Длилась она недолго: в полтретьего за мной приехали. Сначала дали несколько гудков, а потом с остановки послышалось:

— Эй, пассажирка! Я тут долго стоять не буду.

Оторвав голову от подушки, я сразу узнала голос водителя голубого автобуса. Чувства мои были двоякими: с одной стороны, я ждала путешествия в Волфайн, с другой — мне бы с реальной жизнью разобраться.

Я оделась, вышла из дома и направилась к остановке. Зашла в автобус, поздоровалась с водителем — и мы поехали по знакомой ночной темноте, в которой ничего, кроме наших фар, не было видно… В этот раз автобус шёл не без остановок. На одной из них в салон вошли двое — парень и девушка. Кажется, они были очень увлечены беседой. Наверное, заговорились, загулялись допоздна и никак не могли расстаться. Свет в салоне в этот раз был намного глуше, и я с трудом могла разглядеть их лица. Молодой человек что-то увлечённо говорил девушке, она кивала — и тут до меня донеслось знакомое… Стихи Сельвинского о тигре, которые так любил Миша!

— Миша, — хотела позвать я, но губы не слушались. — Миш! — слово застревало в горле. А стихи продолжали звучать. Девушка восхищённо смотрела на парня, чуть приоткрыв рот. Мишка! — снова ни звука…

Внезапно мне стало не хватать воздуха.

— Водитель! — закричала я; тут мой голос сработал. Остановите сейчас!

Автобус резко затормозил.

— Пожалуйста.

Я выскочила из салона на землю и, глубоко дыша, обернулась, двое сидели как ни в чём не бывало, совершенно не интересуясь происходящим. Чтобы проверить речь, я тихо-тихо пробормотала: «Мы — волки, и нас по сравненью с собаками мало…» Молодой человек — кажется, он не мог меня слышать — резко поднял голову и посмотрел в мою сторону. Девушка оглянулась на меня вслед за ним. Она оказалась очень хорошенькой… Автобус тут же зарычал и понёсся вдаль. А я осталась стоять на обочине, у самого леса.

Недалеко в лесу горел костёр. Ноги повели меня туда. Я поняла, что наконец-то увижу своих, и тут же забыла неприятности моей поездки.