Наверное, да, самым логичным было бы пойти спать. Вот только где гарантии, что, стоит мне уйти, Марк снова не попадёт под чары Кайлы? Не то чтобы я ему не доверяла или не верила в его силы, нет. Здесь скорее речь шла о страхе — мне столько пришлось сделать, чтобы освободить его из-под контроля, а потому упускать его из виду мне крайне не хотелось.

— Ты знаешь, я не хочу пока, — бодро ответила я. — Будет очень интересно понаблюдать за процессом. Всё-таки магия для меня слишком…

Марк внезапно резко поднял руку, призывая к молчанию. Я от неожиданности осеклась и действительно остановилась.

— Моя милая Аполетта, наша Кайла пришла в сознание и всё прекрасно слышит, — пояснил мужчина. — Подожди минутку.

Мужчина развёл руки в стороны и что-то скороговоркой проговорив, негромко хлопнул в ладоши.

— Теперь можешь говорить дальше, хотя я думаю, я твою мысль понял, — проговорил мужчина.

— Угу… магия для меня слишком необычна, чтобы такое пропускать, — рассеянно продолжила я. — Это ты сейчас что сделал, например? Лишил её слуха или нас каким-нибудь звукоизолирующим заклинанием укрыл?

— Лишил слуха, — ответил Марк. — Но второй вариант в теории тоже возможен. Как ты, наверное, поняла, я бы не хотел пока, чтобы Кайла знала, что ты попаданка. А точнее, я бы хотел, чтобы никто не знал. Это карается законом.

— ЧТО? — ужаснулась я.

— Ну не совсем карается, — попытался успокоить меня мужчина и начал объяснять, но легче мне от этого не стало. — Тебя заберут на допрос, проведут с тобой разъяснительные беседы и если сочтут, что ты не опасна для общества, и лишь тогда выпустят. Ну и, конечно же, проверят твой дар, поставят на учёт и будут отслеживать, для чего ты используешь магию: на благо королевства или нет.

— Ясно-о-о-о, — потрясённо ответила я. — В смысле заберут на допрос?! За что?!

— За то, что ты попаданка, — терпеливо повторил Марк. — В наш мир достаточно часто попадают души из вашего, и далеко не все из них миролюбивы. У некоторых «сносит крышу» от магии и возможностей, которые она даёт. У нас есть несколько ведомств, которые этим занимаются. Одни отлавливают «гостей» из других миров и устанавливают, насколько безопасны они для нас, другие — и следят, как проходит адаптация, и в случае нарушений правопорядка ловят и наказывают.

— Мда-а-а-а, — протянула я. — Это такое частое явление — попадание в ваш мир из нашего? Чтобы целые ведомства для этого заводить.

— У них есть и другие задачи, разумеется, но эта — немаловажная часть их работы, — ответил мужчина. — А твой случай вообще очень особенный.

— Почему? — нахмурилась я.

— Ты попала в тело принцессы этого королевства, милая моя, — с лёгкой грустью ответил мужчина. — Единственной дочери короля. В теории ты бы могла стать королевой.

— Могла бы?.. — удивилась я, но почти сразу вспомнила его вчерашние слова. — Ах да, ты же говорил, что король лишил меня титула наследницы за какие-то там прегрешения. И теперь ты его наследник, так?

— Так, — кивнул Марк.

— И что же такого сделала Аполетта, что король отказался от дочери? — спросила я.

— Ну… История эта немного сложная и запутанная, но я попробую её тебе вкратце рассказать, — задумчиво произнёс мужчина. — Дело вот в чём: в своё время Аполетта была гордостью и радостью отца, подавала надежды, как наследница, была умной, воспитанной, талантливой и рассудительной. Но лет в двадцать её словно подменили: она внезапно взбесилась, словно ей вожжа под хвост попала. Стала вести себя как высокомерная и капризная девица, которая кичилась своим титулом и будущей властью. Никто не понимал, что произошло, и поначалу ей это спускали с рук. Но время шло, а её поведение становилось всё хуже: она творила дикие, странные, недостойные будущей королевы вещи. Могла заявиться на заседание совета в неглиже или в обнимку с каким-то идиотом, вроде Адамара или Фрэнка, издевалась над слугами, заставляя исполнять её идиотские приказы, постоянно ссорилась с отцом, доводя беднягу до сердечного приступа. В какой-то момент её даже проверили, не попала ли в её тело гостья из другого мира, которая от власти с ума сошла, но нет. Это была наша принцесса Аполетта.

— Я, кстати, возможно, знаю, в чём дело, — нахмурилась я. — Я не всё сразу вспомнила из разговора с Кайлой, но вот сейчас скажу: она сказала, что это она так повлияла на Аполетту, специально, чтобы король разочаровался в ней и выбрал себе другую наследницу.

— Это возможно. На магию ламии её никто не проверял, — мрачно ответил мужчина. — А потом она забеременела от какого-то трубадура и попыталась заставить моего друга, одного из канцлеров, жениться на ней. Но вот дело было в том, что до того, как она внезапно резко изменилась, король уже сосватал её за меня. Более того, мы должны были пожениться после её двадцать первого дня рождения. Я любил её.