Иван

Я вошёл в центральный зал, и сразу что-то показалось… неправильным. В воздухе висела смесь формальности, напряжения и чего-то слишком личного, как будто это был не просто визит, а тонкая игра с не до конца озвученными правилами.

Бросив взгляд на близнецов, я заметил, как у обоих колеблется внешность — человеческие черты то и дело превращаются в драконьи. Судя по взволнованному лицу Киоры и не менее растерянному — Теона, всё происходящее было в рамках нормы, вот только мне, всё ещё не привыкшему к местной магии, стало совсем не по себе от поплывших образов мальчишек.

Напыщенный беловолосый хлыщ бросил на меня изумлённый взгляд и чуть удивлённо приподнял брови:

— Молодой господин, кто вы и что делаете в замке Морского Лотоса?

— Ивэнь, что случилось? — почти одновременно с ним спросила Киора.

Мы с Юми переглянулись. Я заметил, что у девочки, которая ещё несколько минут назад казалось живой и сверхактивной в моей мастерской, вдруг выступили капли пота на лбу, а взгляд слегка остекленел.

Так. Что-то мне это категорически не нравится.

И раньше, чем я успел представиться, Юми вдруг выдала:

— А это наш управляющий Кураяма-дзё и мамин личный секретарь. Я знаю, что мама подписывает договоры только после его согласия.

Только на этих словах я заметил, как руки Киоры подрагивают, держа какой-то свиток. Ага. Сама драконица хоть и удивилась выходке своей отнюдь не пятилетней дочери, но промолчала. Гость же скривился, ответ Юми ему явно пришёлся не по душе.

— Здравствуйте, крылатый господин. — Я сложил руки и поклонился, как того требовал этикет. По крайней мере, я очень-очень надеялся, что получилось хотя бы сносно. — Разрешите представиться, Ивэнь.

Гость презрительно поджал тонкие губы, но кивнул.

— Лорд Таирен Замёрзшие Звёзды.

Он прищурился. И тут же распахнул глаза шире.

— Погодите-ка, уважаемый, но вы ведь даже не маг!

Согласно всё тому же этикету, самый простой человек без магии не мог занимать какую-либо приличную позицию во дворце. Так, например, я узнал, что у обеих немых служанок и Аянэ были крупицы магии, с помощью которых они могли управлять самыми простенькими артефактами — помыть полы, смахнуть пыль, зажечь или потушить свет. Кокку с гордостью утверждала, что с помощью своей цепочки на шее фильтрует всю воду на кухне. И если уж даже уборщицы умели делать какую-то волшебную ерунду, что-то подсказывало, что у «личного секретаря» леди Морской Лотос этой самой магии должно быть в избытке.

— Он маг! — запальчиво возразила Юми и прикусила губу.

Потому что неприлично так вмешиваться в разговор взрослых. Кто-то забылся.

— Уверяю, я маг, — торопливо сказал я, привлекая внимание гостя, и сделал шаг в сторону Киоры, делая вид, что хочу прочесть документ.

— Но у вас аура обычного человека! — возмутился лорд Таирен.

Я невозмутимо пожал плечами.

— Я издалека, и моя магия невидима для большинства драконов. Например, вот…

Я оглянулся в поисках подходящего предмета, который мог бы послужить линзой. На дальнем столике рядом с напольной вазой стоял высокий прозрачный графин с бесцветным саке. Подхватив его, я поставил сосуд прямо перед лицом гостя, напустив на себя как можно больше загадочности. Затем наугад выбрал чашку, расписанную летящими журавлями, изящно расправляющими крылья.

— Смотрите, журавли летят на восток.

Я покрутил чашку перед глазами мужчины, сделал несколько шагов назад и поместил посуду за графин чуть-чуть за точку фокуса, демонстрируя законы преломления света.

— А теперь взгляните: журавли изменили направление. Теперь они летят на запад, — сказал я, едва заметно наклонив голову, чтобы лучше видеть его реакцию.

Лорд Замёрзшие Звёзды натурально ахнул.

— Не может быть! Вы можете зачаровать жемчужный фарфор⁈

Киора вопросительно выгнула изящную бровь.

Хм-м-м. Кажется, я со своей демонстрацией преломления света нарушил какой-то местный магический закон. Но тем не менее я важно кивнул.

— Я же сказал, моя магия невидима.

— Ясно, — всё ещё несколько потрясённо пробормотал лорд Таирен. И больше, удивительное дело, не возражал.

Я подошёл к Киоре и поклонился, намекая, чтобы она передала свиток. Драконица нервничала, это было видно по тонкой жилке, пульсирующей на шее. Вообще, ощущение складывалось такое, что в зале нервничали все, кроме пресловутого напыщенного индюка-альбиноса. Ладно, он не был альбиносом, но смазливая самодовольная рожа ужасно бесила.

— Позволите?

— Да… конечно, Ивэнь, — едва слышно ответила Киора и будто в трансе отдала документ.

Её взгляд был полон странной смеси надежды и ожидания, словно я сейчас действительно должен был взять на себя роль её секретаря или даже… спасителя.

«Чё-ё-орт, да что тут творится⁈»

Под внимательным взглядом гостя я раскрыл свиток, и… кажется, я слишком сильно хотел его прочесть. Проклятая магия переноса! Я с лёгкостью мог переключаться между общечеловеческим и драконьим языками, но чтение давалось легко лишь тогда, когда я об это не задумывался. Иероглифы, издеваясь, прыгали перед глазами, пока я пытался собрать их в слова.

Что делать⁈ Не может же секретарь попросить прочесть бумагу вслух! Я обязан уметь читать! Я же не понимал ни единого проклятого символа.

«Ванька, успокойся и сосредоточься, подумай о чём-нибудь нейтральном, а то…»

— Это брачный договор, — тихо сказала Киора, вот ни разу не добавляя мне спокойствия. — Обряд будет проведён сегодня на закате.

«Какой нафиг брачный договор⁈ С кем? С ни-и-им⁈» — захотелось заорать мне, но вместо этого я решительно свернул рулон плотно исписанного пергамента и заявил:

— Так, детям тут не место. Пускай уходят.

— Но, Ивэнь… сан. — Очевидно, Киора была так взволнована чем-то происходящим в этом зале, что на миг забыла, что «на людях» мы общаемся на «вы». Кончик её очаровательного носика покраснел, а глаза влажно заблестели. — Разве вы не видите, что Сёму и Рёму лучше быть здесь? Перейдите на магическое зрение, и вы убедитесь.

Увы, я не имел магического зрения. Очевидно, Киора пыталась донести, что детям полезно находиться в этом помещении рядом с беловолосым типом, но я основательно в этом сомневался. Вон стоит посмотреть только на то, как изменилась Юми… Зато я прекрасно знал из психологии, что мошенники и манипуляторы всегда играют на внезапности. Они действуют, огорошивая свою жертву: неожиданными звонками, срочными требованиями, умоляющим тоном или угрозами. Их главная цель — заставить человека принять решение на эмоциях, в момент, когда разум ещё не включился.

Скоропалительная свадьба на закате, при том что ещё утром Киора о ней даже не заикалась, не нравилась мне совершенно. Ой как не нравилась.

«А может, ты, Ванька, ревнуешь?» — прошептал внутренний голос-паршивец, но я мотнул головой. Может, и ревную, но дела это не касается. Мне действительно не нравится то, что происходит.

— Госпожа Киора, выведите, пожалуйста, детей на улицу.

— Но…

— Пожалуйста.

«В конце концов, если они обратятся в драконов прямо в этом зале, то мы лишимся куска здания», — добавил про себя.

— Дети.

Теон встал почти мгновенно и первым делом направился к Сёму и Рёму. Юми послушно схватила маму за рукав. Киора величественно поднялась и посмотрела в глаза. В её взгляде был целый шторм эмоций: недоумение, изумление, обида и… что-то ещё, слишком глубокое, чтобы его можно было описать словами. Очевидно, она точно так же, как и мой внутренний голос, задавалась вопросом, с какой стати я её выпроваживаю из собственного дома.

Секунду-другую я был уверен, что сейчас мне выскажут всё по поводу моего самоуправства, но Киора неожиданно тихо вздохнула, стянула с руки перстень с огромным сапфиром и вручила мне.

— Как личному помощнику передаю это кольцо. Вы можете поставить печать на брачном договоре от моего имени. Дети… пойдёмте.

Ещё теплое украшение легло мне в руку. Судя по тому, как поперхнулся воздухом лорд Таирен, это было что-то из ряда вон. Но этим жестом Киора возвела меня ещё выше, давая полный карт-бланш на общение с её будущим мужем. От последней мысли, что вот этот белокожий крендель будет иметь право её трогать, видеть нагой и принимать совместный душ, стало как-то совсем не по себе.

Несколько секунд ушло на то, чтобы взять под контроль эмоции, но, к счастью, я в этот момент стоял спиной к уважаемому гостю. Лишь когда двери за Киорой и детьми закрылись, я развернулся к лорду Замёрзшие Звёзды.

— Искренне восхищён вашим мастерством, Ивэнь-сан, — вдруг заговорил лорд Таирен с тонкой, чуть маслянистой улыбкой. — Как изящно и непринуждённо вы сумели завоевать доверие леди Киоры, что даже как дракон из благородного дома Замёрзшие Звёзды я вынужден признать вашу исключительность.

Он сделал паузу, давая мне время осознать похвалу, а затем, прищурив глаза, добавил:

— Как маг вы вызываете глубокое уважение. Однако не могу не отметить: мне трудно принять, что в доме будущей супруги находится мужчина, чьё влияние столь явно ощущается. Посему как будущий владелец Кураяма-дзё вынужден сообщить, что сегодняшний день — последний в ваших обязанностях. Надеюсь, вы отнесётесь к моему решению с тем же достоинством, с каким, безусловно, привыкли справляться с любыми трудностями.

— Разумеется, мой крылатый господин. — Я поклонился согласно этикету, но вместо того чтобы выйти, демонстративно прошёл к кхантоке и сел на тот самый стул, на котором располагалась Киора.

Нагло? Ужасно. Но благодаря последнему жесту драконицы я имел на это право. Таирен тоже скривился, явно ожидая от меня другого поведения. Я же открыто посмотрел в бледно-серые глаза жениха Киоры:

— Однако если мне суждено провести в этом доме последний день, позвольте почтить его так, как принято на моей родине.

— И как же это? — Лорд Таирен заинтересованно приподнял тонкую светлую бровь.

— Устроить праздник. На прощание, чтобы каждый из нас запомнил этот день светлым и достойным. Разве не так поступают те, кто чтит традиции?

С этими словами я налил саке в самую большую чашку, которую нашёл на столе, и повернул крутящуюся часть кхантоке так, чтобы жидкость была ровно напротив лорда. После наполнил свою. Лорд Таирен смотрел на это со снисходительной полуулыбкой. И лишь когда графин был отставлен в сторону, он провёл пальцем по ободку и задумчиво произнёс:

— Если бы ваше искусство магии не явилось мне прежде, я бы мог решить, что вы, незнакомый с анатомией драконов, намереваетесь подчинить меня хмельным обманом и выведать тайны. Ваша телесная мощь, несомненно, превосходит мою в человеческой ипостаси. Однако люди часто забывают, что за обликом, который виден глазу, скрывается истинная сущность. Уверяю вас, прежде чем одолеть меня в этом поединке, вы скорее испустите последний вдох.

И с этими словами он опрокинул в себя стакан и противно улыбнулся, показывая, что разгадал мою стратегию. Однако я усмехнулся и… отставил свой стакан в сторону.

— Да, я действительно хотел вас подчинить. И, в общем-то, уже сделал это.

Таирен замер на мгновение, но почти сразу расхохотался — низко, громко, словно раскат грома разнёсся по залу.

— Подчинить? Меня? Ивэнь-сан, прекратите унижаться и покиньте замок. Если вы этого не сделаете в ближайший час, поверьте, я выставлю вас отсюда вон силой.

Он прекратил смеяться так же резко, как и начал.

— Единственная причина, по которой я вас пока терплю, — вы можете вот этим кольцом, — кивок в сторону перстня с сапфиром, — подписать брачный договор за мою невесту. Итак, вы всё ещё будете утверждать, что имеете надо мной контроль?

Его пальцы легко коснулись кромки стола, и по столешнице расползся иней. Температура в комнате мгновенно опустилась на несколько градусов.

— А я и не хотел одолеть вас в хмельном поединке. Но ведь я мог подлить вам настоящую отраву, — на этот раз хищно улыбнулся я. — Драконы устойчивы ко многим ядам, но не неуязвимы. Аспидорос, кровавый хвощ, чернокоготь… — Я изо всех сил напряг память, стараясь вспомнить все те травы, о которых Юми с восторгом читала в последней книге и показывала мне картинки. — Многое может убить дракона, если этого действительно захотеть.

— Вы не могли… — пробормотал резко побледневший лорд. Кажется, я правильно вспомнил названия.

— Почему? Замок защищает меня и тех, кто входит в род, но вы в него войдёте лишь после церемонии. — Я усмехнулся, откидываясь на спинку стула. Теперь надо было только «дожать клиента», убедив сознаться в преступлении. — Как вы могли заметить, я весьма недурственно обжился в Кураяма-дзё. Драконица и её дети мне благоволят. Ещё пару месяцев назад я появился у торий без единого скрипта за душой, а сейчас… — Я взмахнул руками, демонстрируя кимоно. — У меня всё есть. И работа непыльная. Вы же не думали, что я так легко отдам то, что нажил?

Бледность сменилась красным цветом, ноздри дракона расширились, он вскочил со стула, схватил графин и принюхался, затем взял мой бокал. Всё, до чего он дотрагивался, покрывалось инеем, но я не шевелился, доигрывая партию до конца.

— Вы уже слышите стук своего сердца в ушах, вас знобит и накрывает ощущениями холода, а руки вот-вот задрожат.

Не успел я перечислить все стандартные физиологические изменения при резком выбросе адреналина в кровь (а тут у любого выбросится, когда он поверит в то, что умирает!), как лорд Таирен заорал:

— Не верю!!! Я смотрел за вашими руками, вы ничего не подливали, да и графин не пахнет ядом! Мои перстни показали бы отраву! Вы лжёте!

— Так вы же сами отметили, что я могу зачаровать даже жемчужный фарфор. Ну а если я лгу, то и противоядие не требуется, верно?

За стремительной сменой цвета лица лорда Я-Самый-Умный было ужасно приятно смотреть. Каюсь, немножко издеваясь и мстя за то, что этот индюк украл у меня Киору на целых два часа, я добавил:

— Прямо сейчас у вас повышается потоотделение и снижается чувствительность к боли. Если вы себя ущипнете, то это будет почти незаметно. Такое уж свойство у моего коктейля трав, он убивает щадяще…

— Противоядие! Дайте мне его!!!

— Дам. Но при условии, что вы расскажете правду, почему Сём и Рём вдруг стали трансформироваться в драконов.

* * *

Киора

— Немедленно пошли Теона в Живую Бухту за исэи для близнецов и Юми, а вот эту дрянь нужно уничтожить или как минимум держать как можно дальше от детей. — С этими словами Ивэнь вручил драконице мужской амулет из сплава бронзы и меди, от которого тут же защипало пальцы. — Эта штука дестабилизирует их магию, активируя ядро, и… В общем, это не лекарство от Печали утраты, это обманка.

Киора стояла потрясённая секунду или две, потому что всё это время провела с детьми в саду, в той части, где теперь возвышался самодельный домик на камнях. Она не ожидала столь скорого возвращения Ивэня.

Слова попаданца оглушили.

— Как обманка? Я своими глазами видела…

Её мысли путались, и душа разрывалась на части от противоречивых чувств. С одной стороны, она радовалась, что наконец-то нашёлся дракон, чья магия укрепит ауры её детей и снимет проклятую болезнь, с другой стороны, с замирающим сердцем она морально готовилась к тому, что через пару часов навсегда станет леди Замёрзшие Звёзды. А может быть, даже через пару минут, если Ивэнь поспешит и подпишет договор от её лица.

— Оно вредное. Ужасно… Я ничего не понял в этой вашей магии, но лорд-альбинос сказал, что это не поможет молодым драконам.

— Он сам это рассказал⁈ Вот так просто?

Мысли драконицы путались. Как это может быть правдой?

— Ну-у-у… я бы не сказал, что это было просто. Но да.

— И ничего не потребовал за неразглашение?

Ивэнь криво усмехнулся.

— Ну почему же… потребовал поклясться, что я не сообщу тебе правду.

— И ты поклялся?

— Ага. Собственной магией.

Драконица уставилась на мужчину, не понимая, как реагировать. То ли это было сверхглупо, то ли гениально. Она так и не поняла, каким чудом он смог зачаровать тот жемчужный фарфор, но прежде чем задала уточняющий вопрос, рыжеволосый мужчина, так напоминающий ей девятихвостого лиса, добавил:

— Киора, давай быстрее, я сам до Живой Бухты сейчас точно не дойду.

Только на этих словах драконица заметила, как Ивэнь морщится и прикрывает ладонью рёбра. Сквозь дорогую ткань мужского кимоно проступило вытянутое алое пятно.

— Ох! Как это случилось⁈ Вам нужна помощь? — испуганно воскликнула Киора.

По правде говоря, за свои триста лет она очень мало общалась с людьми и точно не представляла, как раны на них сказываются. В учебниках всегда писали, что люди слабее драконов и физической силой, и здоровьем, но на этом всё.

— Ерунда, само заживет. — Ивэнь на миг зажмурился, что дало Киоре понять: мужчина как минимум лукавит. — Этот лордишка решил помахать своей зубочисткой напоследок, думая, что так мы договоримся лучше.

Киора тихо ахнула повторно. Она и представить себе не могла, что лорд Замёрзшие Звёзды опустится так низко, что нападёт на безоружного человека. Драконов испокон веков учили защищать людей, а тут…

— К счастью, Кураяма-дзё вовремя напомнил вашему потенциальному жениху, что не потерпит, чтобы в нём кого-то убивали, — усмехнулся Ивэнь.

Драконица стояла потрясённая, всё ещё не понимая окончательно, что именно произошло. Ивэнь был перед ней живым и почти невредимым и с какой-то напускной лёгкостью говорил о том, что лорд Таирен пытался её обмануть и лечения от Печали утраты нет… Она смотрела лицо мужчины и чувствовала… облегчение от того, что не придётся выходить замуж за дракона, который омерзителен её сути.

— Киора. — Ивэнь внезапно положил ладони на оба её плеча и слегка потряс. — Я понимаю, у вас сейчас произошла эмоциональная перегрузка, вы поверили в то, что лекарство существует, а его нет. Это шоковое состояние, но надо действовать. Пожалуйста, уничтожьте этот амулет, я не знаю, как сделать правильно, и проследите, чтобы Сёму и Рёму была оказана помощь. Потом Юми. Как я понял, у неё нет второй ипостаси, но этот дрянной артефакт всё равно постарался на славу. — Ивэнь скривился и затем махнул рукой одному из её сыновей. — Теон, быстро давай в Живую Бухту! Одна нога здесь, вторая — там. Нам нужен исэи.

— Хорошо! — отозвался подросток, который всё это время взволнованно косился на маму и братьев и не знал, как им помочь.

И время закрутилось.

Ивэнь извинился и сообщил, что ему нужно в комнату, чтобы промыть и перевязать рану. Сём и Рём молча расположились на лавочке, что было на них совсем не похоже, а Юми обняла маму и уткнулась лбом ей в живот.

До прихода исэи Киора слой за слоем создала плотный кокон вокруг медно-бронзового амулета, который Таирен принёс в их дом. К счастью, родная магия драконицы — вода — один из самых совершенных магических изоляторов. Она умеет гасить импульсы, рассеивать их и полностью блокировать. Главное, чтобы было достаточно воды, и та растворит в себе любые магические вибрации.

Уважаемый Такеши-сан — сухощавый пожилой мужчина, обладающий самым сильным даром исэи на всём острове, — появился в Кураяма-дзё буквально через полклепсидры. Лишь взглянув на близнецов, он ахнул, а затем без промедления приступил к работе.

Киора, хоть и не была искусна в целительстве, всё же могла видеть, как мощная магия исэи оживает в руках мастера. Такеши-сан трудился с полной самоотдачей, окутывая треснувшие ауры мальчиков мягкими потоками собственной силы. Она лилась из его рук, сглаживая разломы и трещины, переплетая их и укрепляя, как тончайшие золотые нити. Это было не просто лечение — это было искусство. Хотя и временное. Уже не первый раз Такеши-сан диагностировал её детей магическим зрением и помогал справиться с последствиями Печали утраты.

После того как ауры Сёма и Рёма снова обрели устойчивость, Такеши-сан принялся колдовать над Юми.

— Ну всё, вроде бы так будет нормально. Только в ближайшие дни никакого физического перенапряжения, молодые господа крылатые, и как можно больше сна, — сообщил исэи, вытирая рукавом тёмного кимоно пот со лба.

Киора кивнула детям, что те могут идти в замок. Они выглядели действительно уставшими, если не сказать измотанными.

— Леди Морской Лотос, разрешите, я присяду? — Мужчина указал взглядом на лавочку, которая в последние дни стала пользоваться исключительной популярностью. — Старый я стал совсем, уже не привык столько бегать и так выкладываться магически.

Киора не могла не отметить иронии: при жизни Родерика напротив располагался идеальный сад камней, но на этой лавочке сидел только он сам. Сейчас же, когда Ивэнь с мальчишками собрали напротив неуклюжее сооружение из обрезков корабельных досок и свалили валуны в одну неприглядную кучу, сама драконица приходила сюда практически ежедневно.

— Конечно, Такеши-сан. И не наговаривайте на себя, вы ещё молоды, вам всего двести пятнадцать, если мне не изменяет память, — тут же отозвалась Киора.

— Но я всё же человек, хоть и маг, а не дракон, и увы, наша жизнь существенно короче. — Он тепло улыбнулся драконице, затем вдохнул и выдохнул, приводя мысли в порядок. Киора не торопила. Она прекрасно знала исэи и то, что он всё расскажет, когда посчитает нужным.

Такеши-сан вновь глубоко вдохнул и выдохнул, наполняя лёгкие вечерним воздухом и отпуская скопившееся от работы напряжение, а затем удивлённо приподнял седые брови. Он был настолько поглощён лечением юных драконят, что только сейчас заметил своеобразную угловатую конструкцию там, где раньше был великолепный сад.

— Что это?

— О… это мой нянь соорудил для детей, — неожиданно смутилась Киора. — Понимаю, не очень торжественно для встречи гостей, но другого места как-то не нашлось… и детям нравится.

— Это хорошо, что нравится, — одобрительно кивнул исэи. — Им нужны положительные эмоции как воздух. Никогда подобного не видел, надо будет запомнить. Что ж… возвращаясь к тому, что сегодня произошло…

Драконица выпрямила спину и напряглась.

— Это было очень опасно? Последствия будут?

— Очень, — не стал скрывать правду исэи. — Но последствий, надеюсь, не будет. Как я понял, в замок был пронесён некий артефакт, который, с одной стороны, слабый настолько, что не воздействует на ауру взрослых окрепших оборотней, а с другой стороны, сильный до такой степени, что умудрился принудительно запустить трансформацию во вторую ипостась у недоразвившихся драконят. Он исчерпал почти все внутренние силы Рёма и Сёма. Повезло, что не дошло до магистощения.

— А Юми? — с замершим сердцем уточнила Киора.

— А ей повезло больше. В отличие от братьев, её организм не понимал, на что тратить силы. Да и рядом с артефактом она явно находилась меньше.

— Теон? — уточнила драконица на всякий случай, размышляя о том, что из-за неё дети чуть не пострадали.

— Сирена. Другая аура, артефакт на него не действовал. — Исэи бросил заинтересованный взгляд на парящий водяной кокон, в котором был заточён злосчастный амулет. — Леди Киора, и раз уж так получилось, что эта вещь смогла воздействовать на ваших детей… могу ли я попросить взять её?

— А зачем вам? — удивилась леди Морской Лотос.

— Хочу изучить. Но, разумеется, если у вас другие планы… — тут же пошёл на попятный Такеши-сан.

Драконица отрицательно покачала головой.

— Я планировала уничтожить. Забирайте, если вам нужна вещь, но пообещайте, что она не попадёт в плохие руки.

— Конечно, крылатая госпожа. Даю слово исэи.

С этими словами пожилой мужчина поднялся и поклонился хозяйке дома. Он коснулся водного кокона, тот лопнул как мыльный пузырь — и амулет упал прямо в его раскрытую ладонь. Такеши-сан ловко обернул артефакт в тряпицу и спрятал в рукав.

— Пусть вечерний ветер унесёт усталость дня, а тёплый свет луны принесёт вам покой и гармонию. — Исэи вновь низко поклонился.

— Пусть и ваш вечер будет согрет лунным светом, — попрощалась Киора.

Такеши-сан склонил голову к плечу и на миг замер.

— Простите за бестактный вопрос… леди Морской Лотос, а вы… не общались с богиней в последнее время?

Драконица тускло улыбнулась.

— Такеши-сан, я каждый день молю богиню о здоровье Рёма, Сёма и Юми. Но, как видите, безуспешно. Общение?.. Право, вы слишком высокого мнения о моей скромной персоне. Боюсь, боги редко обращают внимание даже на драконов. Оплату можете взять у Аянэ, она выдаст, а я на сегодня очень устала.

— Конечно, госпожа крылатая.

Киора повернулась и пошла по щебневой дорожке в Кураяма-дзё, думая о том, что это был очень и очень тяжелый день. Она так погрузилась в мысли, что не услышала слов исэи:

— Как странно… Я готов поспорить, что именно такую печать Авроры видел несколько месяцев назад.