Большой зал Высшей Академии сиял в свете парящих над ним золотых сфер. Стены украшали гобелены с символикой факультетов, а в центре зала висел огромный хрустальный купол, преломляющий свет так, что он разбегался по залу радужными бликами. Повсюду раздавались радостные голоса, смех, звучала музыка – легкая, волшебная, будто перетекающая из одного уголка зала в другой.По периметру зала стояли длинные столы, за которыми сидели ученики и преподаватели обеих Академий. Студенты Малой Академии, младшие, но ничуть не уступающие в магическом рвении, сгрудились ближе к центру. Кто-то ёрзал на месте, кто-то, не скрывая восторга, переписывался с друзьями светящимися пергаментами. Старшекурсники из Высшей Академии старались держаться с достоинством, но даже самые серьёзные из них выглядели довольными.Энти стояла в стороне вместе с Ариной, Санатом, Акниет и Гаухар, наблюдая за тем, как ученики принимали награды. Даже те, кто создавал лишь простейшие заклинания, помогая укреплять барьеры или варить зелья для боевых отрядов, получили свои отличительные знаки. Это было главное правило сегодняшнего дня – здесь не было первых мест. Все были равны.– Приятно видеть, что никто не тянется за лидерством, – улыбнулась Арина, скрестив руки на груди. Она была одета в лёгкую серебристую мантию, а волосы, собранные в высокий хвост, слегка поблёскивали, будто в них застряли частички магического света.– Конечно, – согласился Санат, поправляя рукава тёмно-синего сюртука, который выглядел неожиданно официально для него. – Если бы их расставили по местам, началась бы магическая дуэль за лидерство, и Торину снова пришлось бы ремонтировать Академию.– Удлинённые каникулы, говорят, помогают снизить разрушительные тенденции, – заметил Торин, появляясь рядом с ними. Он был в тёмно-зелёном мантии, расшитой серебряными узорами, символизирующими его статус главы Академии.Энти повернулась к нему с лукавой улыбкой:– Так значит, удлиняешь зимние каникулы?– Именно, – торжественно кивнул Торин. – Весь месяц.Зал буквально взорвался радостными криками. Младшие ученики завизжали, кто-то тут же вскочил на ноги, радостно хлопая в ладоши, а несколько первокурсников Малой Академии, похоже, обдумывали, можно ли из этой радости организовать массовый танец прямо на месте.– Не забудьте, – добавил Торин, чуть повысив голос, – кто вернётся с каникулярными долгами по магии, тот получит дополнительные задания.– Ага, как будто это кого-то остановит… – пробормотал кто-то из старшекурсников.– Уже представляю, – усмехнулась Акниет, поднося к губам чашку чая, – как через месяц они вернутся с кучей несданных работ, а потом будут в панике искать, кто им поможет.– Ну так это же традиция, – Гаухар хихикнула, прижимая к себе небольшой свёрток – в нём, по всей видимости, была одна из новых картин, которую она не успела отправить в реальный мир.Тем временем в центре зала начали твориться привычные магические беспорядки. Один из младших учеников, настолько восторженный подарками, что не дослушал инструкцию, активировал полученный от Сайрены талисман и тут же взмыл под потолок.– Ааа! Отменить желание! – завопил он, беспомощно болтая ногами в воздухе.– Ну вот, – хмыкнул Санат, поправляя манжеты. – Прошло всего десять секунд, а мы уже тестируем пределы магии.– Это ещё что, – засмеялась Арина, наблюдая, как другой мальчишка, воспользовавшись вторым желанием, призвал себе столько шоколадных батончиков, что теперь пытался их все унести, сгребая руками, но они сыпались на пол.– Ребята, ребята! – закричал кто-то. – Здесь раздают конфеты из реального мира!– Где?! – воскликнул старшекурсник, мгновенно теряя свой серьёзный вид.– У преподавателей!Волна студентов, не зависимо от возраста, устремилась к маме Энти, которая как раз закончила расставлять корзины со сладостями.– Я думаю, через минуту мы увидим самый настоящий бой за сладости, – предположил Санат.– Ты что, они же волшебники, у них всё цивилизованно, – спокойно сказала Энти.В этот момент кто-то из младших учеников схватил последний круассан, и тут же над столом возникло напряжённое молчание.– О-о, – протянула Гаухар, отступая на шаг.– Сейчас начнётся, – предсказала Акниет.– Эй! Это мой круассан! – возмущённо сказал один старшекурсник.– Вообще-то, его первым увидел я!– А доказательства?– У меня свидетели!– Я могу разделить его на двоих, – предложил стоявший рядом преподаватель.– Нет! – синхронно закричали оба спорщика.– Ладно, я пошутила, цивилизованность – понятие относительное, – Энти рассмеялась.Команда друзей, отступив чуть в сторону, продолжала наблюдать за весельем. Они не чувствовали себя чужими среди этой суеты. Напротив, это было их место. Их мир.Энти взглянула на всех, кто был рядом, и улыбнулась. Всё могло измениться, но их связь останется навсегда.