Я продолжал слушать информацию про предателя Полякова.

'Вскоре по возвращении в Москву был назначен на должность старшего офицера третьего управления ГРУ. Ему поручили с позиций Центра курировать деятельность разведаппаратов ГРУ в Нью-Йорке и Вашингтоне. Планировался в третью командировку в США на должность старшего помощника военного атташе при посольстве СССР в Вашингтоне. Провёл в Москве несколько тайниковых операций, передавая ЦРУ секретную информацию (в частности, переснял и передал телефонные справочники Генерального штаба Вооружённых Сил СССР и ГРУ).

После упоминания фамилии Полякова в газете ' Лос-Анджелес таймс' в отчёте о судебном процессе над выданными им нелегалами Саниными, руководством ГРУ было признано невозможным дальнейшее использование Полякова по американской линии. Поляков был переведён в управление ГРУ, которое занималось разведкой в странах Азии, Африки и Ближнего Востока. В 1965 году был назначен на должность военного атташе при посольстве СССР ( резидента ГРУ) в Бирме. В августе 1969 года вернулся в Москву, где в декабре был назначен исполняющим обязанности начальника направления, которое занималось организацией разведработы в КНР и подготовкой нелегалов для заброски в эту страну. Затем стал начальником этого направления'.

— Офигеть! Как нам его разоблачить? Ну какие материалы можно подкинуть властям СССР, чтобы его взяли с поличным? — спросил я.

— Сейчас он работает по линии КНР, никак не проявляет свою работу на ЦРУ. Но я могу переснять его личное дело в ЦРУ и подкинуть нашим разведчикам в Нью-Йорке. Дроны следили за ним и обнаружили тайник у него в гараже, в нем есть все шпионские атрибуты — шифроблокноты, чернила для тайнописи, микро-фотоаппарат. Ну или можем просто устроить ему несчастный случай, в разведывательном деле это обычная практика — предложил Айк.

— Нет, надо именно сдать его властям СССР, чтобы они судили его, и сняли с должностей тех, кто его продвигал — сказал я задумчиво. — Давай свои варианты.

— Резидент советской разведки в Нью-Йорке работает заместителем постоянного представителя СССР в ООН, Бори́с Алекса́ндрович Солома́тин. Надо выходить на него, передать ему информацию. Я могу для этой цели задействовать андроидов.

— Хорошо, вернемся к этому вопросу позже, какие еще у нас есть предатели? — спросил я.

— Олег Гордиевский, вот читай про него:

'Вербовка Гордиевского произошла во время его тайной поездки в Швецию. Оказавшись там, разведчик решил посетить бордель, в который неожиданно нагрянула полицейская облава. Разобравшись, кто угодил к ним в руки, силовики сдали Гордиевского контрразведчикам — на предложение о сотрудничестве Олег, не раздумывая, ответил согласием.

В январе 1970 года разведчик вернулся в Москву. Два года он проработал в датском секторе 3-го (британо-скандинавского) отдела ПГУ КГБ, а в 1972 году вернулся в Копенгаген — на этот раз заместителем резидента КГБ по линии политразведки под прикрытием дипломатической должности. Согласно данным некоторых историков спецслужб, именно в этот период Гордиевский и начал работать на западную разведку — спецслужбы вышли на разведчика при помощи его студенческого друга, венгра Ласло Барани. Новому агенту был присвоен псевдоним Ovation, а сам Гордиевский предпочитал, чтобы его называли Феликсом'.

— В общем он передает попадающие к нему секретные сведения англичанам — выдал в заключении Айк. — Предатель, заслуживает смерти.

— На Коре так же жестко относились к предателям? — спросил я.

— Во всех странах Коры для них было только одно наказание — смертная казнь — ответил Айк. — Это не та сфера, где нужно проявлять милосердие. Как раз милосердие к ним и дает возможность появлению новых предателей. Только смертная казнь, в СССР также к этому относятся, и это правильно.

— Мне просто было интересно, как к этому относились в древности, на Коре — уточнил я. — А какие мы сможем передать улики к обвинениям в шпионской деятельности Гордиевского?

— Все материалы на Гордиевского, которые есть в МИ-6 и в разведке Дании у меня имеются. В МИ-6 все его рапорты о наших агентах в посольствах Дании и Великобритании — ответил Айк.

— Ну давай попробуем скинуть эту информацию спецслужбам СССР. А где ее лучше скинуть? — спросил я.

— Это твоя работа — думать за людей — я почувствовал в словах Айка усмешку.

— Ну ладно, предложи оптимальный вариант — немного изменил я его задачу.

— По Полякову информацию лучше скинуть в США, ну типа от сочувствующего СССР разведчика из ЦРУ — предложил Айк. — Ну примерно, как вы передали СССР лунный грунт.

— Опять девчонок отправить в консульство в Сан-Франциско? — улыбнулся я.

— Ну а почему бы и нет? — спросил Айк. — Наверняка они уже знают, что ваши документы липовые, что Зося не является гражданкой США.

— Зосю мы туда отправлять больше не будем, риск очень высокий. Отправим Ларису, найди ей подходящего двойника в США. Ну можно будет ее лицо немного подретушировать под прототип — попросил я.

— Задачу по Полякову понял господин капитан! — козырнул Айк.

— Так, теперь по Гордиевскому… Есть еще что-то весомое, кроме документов из МИ-6? Их могут посчитать провокацией — спросил я.

— Возможно… Но он очень осторожен. Очень осторожен — сказал Айк. — Проще его убить.

— Ну давай все-таки перейдем на конкретику. Есть фотографии контактов с иностранцами, которые он не отразил в отчетах? — спросил я, признаюсь, это по совету своего искина Дика. Он вместе со мной пытался решить эту задачу.

— Да, такие фотографии имеются, дроны их сделали. Мы следим за персоналом посольств СССР практически во всех странах, а также за персоналом посольств ведущих мировых держав в СССР. Главное противостояние в этом мире между СССР и США, остальные страны только примыкают к одной из сторон — ответил Айк.

— Хорошо, печатай на бумаге материалы по Гордиевскому и Полякову, я подумаю, как их перекинуть в СССР — сказал я.

Шпионские страсти

Айк распечатал мне материалы по контактам Гордиевского с иностранцами, о которых он не предоставлял отчет своему начальству, в том числе со связными МИ-6. Его наши дроны пасли плотно, даже потеряли двух мышек, которые слишком близко подобрались к столику, за которым сидели связной от МИ-6 и Гордиевский. Официант заметил мышку и раздавил ее каблуком ботинка, на благо после этого выбросил в помойное ведро. Вторую мышку раздавил бармен, который увидел ее, что поделаешь, естественная реакция человека. На благо никто с ними не стал разбираться, а выбросили их тушки в мусор, а то была был большая буча по поводу обнаружения таких совершенных электронных шпионов.

— Айк, мне кажется, что нам надо создать какую-то провокационную ситуацию, чтобы Гордиевский выдал себя — предложил я. — Просчитай различные варианты.

— Можно попробовать его перевербовать от имени израильской разведки, которая с пренебрежением относится к МИ-6. Шантажировать его пакетом датского досье насчет приключений в Швеции, плюс все его доносы в датскую разведку, у них все это запротоколировано, у нас есть копии. Он попытается сбежать, начнет выходить на своих кураторов в МИ-6, на этом его можно подловить — предложил Айк.

— Ладно, не будем с этим спешить, он от нас никуда не денется. Сдадим его, когда установим связь с руководством СССР — решил я, поскольку в этих шпионских делах откровенно плавал.

— Давай насчет Полякова подумаем, там улик с избытком хватает — решил я.

— Я предлагаю не мудрить, вновь отправить «Зосю» в консульство — предложил Айк. — Ее знают по лунному грунту, что она приносит только достоверную информацию, поэтому к ней отнесутся с доверием.

— А как передать эту информацию — распечатанной на принтере? — усмехнулся я.

— Нет, не стоит. Если она попадется с такой папкой, то ей пожизненное заключение гарантировано — сказал Айк. — Можно на микропленке сделать копии всех материалов и ее передать в консульство.

— А если с микропленкой застукают? — спросил я.

— Ну да, риск имеется, можно микропленку не проявлять, и засветить при опасности — сказал Айк.

— Нужно сделать что-то менее опасное для Зоси — сказал я. — Например она сообщит о месте закладки этой микропленки.

— Нет, бесполезно, будут опасаться провокации, что их возьмут с поличным при выемке тайника — возразил Айк.

— Тогда надо попробовать сделать по-другому. Микропленку доставить в консульство дронами, а где она находится сообщит Зося. Так они точно передадут ее по адресу — предложил я.

— Это самый лучший вариант — согласился Айк. — Мои крысы или воробьи, а еще лучше почтовый голубь доставят микропленку точно по назначению.

— Давай проработаем этот вариант. Где лучше это провернуть? В Сан-Франциско? Или в Нью-Йорке? — спросил я.

— С одной стороны в Сан-Франциско уже знают Зосю и к ее словам отнесутся серьезно. И точно передадут пленку дальше с диппочтой. В Нью-Йорке сначала будут опасаться провокации, долго думать, могут и засветить микропленку — ответил Айк.

— Ну тогда попробуем вновь посетить консульство в Сан-Франциско — сказал я. — А Зосю мы подстрахуем, она сама принесет микропленку в консульство.

— Но тогда может быть лучше эти материалы передать на бумаге? Спрячет под блузкой конверт с ними и передаст его руководителю консульства — предложил Айк.

— Опасно, это слишком опасно — возразил я. — Вот если бы эта бумага также бы засветилась при вскрытии конверта, тогда это бы было менее опасно для нее.

— Это хорошая идея, сделаю фоточувствительную бумагу и на ней напечатаем эти материалы. В случае вскрытия на свету бумага засветится, на ней останется безобидный текст. А если вскрыть при красном цвете, то весь текст будет виден, проявив его и закрепив как на обычной фотобумаге, получатся настоящие, то есть обычные документы — предложил Айк.

— Принимается, отработай технологию. А я займусь планированием визита в консульство СССР — сказал я. — Хотя чем это отличается от кассеты с пленкой? От обычного фотоаппарата? Также можно засветить. О! Надо придумать механизм засветки, нажал на ось ролика, а там зажглась микро-лампочка, то есть светодиод от миниатюрного супераккумулятора. Ну или крупинка магния вспыхнула, чтобы засветить пленку, но не более того, чтобы внешне это было незаметно. Главное, чтобы это все нельзя было увидеть невооруженным глазом, в этом плане проще замаскировать будет светодиод, наверное.

— Идея очень интересная, я могу встроить такую вспышку в ось ролика кассеты, внутри ее пластикового корпуса, снаружи его не разглядеть, только под рентгеном можно будет увидеть какие-то вкрапления… А после вспышки супераккумулятор разрушится, как и светодиоды, от них останутся только материалы, из которых они сделаны. Ну или с магнием что-нибудь придумаю. Займусь этим вопросом — идея очень перспективная — сказал Айк.

— Я думаю, что ты сможешь реализовать такую кассету, с ней и пойдет Зося в консульство — решил я. — Жду от тебя новостей по этой кассете, мы ее не раз будем использовать. Давай на этом завершим наши шпионские дела, как будут результаты наших усилий по разоблачению Полякова и Гордиевского, тогда будем действовать дальше.

— Слушаюсь господин капитан! — козырнул Айк.

Через неделю кассета для оперативной засветки фотопленки была готова, Зоя и Лариса отработали ее засветку при передаче. Айк сделал фотопленку с материалами по Полякову — посылка была готова.

Мы еще не решили, кто из них пойдет в консульство. С одной стороны, Зоя там уже бывала и для СССР это человек проверенный. Хотя с другой стороны «уборщица из НАСА» не могла иметь информацию об агентах ЦРУ.

— Давай отправим Ларису, и она будет уборщицей из ЦРУ! — прикололся Погодин.

— Да ну вас ребята! Я скажу, что перешла работать из НАСА в ЦРУ, и вот такая информация мне попала на глаза. Я ее быстренько сфоткала и решила передать СССР — улыбнулась Зоя. — Все равно эти легенды шиты белыми нитками и в СССР это прекрасно понимают.

— Зоя верно говорит, все эти легенды шиты белыми нитками. Но лунный грунт-то мы передали! Поэтому доверие к этой информации у них будет на сто процентов! — сказал я.

— Тогда Зоя и пойдет в консульство — констатировал Погодин.

— По той же схеме двинемся в Сан-Франциско? Будут другие предложения? Официальные пути исключены — спросил я друзей.

— А чего от добра добро искать? — усмехнулся Погодин.

— Ну тогда готовьтесь к поездке. Завтра с раннего утра будем там — решил я.

На следующее утро мы высадились, рядом с шоссе или технической дорогой Костал Трейл, проходящим под мостом «Золотые ворота» в Сан-Франциско. Прошли по газонам и леску к парковке, там арендовали Шеви Малибу, которая так полюбилась Погодину, он и сел за руль. Пару часов катались по улицам города, заглянули в ресторанчик быстрого питания, купили буррито — острое мексиканское блюдо — кусочки жаренного мясо с острыми приправами и овощами, завернутое в лаваш.

Запили это огненное блюдо кока-колой, проехали до консульства. Зоя вложила кассету в карман сумочки и двинулась к консульству. Очередей там не наблюдалось для американцев, поэтому она быстро оказалась в кабинете с консульским работником один на один.

— С какой целью вы прибыли к нам мисс Сколански? — спросил дипломатический работник, его Зоя видела первый раз.

— О, мне хотелось бы посетить СССР как туристке — улыбнулась Зоя.

— Мисс Сколански, вы проживаете в Техасе, а наше консульство обслуживает Западное побережье США — сказал чиновник с сожалением.

— Вот так и занесите в журнал посещений — улыбнулась Зоя, и погасив улыбку сказала уже на чисто русском, великом и могучем:

— А теперь быстро пригласи сюда Александра Ивановича Зинчука по срочному делу. И никому ни слова! — жестко сказала она, погасив улыбку.

Чиновник так и обмер, насколько был контрастным переход от легкомысленной девочки к жесткой женщине.

— Хорошо, сейчас приглашу — встал и вышел чиновник.

Через пять минут в комнату зашел Зинчук, увидел Зою, улыбнулся как старой знакомой — сказал чиновнику, что тот может быть свободным.

— Здравствуйте Зося или как ваше настоящее имя? — сказал он с улыбкой, присаживаясь к столу.

— Как ни будь в другой раз познакомимся поближе Александр Иванович, вот вам очередной подарок — она показала ему кассету. — Кассета с секретом, если нажать на ось ролика, то пленка засветится. Поэтому кладу ее в коробочку, в которой случайное нажатие исключено. Я тут перешла работать уборщицей в ЦРУ, там много чего интересного можно увидеть.

С этими словами она передала коробочку с кассетой Зинчуку.

— В КГБ ее проявят и обработают информацию, что содержится на ней, она будет очень полезной для СССР — сказала Зося.

— Мне сказали, что вы в прошлый раз нам передали обычный грунт, пошутили так сказать — ухмыльнулся Зинчук. — И что опять шутите?

— Вас обманули, ну а точнее ввели в заблуждение Александр Иванович, грунт был настоящий. Наверняка вас дотошно допрашивали насчет моей личности? Если бы грунт был земной — кого тогда бы заинтересовала моя личность? — улыбнулась Зоя.

— Хм, в этом вы правы, мы составляли ваш портрет — зачем, нам не сказали. И потом мне показывали фотографию настоящей Зоси Сколански, и это были не вы — сказал Зинчук.

— Ну еще бы я с настоящими документами к вам пришла бы? — усмехнулась Зоя. — Мне это ни к чему. Придет время, познакомимся поближе.

— Допустим, что я должен сделать с этой кассетой? — спросил Зинчук.

— Передать с диппочтой в КГБ, там сами разберутся. В общем у меня все Александр Иванович. Отметьте в журнале, что я обратилась не по адресу. В следующий раз сначала вам позвоню от имени Зоси, а придет другой человек. У нас появился канал для добычи подобной информации, как накопится — пришлем очередную кассету — встала Зоя.

— Был рад вас видеть — попрощался Зинчук.

Проводив Зосю, Александр Зинчук, руководитель консульства СССР в Сан-Франциско, тут же связался по ЗАС с Добрыниным, послом СССР в США.

— Александр Федорович, опять к нам приходила Зося Сколански, которая нам лунный грунт передавала — сказал он.

— Ну так в прошлый раз она над вами пошутила! — со смешком сказал Добрынин.

— Ну тогда с чего после этого меня допрашивали по ее поводу, и мы составляли ее словесный портрет и фоторобот? — усмехнулся Зинчук. — Для шутников столько усилий не тратят.

— Хм, вы наверно правы… И что на этот раз она принесла? — спросил Добрынин.

— Сказала, что теперь работает уборщицей в ЦРУ, и там много есть чего интересного и полезного для СССР. Передала кассету с непроявленной пленкой, предупредила, что кассета с самоликвидацией — если нажать на ось, то пленка будет засвечена. Поэтому при мне поместила ее в коробочку и передала — сообщил Зинчук.

— Да, интересно. Действуем по прежней схеме — коробочку в пакет, отправите с диппочтой ко мне, с сотрудника подписку о неразглашении — отдал распоряжение Добрынин.

Через два дня посол получил пакет с кассетой, вызвал к себе резидента разведки СССР, советника посольства Полоника.

— Михаил Корнеевич, вот прислали из Сан-Франциско, очередная посылка от доброжелателей, кассета с информацией из ЦРУ. Тут обработаете или в Союз отправите? — спросил посол.

— Расскажите подробности — попросил резидент.

Посол напомнил ему об истории с лунным грунтом, и что эту же кассету принесла та же девушка, сказав, что она теперь работает уборщицей в ЦРУ, сказала, что там много чего полезного для СССР можно увидеть. Пообещала, как накопится очередная кассета, снова заглянуть в консульство.

— Там история с лунным грунтом чем закончилась, как я понимаю теперь, он был настоящим? Нам-то сообщили, что это был обычный земной грунт, типа шутка была или провокация — прямо спросил посол. — Иначе зачем эти были усилия по установлению личности этой Зоси Сколански?

— Грунт был настоящий — вынужден был признать резидент. — Но НАСА его пропажу так и не обнаружило. Та девушка, которая приходила в консульство, не является Зосей Сколански, мы побывали по ее месту жительства и сделали ее фотографии, Зинчук не опознал ее. Наверняка на этой кассете имеется что-то ценное, я не буду рисковать — отправим ее в СССР диппочтой, пусть там разбираются и нам ценные указания выдают.

— Хорошо, так и поступим — согласился посол.

Через две недели

— Семен Кузьмич, к нам поступила кассета из нашего посольства в США, прислали кассету с пленкой. Мы ее проявили — вот тут информация. Она обескураживает просто — сказал помощник Цвигуна и положил папку ему на стол. Цвигун открыл папку, прочитал несколько листов и поднял удивленные глаза на помощника.

— Вы проверяли эту информацию? Насчет «Бурбона»? — спросил он.

— Пока нет, сразу вас ознакомил — сказал помощник.

— Такие тут подробности приводятся жуткие… На провокацию совсем не похоже — сказал Цвигун и продолжил читать.

— Тут же указано, что у него в гараже тайник со всеми шпионскими принадлежностями! Срочно в разработку! Обыскать негласно гараж, за Поляковым установить круглосуточное наблюдение, и как только обнаружите в гараже этот тайник — тут же задерживайте его — распорядился он и поднял трубку внутреннего телефона Андропова.

— Товарищ председатель! Срочные новости из ЦРУ поступили. Разрешите прийти доложить?

Андропов пригласил его, отложив все дела и он передал ему папку с информацией на Полякова. Тот помрачнел, читая информацию, потом спросил о предпринятых шагах. Андропов одобрил их и приказал звонить ему в любое время, сообщить новости о досмотре гаража. Через два часа Полякова арестовали прямо на рабочем месте, все улики были налицо.

На совещании центрального аппарата КГБ это было преподнесено как планомерная контрразведывательная работа, но до совещания состоялся разговор Андропова и Цвигуна.

— Степан Кузьмич, докладывай, откуда поступила эта информация — спросил Андропов.

— Из консульства в Сан-Франциско, помните историю с лунным грунтом? Вот эту кассету принесла та же девушка, что и лунный грунт — ответил Цвигун. — Она предупредила, что кассета может быть засвечена простым нажатием на ее ось, поэтому передала ее в коробочке, чтобы исключить случайное нажатие. Она назвалась Зосей Сколански, как и в прошлый раз. В разговоре с Зинчуком, это наш консул, пообещала принести еще кассеты с материалами из ЦРУ, как только накопится информация. Но предупредила, что уже придет не она, а она предварительно позвонит Зинчуку, сообщит о предстоящем визите. Других подробностей пока не знаю, дал распоряжение выяснить их.

— А что это за кассета, которая засвечивает пленку нажатием на ось ролика? — удивился Андропов.

— Наши эксперты разобрались с ней. Конструкция оригинальная и простая одновременно. Когда нажимаешь на ось кассеты, причем сильно, она резко проваливается и ударяет по камешку, из которого выскакивает электрическая искра, которая в свою очередь поджигает ватку, пропитанную горючим составом с крупинками магния, который очень ярко горит и засвечивает пленку. Там очень мало горючего вещества, микроскопические количества, главное во всем этом запал для магния. И газов практически не выделяется, так что внешне никак не заметно сгорание этого заряда. А свет проникает через тонкий пластик оси ролика и засвечивает пленку. Снаружи металлический чехол не дает этому свету попасть наружу. Так что пленка засвечивается совершенно незаметно для окружающих. Оборудование для изготовления такой штуки требуется не простое, в кустарных условиях такую вещь не изготовить.

— О чем это говорит Степан Кузьмич? О том, что в США есть какая-то мощная организация, которой под силу украсть двенадцать килограммов лунного грунта из НАСА, которая может переснять в ЦРУ личное дело двойного агента. Так ведь? — спросил Андропов.

— Ума не приложу, что это за организация… Может все-таки это частные лица, случайно получившие доступ к этим вещам? — спросил Цвигун.

— Ты сам-то веришь в такую случайность? — усмехнулся Андропов.

— Но как? НАСА и ЦРУ совсем разные ведомства! Если про НАСА можно сказать, что там полное разгильдяйство в плане охраны секретов, то про ЦРУ этого нельзя сказать — удивлялся Цвигун.

— В общем будем пользоваться предоставленной информацией. Информацию от них в срочном порядке пересылать в Москву не вскрывая, как они и поступили в этот раз. Предупредите Зинчука, чтобы вам сразу звонил и сообщал о таких контактах. Никаких попыток установить с ними контакт не делайте, сами выйдут когда захотят. А то вспугнем их еще ненароком — сказал Андропов. — Слишком ценная информация от них поступает. И приготовьте для Зинчука наши вопросы, что нас интересует больше всего. Хотя нет, не стоит. Если это попадет в руки американцев, то они будут знать, что нам это точно неизвестно.

— Ну давайте я просто обозначу темы, в виде шутки, насчет работы «Зоси» уборщицей в ЦРУ — какие темы нас еще могут там интересовать, чтобы они все подряд не фотографировали — предложил Цвигун.

— В таком виде вполне подойдет, чтобы устно им обозначить темы наших интересов — согласился Андропов.

Конец второй книги

Продолжение следует