе, князь, ведь тоже придётся жениться, это неизбежность, если не возьмёте за себя деву из сильного рода, наша сила пошатнётся. Мне ли тебе напоминать. Отпустить надо, не сразу, но со временем придётся…

Князь поморщился, услышав самые жестокие слова, хотя и сам понимает, что сие дело неизбежное, как зима после осени.

— Но что, если она не умерла, или как твоя тётка мыкается между мирами. Так и бесовское подземелье можно вместо рая заполучить…

— Вот и я пытаюсь тебе об этом сказать. Не все души выдерживают такие мытарства. Многие обращаются в лярв. Отпустить надо её. Пострадать, но отпустить. Прикажи, и я отправлю гонцов во все города и монастыри с приказами отчитать панихиды. Так, мы её спасём, и вам с Богданом будет легче. Мёртвые — опасны, даже любящие.

Снова тягостное молчание и размышление. Подождать? Или всё же заказать панихиды?

— А если она сможет передать мне весточку, хоть бы…

— Ой, княже. Опасное это дело. Ты и сам знаешь, сам слышал, что юродивая тебе крикнула. Что прощения просит, что любит и просит о сыне позаботиться. Они все только такие слова и говорят. Не мучь себя, отпусти…

— Не просто так я этот разговор затеял, — Михайло Васильевич вдруг начал закатывать длинный рукав на шёлковой рубашке, и протянул руку, показывая воеводе истинную причину своих переживаний.

— Матерь Божья, метка брачная, она же вроде как должна сойти, после смерти жены.

— Она и сошла, сразу после смерти моей Софьи, растворилась, пропала. А сегодня утром вдруг начала гореть, и вот она проявилась. Потому я и в смятении, не понимаю, что делать. Она умерла, или нет, или я женат на призраке.

Воевода встал, забывшись, взял руку господина за запястье, и внимательно рассмотрел обновлённый знак брачного договора. Почесал затылок, покумекал, сокрушаясь, что не силён в магических делах, но совет дать решился.

— Я вот как думаю, завтра поезжайте в дом её матери, поспрашивайте, видела ли она или слышала призрака, матери это дело хорошо чуют о своих детях. И если что-то эдакое у них тоже происходило, то сразу же сделаем так, как мой дядька поступил. Но и к сведущему человеку надо бы обратиться. Есть у нас один колдун, кто по загробным делам промышляет. Во дворец он не пойдёт, нам самим придётся к нему проехать, однако это лучше после девятого дня.

— А если она ко мне придёт ночью.

— Придётся попросить её уйти, больно, но другого способа нет. Мёртвым не место среди живых…

Князь встал, резкими движениями раскатал рукав рубахи, и как загнанный зверь сделал несколько шагов взад-вперёд. Тяжело даётся принятие, но воевода прав, мёртвым не место среди живых.

— Хорошо, будь по-твоему, завтра навещу Пелагею Андреевну, попрошу прощения за то, что не сберёг нашу ладушку, и узнаю, не было ли у них каких-то явлений. После отдам приказ, разошлём гонцов.

— Вот это мудрое решение, уж поверь мне. Выйдут все сроки и на сороковой день она точно упокоится. А если нет, то тогда уж к колдуну.

— На том и порешим, а пока оставь меня в покое, один хочу побыть…

Воевода поклонился и вышел, прикрыв за собой массивные резные двери.

Когда тихие шаги стихли, князь встал в центре покоев, закрыл глаза и прошептал в пустоту:

— Любовь моя, Софья, если ты здесь, дай хоть какой-то знак, я почую, утешь мою душу, что я не совершил ужасное, похоронив тебя…

Долго стоял, ждал и ничего. Ни дуновения, ни голоса, ни касания, и даже свечи не колыхнулись. Однако метка вдруг перестала гореть, но и не исчезла, она просто вернулась на своё место, словно княгиня жива…

— Или в этот же момент у меня появилась новая невеста, твою ж… Как я об этом не подумал. Неужели так быстро? И где теперь её искать, да и надо ли…