Она бросила мощное заклинание взрыва, чтобы отогнать бегущих к ней Пожирателей Смерти. Где же были все остальные?

Ремус и Тонкс сражались спина к спине. Они умело прикрывали друг друга, но непрекращающиеся атаки заставляли их отступать обратно к дому.

Гарри был ближе всего к ней, яростно сражаясь с десятками Пожирателей Смерти. Его очки были разбиты и выглядели так, словно режущее заклинание попало ему в лоб. По половине его лица стекала кровь.

Фред, Чарли и Рон с трудом пробивались к нему.

Гермиона отвела глаза, и вдруг ее взгляд поймал отблеск острия ножа.

Она инстинктивно уклонилась и схватила запястье нападавшего, используя инерцию его тела, чтобы продолжить движение ножа и вонзить его в живот другого приближающегося Пожирателя Смерти.

Обладатель ножа зарычал от ярости и развернулся, чтобы снова напасть на нее.

Движения палочкой в непосредственной близости от противника были трудными. Она пыталась сделать правильный взмах, но у нее едва хватало места, чтобы пошевелить запястьем.

Быстро.

Смертоносно.

Едва заметным движением она подняла руку вверх. Крошечная алая полоска возникла на шее Пожирателя Смерти, прежде чем его голова свалилась вниз. Кровь брызнула на лицо Гермионы.

Кровь была везде, даже в ее глазах. Девушка почувствовала ее вкус, когда нож со звоном упал на землю.

Гермиона вытерла лицо и увидела, как огромный Пожиратель Смерти без маски схватил Рона и вонзил зубы ему в плечо. Это был оборотень.

Гарри, Фред и Чарли стреляли в него залпами парализаторов. Но это не помогало.

Рон кричал в агонии, пытаясь освободиться. Оборотень резко вскинул голову, разрывая Рону плечо.

До полнолуния оставался всего один день. Сила заклинания, необходимая для уничтожения оборотня в этот момент, должна быть значительной. Еще как минимум семь серий парализаторов.

Рон не сможет протянуть так долго.

Заклинание, выводящее из строя оборотня. Гермиона судорожно пыталась вспомнить подходящее.

Она сосредоточились на своей магии и прошипела:

— Карбонскере.

Что-то в ней изменилось.

Темное проклятие вырвалось из ее волшебной палочки. Оно было похоже на облако черного дыма, которое пронеслось над полем и взорвалось вокруг Пожирателя Смерти. Оборотень на секунду замер и рассыпался в пыль. Рон упал на землю.

Пока Гермиона смотрела на него, внутри у нее все похолодело. Все вокруг казалось сплошным размытым пятном.

Она споткнулась и схватилась за грудь.

Когда мир снова оказался в поле ее зрения, она заметила движение в свою сторону. Девушка увернулась, отскочив назад.

Это было похоже на сильный удар кулаком в ребра.

Гермиона ахнула, пытаясь вдохнуть, и посмотрела вниз. В правую часть ее груди по самую рукоять был воткнут нож. Если бы она повернулась на долю секунды позже, он мог попасть ей в сердце. Хотя, возможно, нападавший не был в состоянии прицелиться достаточно хорошо.

Ее разум целительницы никак не мог отключиться.

Палочка выскользнула из пальцев, а руки резко метнулись вниз, чтобы сомкнуться на чужих, тех, которые все еще держали ее, останавливая противника, прежде чем он решит ударить ее снова.

Гермиона почувствовала, как хрустнули кости в ее левой руке, когда она крепко сжала его запястья в своих. Не позволяя себе останавливаться, чтобы думать о том, насколько больно будет двигаться с лезвием внутри себя, девушка яростно ударила коленом между его ног.

Он рухнул на землю, хватка на рукояти ножа мгновенно ослабела. Гермиона отшатнулась, захрипев от боли.

Куда делась ее волшебная палочка? В ее глазах стояла кровь. Она тряхнула головой, пытаясь прояснить зрение.

Девушка снова бросила взгляд на свою грудь. Правое легкое было проколото, и она подозревала, что была задета печень. С того угла, под которым Гермиона смотрела на свою рану, трудно было утверждать наверняка.

Она наконец заметила свою палочку. Аккуратно попыталась дотянуться до неё, не сгибая туловища. Когда ее пальцы коснулись палочки, Гермиона почувствовала, как кто-то грубо запустил руку в ее заплетенные волосы и потянул наверх, пока она не повисла в воздухе, едва касаясь пальцами земли.

— Я помню тебя, Грязнокровка, — усмехнулся Рабастан Лестрейндж, снимая маску Пожирателя. Он опустил взгляд и заметил, что нож все еще торчит у нее из груди. — Посмотри-ка на это. Кто-то уже опередил меня.

Она попыталась проклясть его, но он отбросил ее палочку. Гермиона услышала, как та с грохотом полетела на землю.

Ее нож. Она должна попробовать дотянуться до него.

— Как думаешь, сколько раз я смогу ударить тебя ножом, прежде чем свет в твоих глазах навсегда погаснет? — спросил он, прежде чем выдернуть клинок из ее груди.

Гермиона судорожно вздохнула и дёрнулась, пытаясь остановить его. Правая сторона ее тела внезапно стала скользкой от крови, стекающей по телу. Рабастан провел лезвием вверх по ее груди, пока оно не остановилось возле ее сердца.

Гермиона попыталась высвободить голову и вытащить нож, не привлекая его внимания.

Он вдавил острие, оно задело кость. Затем переместил лезвие, пока оно не оказалось между ее ребер. Глаза Гермионы расширились, когда она посмотрела на него.

— Может, здесь? Или мне следует начать немного ниже? — в его голосе звучала насмешка. Он словно совершенно не замечал ничего, что происходило вокруг.

Гермиона не знала, как ей поступить: попытаться достать свой нож или остановить Лестрейнджа, чтобы тот не вонзил клинок ей в сердце.

Был ли вообще смысл делать этот выбор? Она чувствовала, что истекает кровью до смерти.

Он начал медленно толкать острие внутрь.

Когда кончик ножа разрезал ее кожу, Рабастан замер. Его хватка на волосах девушки ослабла, а выражение лица стало расслабленным, после чего он упал замертво к ее ногам. Гермиона рухнула вместе с ним, едва успев подставить руку, чтобы не удариться головой.

Позади Рабастана, сразу за барьером, одиноко стоял Пожиратель Смерти в маске.

Несколько Пожирателей поблизости замерли и с удивлением обернулись, когда Рабастан упал.

Они были мертвы, прежде чем успели поднять волшебные палочки.

Гермиона молча смотрела на него. Она начала подозревать, что в ее проколотом легком запустился процесс деформации. Девушка прижала руку к ране, чтобы остановить кровотечение и не дать воздуху просочиться в грудную полость.

Она безвольно наблюдала, как только что появившийся Пожиратель Смерти начал пробираться через поле.

Это был Драко.

Она никогда не видела, чтобы он дрался по-настоящему. Но его стиль все равно казался знакомым.

Он был таким же смертоносным, каким она его всегда считала.

Влияние обучения Беллатрисы Лестрейндж было очевидным. Плавность движений. След из трупов, тянувшийся за ним через все поле. Непредсказуемый стиль Беллатрисы был продиктован ее садизмом... ее безумием.

Стиль Драко был обусловлен жесткой эффективностью.

Он не планировал искалечить кого-то или намеренно причинить боль. Ему не нужны были пленники. Он просто убивал всех подряд.

Он не выказывал ни малейшего колебания, пробиваясь сквозь толпу паникующих Пожирателей Смерти вокруг себя. Способы, которые он изобретал для эффективного убийства людей, были ужасающими. Это была исключительно игра чисел. Минимум усилий, максимум отдачи.

Невозможно было представить, чтобы раньше он когда-либо боролся в полную силу. Если бы Пожиратель Смерти сражался подобным образом, все бы знали об этом.

Он наложил на землю заклинание, которое превратило окружающий его радиус в жидкость. Пятнадцать Пожирателей Смерти тут же исчезли под водой. В мучительных криках. Он отменил действие заклинания и оставил их задыхаться под землей без кислорода.

Он произносил проклятие за проклятием, по большей части невербально. Пожиратели вокруг него не переставали падать.

Он призвал стаю серебристых колибри. Несколько Пожирателей Смерти заколебались, явно сбитые с толку. Драко взмахнул палочкой вперед, и крошечные птицы рассекли воздух, словно град пуль, вонзившись в горло и грудь любого, кто находился поблизости без мощного щита. Он призвал птиц, с которых капала кровь, и снова выстрелил.

Драко был всего в нескольких футах от Гермионы.

Он протянул руку и схватил ее за левое запястье. Она тихо вскрикнула, почувствовав, как ее поврежденные кости крошатся в его хватке. Он вытащил что-то из своей мантии. Держа предмет высоко над головой, он активировал его.

Это выглядело так, будто весь воздух и звук на поле внезапно высосали. Смертельная тишина. Все вокруг повалились на землю, задыхаясь и хватаясь за горло.

Гермиона кричала от боли и паники. Пытаясь освободиться, она почувствовала, как ее запястье ломается. Пожиратели Смерти беззвучно хватали ртом воздух, страдая от удушья.

— Гарри! Рон! Нет! Ты не можешь убить всех! Остановись, Драко! — она кричала изо всех сил. Их лица посинели.

Борьба подходила к концу. Тела замерли неподвижно.

— Драко, прекрати! — Она возобновила свои попытки освободиться и почувствовала, как кости в ее руке разрушаются окончательно. — Остановись!

— Ты идиотка, — прорычал он сквозь маску, отпуская ее запястье. — Жди здесь.

Он бросил темный артефакт на землю. Предмет зашипел и превратился в груду металлолома. Он подошел к Гарри, Рону, Фреду, Чарли, Ремусу и Тонкс и наложил на каждого из них оживляющее заклинание, после чего пробормотал: «Обливиэйт», прежде чем левитировать бесчувственные тела позади себя. Затем он вернулся, поднял ее волшебную палочку с земли и потащил вверх за руку.

Ей было трудно дышать.

Двигаться было ещё мучительнее. Левое запястье горело в огне. По животу текла кровь.

Дышать становилось все труднее с каждым шагом, пока Драко тащил ее через поле.

Ей срочно нужно было исцелить прокол. Как только она найдет кого-то... кого-то, кто сможет использовать заклинание, чтобы не дать ей истечь кровью... Кто-то вообще в состоянии сейчас удалить воздух из ее грудной полости?

Если бы только она могла аппарировать. Если бы у неё были силы аппарировать на Гриммо.

Если бы.

Гермиона споткнулась. У нее кружилась голова, и было трудно мыслить здраво. Она пыталась сделать ровный вдох, но почувствовала, что не может.

Драко оставил всех за пределами антиаппарационных барьеров. Она дёрнулась к их телам. Гермиона не знала, какое заклинание реанимации использовал Драко. Прежде чем она успела сделать шаг, хватка Драко усилилась, и он аппарировал вместе с ней.

Они приземлились в хижине.

Он тут же отпустил ее и сорвал с себя маску и перчатки. Девушка тяжело привалилась к двери.

— Ты... ты не можешь оставить их там, — прохрипела она.

— Они проснутся меньше чем через минуту, — отрезал он, и его лицо исказилось от ярости.

Опустившись на колени, он кончиком палочки начертил на полу несколько рун. Они на мгновение вспыхнули, и появился тайный люк. Рывком открыв его, он наклонился и вытащил то, что выглядело, как арсенал целого госпиталя.

Драко повернулся и посмотрел на нее. Его лицо побелело от гнева.

— Ты сможешь продержаться, пока я ищу для тебя целителя? — спросил он. Его голос дрожал.

Она покачала головой.

— Тебе придется рассказать мне, что делать. Я никогда не пользовался продвинутыми целительскими чарами, — сказал он, доставая зелья.

Гермиона с трудом оторвалась от стены и сделала небольшой жест в сторону своего правого бока сломанным запястьем.

— Моя печень. Место... откуда идет кровь. Я почти уверена в этом. В моей грудной клетке образовалась полость. Она разрушает мое легкое.

Он наколдовал носилки и помог ей опуститься на них.

Гермиона выпила зелье, восполняющее кровь, прежде чем заставить его провести диагностику, чтобы убедиться, что раны были именно такими, как она и сказала.

У него были все необходимые зелья, чтобы стабилизировать ее состояние и не позволить впасть в шок.

Драко держался уверенно. Он разрезал ее одежду и, тщательно следуя ее инструкциям, произнес ряд заклинаний, которые должны были остановить кровотечение и восстановить кровеносные сосуды и желчные протоки в ее печени. Затем он протянул ей еще один флакон с зельем для восполнения крови.

Правильно наложить заклинание, которое должно было выкачать воздух, разрушающий ее легкие, было сложнее. Гермионе было трудно показать ему необходимое движение палочки. Ее руки все еще дрожали, несмотря на обезболивающее, которое она приняла.

— Все гораздо сложнее, — попыталась объяснить девушка, — требуется еле заметный боковой наклон кончика палочки, иначе заклинание слишком сильно натянет и повредит легочную ткань.

Поморщившись, она обхватила его кисть ладонями и медленно повела левой рукой в нужном направлении, произнося заклинание в такт каждому движению.

Он сделал это правильно с третьей попытки.

— Затем, после того, как ты полностью восстановишь легочную ткань, нужно будет произнести обычное исцеляющее заклинание, чтобы зафиксировать диафрагмальную мышцу и закрыть разрез, — проинструктировала Гермиона, когда наконец снова смогла дышать.

Она опустилась на землю, чтобы прийти в себя, пока он вытирал кровь с ее лица.

— Что ты там делала? — спросил он тихим, дрожащим голосом, когда Гермиона отвернулась, преобразовав кусок одежды в рубашку и попыталась натянуть ее через голову.

— Гарри попросил меня отправиться с ними, — сказала она, слегка пожав плечами. — Как я и говорила, нам нужен Рон.

— У тебя нет боевого опыта, — возразил он. Драко был бледен, его руки слегка дрожали, когда он помогал ей натянуть рубашку через голову. — Почему они отправляют тебя, не дав партнера?

Гермиона даже не взглянула на него. Она сглотнула и засунула правую руку в рукав.

— Они нуждались в целителе. Другая целительница потеряла ногу, когда собирала ингредиенты для зелий. Меня выбрали потому, что я была в состоянии двигаться быстрее.