— Что ты там устроил?! — не выдерживаю, нарушаю свой обет молчания по отношению к мужу.

Я упорно игнорировала Королёва с тех пор, как мне довелось пообщаться с его адвокатом. Тот с вежливой улыбкой объяснил, что я никто и звать меня никак. Нет у меня ни на что прав, в том числе на собственного ребёнка.

Не поверила.

Как оказалось, зря.

Королёв решил действовать грязно — шантажом.

Смотрю на документы и фотографии, которые любезно предоставил адвокат Королёва.

— Тут ещё интересная аудиозапись.

Мужчина кладёт простенький серый диктофон на стол ровно посередине между нами и всё с той же, вежливой до зубного скрежета, улыбкой нажимает на кнопку плей. Из маленького динамика слышу мамин голос. Она с восторгом рассказывает о Стасе. Какой он замечательный и заботливый. Как мне с ним повезло. Ничего нового, собственно, как и её критика в мой адрес. Диалог построен грамотно — из уст родной матери получается, что я безответственная. И мне ни в коем случае нельзя доверять детей. Даже припомнила историю, как я в пять лет забыла кота на балконе.

— Вы же понимаете, Анна, что ни один суд не примет решение в вашу пользу.

Тыкаю пальцем в документы и фотографии.

— Только это всё неправда.

— А вы сможете это доказать? — мужчина иронично приподнимает бровь, — вы же умная девушка, Анна, должны понимать. У кого деньги, того и правда.

— Что же вы от меня хотите?

— Ничего сверхъестественного. Станислав Викторович предлагает вам сохранить брак. Это ваш единственный шанс быть с ребёнком.

С трудом удерживаясь, чтобы не высказаться в грубой форме о том, что думаю о Королёве и его адвокате. Какой же беспринципной мразью оказался мой муженёк. Но я не верю, что такое может просто так сойти ему с рук. В конце концов, можно поднять шумиху в интернете, на телевидение. Сделать всё, чтобы его политической карьере, которой он так дорожит, пришёл конец.

Адвокат внимательно следит за мной. Считывает все мои эмоции.

— Анна, я надеюсь, вы не будете усугублять своё положение и не начнёте делать глупости, — озвучивает предупреждение и не прощаясь уходит, оставляя меня одну с фальшивым компроматом на память.

Лживые справки, свидетельствующие о передозе, откровенные фотографии с разными мужиками — адвокат прав, после такого ни один суд не встанет на мою сторону.

Только если попытаться доказать, что всё это ложь.

Следующую неделю я бегаю по разным юристам, в поисках того, кто сможет мне помочь. Но стоит услышать фамилию моего мужа и его адвоката, как сразу все идут в отказ. Никто не хочет с ними связываться.

Я оказываюсь в чёртовой ловушке, куда сама себя загнала.

С Королёвым я старательно избегаю встреч. К удивлению, он мне это позволяет, но всему приходит конец. Вот и Стас однажды появляется в моей комнате, заявляет о благотворительном ужине.

— Надеюсь, ты успела принять правильное решение, Аня-я, — тянет моё имя на излюбленный манер, — будь завтра готова к шести.

Выбор без выбора.

Мне не оставалось ничего другого, как быть готовой к нужному времени. Я не планировала устраивать саботаж. Просто поддалась эмоциям, о чём не раз успела пожалеть. Хотела позлить Королёва, но никак не думала, что он устроит драку.

— Разве ты не этого добивалась? — слишком спокойным голосом задаёт вопрос, отчего мне становится не по себе. — Хотела привлечь моё внимание, поздравляю, у тебя получилось.

— Стас, отпусти меня.

— Нет. Мой ребёнок не будет расти без отца или воспитываться другим мужчиной.

— Ты будешь с ним видеться.

— Аня, что непонятного в моих словах? Хочешь свободу, пиши отказную. Я тебе даже денег на прощание дам.

— Серьёзно? Ты серьёзно считаешь, что я откажусь от своего ребёнка ради денег?

— А что не так, Аня? Ради квартиры ты продалась быстро.

Смысл его слов доходит до меня с какой-то задержкой. Мозг отказывается их воспринимать всерьёз.

Но всё же…

Они начинают набатом бить в голове.

«Продалась».

Звучат на повторе один раз, второй, третий. И меня срывает. Подаюсь к Стасу, начинаю колотить его, не стесняясь в выражениях, высказываю всё, что думаю о нём.

— Угомонись, дура! — рявкает на меня в ответ, — разобьёмся!

Запал пропадает так же быстро, как появился.

Обессиленно падаю в кресло и, прикрыв глаза, пытаюсь восстановить дыхание. Получается плохо, поэтому едва слышно прошу:

— Останови машину.

— Нет.

— Стас, останови машину. Мне нужен воздух.

Не вру. Потому что меня на самом деле начинает мутить. От запаха Королёва, которым пропитан автомобиль. От ситуации, в которой оказалась. От самой себя — Стас прав: я продалась.

Машина тормозит, я тут же нервными движениями отстёгиваю ремень безопасности и выпрыгиваю на улицу. Жадно хватаю ртом свежий воздух. Только лёгкие по-прежнему печёт от нехватки кислорода. Делаю шаг назад. Ещё один. Замечаю, как Королёв выдвигается в мою сторону.

— Не подходи, — выставляю руку вперёд, — умоляю, не приближайся ко мне.

Не узнаю собственный голос. Слишком надрывно звучит.

Стас застывает.

— Тебе всё равно не сбежать, Аня.

— Знаю. Но дай мне сейчас уйти.

Смотрю прямо в его глаза. Света фонарей недостаточно, чтобы разглядеть в них хоть что-нибудь, но Стас останавливается. Не пытается больше приблизиться ко мне.

Я отступаю ещё на один шаг. Другой. Лишь убедившись, что муж не идёт за мной, разворачиваюсь и убегаю на неудобных каблуках куда глаза глядят.