Они целовались долго — жадно, отчаянно, будто пытались наверстать месяц разлуки. Дмитрий прижимал её к себе, руки скользили по её спине, зарывались в волосы. Вера отвечала с той же страстью, цепляясь за его плечи, чувствуя, как под тонкой тканью футболки перекатываются мышцы.

Когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Дмитрий прижался лбом к её лбу, закрыв глаза.

— Я думал, что потерял тебя навсегда, — прошептал он хрипло.

— Чуть не потерял, — ответила Вера, касаясь его щеки. — Если бы не Марина.

Дмитрий открыл глаза, усмехнулся слабо.

— Она вмешалась?

— Рассказала мне всё. Про Свету. Про то, как ты винишь себя. Про то, что боишься потерять снова. — Вера смотрела на него серьёзно. — Дим, я понимаю твой страх. Но ты не можешь прожить всю жизнь в броне. Это не жизнь. Это существование.

Он молчал, глядя на неё. Потом вздохнул, отпустил её, прошёл к дивану, опустился на него. Вера последовала за ним, села рядом.

— Когда умер Макс, я поклялся себе никого больше не подпускать близко, — сказал Дмитрий тихо, глядя в пол. — Работа, дом, одиночество. Никаких привязанностей. Так проще. Не нужно бояться, что кто-то пострадает из-за меня.

— Но так же больно, — возразила Вера.

— Знаю. — Он поднял взгляд на неё. — Но это другая боль. Привычная. Я научился жить с ней. А вот с новой потерей — не уверен, что справлюсь.

Вера взяла его руку, переплела пальцы с его.

— Дим, никто не даст тебе гарантий. Ни я, ни кто-либо другой. Мы можем расстаться. Я могу уехать. Могу заболеть. Могу разлюбить. — Она сжала его пальцы. — Но мы также можем быть счастливы. Прожить вместе годы. Создать что-то настоящее. Ты отказываешься от этой возможности только потому, что боишься плохого исхода?

Дмитрий смотрел на их сплетённые руки долго.

— Всю жизнь я контролировал всё вокруг, — сказал он наконец. — Ситуации, людей, риски. Это моя работа — анализировать, просчитывать, предотвращать. Но с тобой... я не могу ничего контролировать. Не знаю, что будет завтра. И это пугает.

— Пугает меня тоже, — призналась Вера. — Я только что вышла из отношений, где меня предали. Мне страшно доверять снова. Страшно, что ты снова оттолкнёшь. Или что твоя работа заберёт тебя окончательно. Но я здесь. Потому что ты стоишь риска.

Дмитрий посмотрел на неё, и в его глазах блеснули слёзы.

— Я не заслуживаю тебя.

— Заслуживаешь. — Вера коснулась его лица. — Ты добрый, честный, сильный. Да, сломленный. Но кто из нас не сломлен? Мы все несём шрамы. Вопрос в том, позволим ли мы им определять нашу жизнь.

Дмитрий накрыл её руку своей, прижался щекой к её ладони.

— Я хочу попробовать, — сказал он тихо. — С тобой. Но ты должна знать кое-что.

Вера насторожилась.

— Что?

Он выдохнул, выпустил её руку, встал. Прошёлся по комнате, остановился у окна.

— Мне предложили повышение, — сказал он, глядя на заснеженную Москву. — Начальник отдела уголовного розыска. Здесь, в Москве. Постоянно. Зарплата в полтора раза выше, статус, карьера.

Вера замерла, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— И ты... согласился?

— Ещё нет. — Дмитрий обернулся. — У меня есть до понедельника, чтобы ответить. Я думал принять. До твоего приезда.

— А теперь?

Он молчал долго, глядя на неё.

— Теперь не знаю, — сказал он честно. — Это то, о чём я мечтал. Карьера, признание, возможность делать больше. Но если я соглашусь, останусь в Москве. Навсегда. — Он помолчал. — А ты в Питере.

Вера чувствовала, как сердце колотится. Она приехала сюда, чтобы вернуть его. А он стоит перед выбором: карьера или она.

— Что ты хочешь? — спросила она тихо.

— Хочу и то, и другое, — признался Дмитрий. — Но понимаю, что не могу.

— Почему не можешь?

— Потому что не могу просить тебя бросить всё и переехать сюда ради меня. Это эгоистично.

Вера встала, подошла к нему.

— А если я сама хочу?

Дмитрий уставился на неё.

— Что?

— Дима, я фрилансер. Работаю удалённо. Мне без разницы, где жить — в Питере или Москве. — Она помолчала. — Да, в Питере есть Лена. Квартира. Привычка. Но там нет тебя. А ты... ты важнее.

Он качал головой.

— Нет. Я не могу позволить тебе жертвовать ради меня.

— Это не жертва, — возразила Вера. — Это выбор. Мой выбор. Я хочу быть с тобой. Здесь, там, где угодно. Если ты хочешь этой работы — бери. Я переберусь. Найду квартиру, клиентов. Начну заново.

Дмитрий смотрел на неё, и на его лице была борьба.

— А если через месяц поймёшь, что ошиблась? Что я не стою того, чтобы бросать привычную жизнь?

— Тогда вернусь. — Вера пожала плечами. — Но хотя бы попробую. Разве не об этом ты говорил сам? Попробовать?

Он молчал. Потом рухнул на диван, уронил голову в ладони.

— Это безумие, — пробормотал он.

— Любовь и есть безумие, — сказала Вера, садясь рядом.

Дмитрий поднял голову, посмотрел на неё.

— Ты... любишь меня?

Вера чувствовала, как краснеет, но не отводила взгляд.

— Да. Люблю. Даже когда ты невыносим.

Он засмеялся — коротко, хрипло, но искренне. Притянул её к себе, обнял.

— Я тоже люблю тебя, — прошептал он ей в волосы. — Так сильно, что не знаю, что с этим делать.

— Просто будь со мной, — прошептала Вера в ответ. — Это всё, что нужно.

Они сидели в обнимку долго. Потом Дмитрий отстранился, посмотрел на неё серьёзно.

— Если я приму повышение, будут ненормированный график, командировки, опасные дела. Иногда я буду пропадать на дни. Не смогу звонить, писать. Ты будешь сидеть дома, не зная, где я, что со мной. — Он помолчал. — Света не выдержала этого. Не уверен, что ты выдержишь.

— Я не Света, — твёрдо сказала Вера. — Я знаю, на что иду. Я видела тебя в отпуске — измотанного, с кошмарами, с шрамами. И всё равно здесь. Потому что люблю тебя целиком. С работой, с демонами, со всем.

Дмитрий смотрел на неё долго, и что-то в его взгляде сломалось. Он обнял её снова — крепко, отчаянно.

— Ладно, — прошептал он. — Попробуем. Но если станет тяжело, обещай, что скажешь. Не будешь терпеть и молчать.

— Обещаю, — ответила Вера. — Если ты обещаешь то же самое.

— Обещаю.

Они поцеловались — нежно, медленно, как обещание.

Когда оторвались, Дмитрий усмехнулся.

— Значит, ты переезжаешь в Москву?

— Похоже на то.

— К незнакомому оперу, с которым прожила всего две недели и переспала один раз?

Вера рассмеялась.

— Звучит безумно, когда ты так говоришь.

— Потому что это безумие. — Но он улыбался. Впервые за весь месяц — по-настоящему. — Красивое, но безумие.

— Тогда давай будем безумными вместе, — сказала Вера, целуя его в щёку.

Дмитрий обнял её за талию, притянул к себе.

— Ты понимаешь, что теперь застряла со мной? — сказал он.

— Надеюсь на это.

Они сидели на диване, сплетясь телами, и за окном падал снег — тихий, белый, укрывающий город одеялом. Новая глава их жизни только начиналась. Впереди были трудности, конфликты, страхи.

Но они были вместе.

И это было важнее всего.

Они заказали пиццу, сидели на полу, прислонившись спинами к дивану, и обсуждали детали.

— Тебе нужно жильё, — сказал Дмитрий, откусывая кусок. — Эта квартира съёмная, однушка. Тесновато для двоих.

— Можем снять побольше, — предложила Вера.

— Или... — Дмитрий помедлил. — Или я куплю. С повышением зарплата позволит взять ипотеку. Двушка в нормальном районе.

Вера уставилась на него.

— Ты хочешь купить квартиру? Для нас?

— Слишком быстро? — Он посмотрел на неё осторожно.

— Немного. — Вера усмехнулась. — Но мне нравится. Значит, ты настроен серьёзно.

— Очень, — подтвердил Дмитрий. — Вера, если ты переезжаешь сюда ради меня, хочу, чтобы у тебя было своё пространство. Не съёмное, временное. Настоящее.

Она коснулась его руки.

— Спасибо.

Он переплёл пальцы с её.

— Ещё нужно всё организовать. Твой переезд, расторжение аренды в Питере, перевозка вещей. Я помогу.

— У меня вещей немного. Помещаются в машину.

— Тогда в выходные съездим, заберём всё. — Дмитрий задумался. — А работу как будешь искать?

— У меня есть постоянные заказчики. Плюс буду искать новых здесь. Может, найду студию, где возьмут на удалёнку. — Вера пожала плечами. — Справлюсь. Главное — ты рядом.

Дмитрий притянул её к себе, поцеловал в висок.

— Я постараюсь быть рядом как можно чаще, — пообещал он. — Но бывают периоды, когда пропадаю на неделю. Телефон на беззвучном, связь только с коллегами. Ты должна быть готова к этому.

— Буду, — кивнула Вера. — Но ты тоже должен быть готов, что буду волноваться.

— Справедливо.

Они доели пиццу, Дмитрий убрал коробку, вернулся, сел рядом.

— В понедельник я дам начальству ответ, — сказал он. — Приму повышение.

— Ты уверен? — спросила Вера.

— Да. — Он посмотрел на неё. — Это шанс сделать больше. Помогать людям, ловить тех, кто причиняет боль. Я хочу этого. И теперь, когда ты здесь, я не боюсь.

Вера улыбнулась.

— Тогда поздравляю, начальник отдела Соловьёв.

Дмитрий усмехнулся.

— Звучит странно.

— Привыкнешь. — Вера прижалась к нему. — Я горжусь тобой.

Он обнял её, и они сидели так, в тишине, слушая друг друга. Вера чувствовала, как его сердце бьётся ровно, спокойно. Он расслабился. Впервые за месяц.

— Останешься на ночь? — спросил Дмитрий тихо.

— Если пригласишь.

— Приглашаю. — Он поцеловал её в макушку. — Останься. Навсегда.

Вера подняла голову, посмотрела на него.

— Это предложение?

— Пока приглашение. — Дмитрий улыбнулся — чуть смущённо. — Предложение будет позже. Когда куплю кольцо.

Вера засмеялась, чувствуя, как внутри всё переворачивается от счастья.

— Хорошо. Буду ждать.

Они провели ночь вместе — в его узкой кровати, сплетясь телами, шепча друг другу слова, которые месяц держали внутри. Дмитрий признался, что не спал нормально весь месяц. Вера — что плакала каждую ночь первую неделю.

— Больше никаких слёз, — пообещал он, целуя её веки. — Обещаю.

— И никаких побегов, — ответила Вера.

— Обещаю.

Они уснули под утро, в обнимку. Дмитрий — впервые за два года без кошмаров. Вера — чувствуя, что наконец дома.

Не в Питере. Не в Москве.

А рядом с ним.