Когда Джесан вернулся из одного из собраний Зерина, и лег на кровать, что бы легче было передать свои мысли Вта, его лицо было бледным, а взгляд беспокойным. – Он собирается использовать свою сестру, Айгуль, в самом сердце своего плана, – произнёс он мысленноЯ сразу напряглась, вспомнив рассказы об Айгуль – младшей сестре Зерина, обладавшей природной силой контроля над энергиями пространства и луны. Её способности считались уникальными и опасными, но сама она всегда была загадкой.– Что он сделает с ней? – Ариа встала из-за стола, её голос был холоден, как лёд.Джесан провёл рукой по лицу. – Он задержит её в магической стазисной ловушке. Это древнейший артефакт, который сочетает в себе магию и технологии. Он полностью заблокирует её волю, оставляя лишь физическую оболочку. Она не сможет ни двигаться, ни говорить, ни сопротивляться. Зерин использует её как сосуд для своей магии. Она… будет заперта внутри себя.Я почувствовала, как пересохло в горле. – Где он её будет держать?Джесан нахмурился. – В башне теней. Там находится центральная лаборатория Зерина. Ловушка встроена в саму структуру башни. Если попытаться разрушить её силой, это приведёт к взрыву, который уничтожит всё вокруг, включая Айгуль.Ариа присела за стол, её глаза устремились вдаль, и она начала быстро что-то писать. – Эта ловушка звучит как нечто большее, чем просто магический артефакт. Если она интегрирована с технологией, значит, у нас есть шанс взломать её.– Но как она выглядит? Что она собой представляет? – Я сжала кулаки, чувствуя нарастающее беспокойство.Джесан также передал, что у него открылся дар предвиденья, как это произошло, о и сам не понимает. Скорее всего, после ритуала Вта. Он прикрыл глаза, вспоминая видение. «Это кристальный саркофаг, парящий в воздухе. По его поверхности движутся символы, похожие на тексты шумеров, но искажённые магией. Внутри – серебристая жидкость, которая покрывает тело Айгуль, лишая её возможности двигаться. Я видел, как Зерин несколько раз прикасался к кристаллу, произнося заклинания. Он использует её энергию для своих целей».Ариа кивнула. – Если кристалл реагирует на его заклинания, это значит, что он связан с его личной магией. Но если туда вмешана технология, возможно, нам удастся создать программу, которая нарушит этот симбиоз.Я почувствовала, как внутри неё начинает загораться огонь решимости. – Мы должны освободить её. Если она – ключ к его планам, то без неё его барьеры разрушатся.Ариа отложила свои записи. – Но это будет опасно. Зерин наверняка усилил защиту вокруг ловушки, чтобы никто не смог её даже приблизиться.Джесан покачал головой. – Это правда. Башня теней охраняется магическими стражами, которые чувствуют любые изменения в ауре окружающих. Но я заметил одно – кристалл уязвим, когда Зерин использует его для своих ритуалов. Он активирует ловушку, открывая доступ к магии Айгуль, и в этот момент защита становится слабее.– Значит, нам нужно ударить в этот момент, когда защита ослаблена, – я вскочила со своего места.Лумарис, сидевший в углу комнаты, издал глубокий рык. – Я смогу отвлечь стражей. Если мне позволят Вта, я прикрою вас магическим барьером, пока вы будете работать с ловушкой.Ариа нахмурилась. – Но кто-то должен будет взломать технологическую часть ловушки. Это займёт время, а значит, нам нужно отвлечение, которое продержится как можно дольше.Джесан поднял руку. – Я могу вернуться и отвлечь Зерина. Если я покажу, что мне нужно его внимание, это даст вам достаточно времени.Я нахмурилась. – Это слишком опасно.– Я знаю, на что иду, – твёрдо ответил Джесан.– Категорическое нет! – Ответила я – и речи быть не может. Нужно создать продуманный план. Тебе нужно будет больше узнать о стазисе, а нам продумать, как защитить не только Айгуль, но и тебя.– Ариа вновь уставилась на свои записи, а затем подняла взгляд.– Я разработаю контр – код. Он будет взаимодействовать с магическими потоками и направит энергию кристалла в противоположную сторону. Это создаст временную трещину в ловушке, и мы сможем её отключить.Я почувствовала, как внутри неё разгорается надежда.– Мы справимся. Ради неё и ради нас всех. Нужно подключать и твоих ребят тоже.В их глазах светилась решимость, и каждый знал, что впереди их ждёт опасная миссия. Но они были готовы рискнуть всем ради спасения Айгуль и разрушения планов Зерина. Я видела это в их глазах.– Но этого будет недостаточно, – продолжила Ариа, не отрываясь от работы. – Мне нужно будет внедрить этот код не только в магию защитного барьера, но и синхронизировать его с тобой, Энти. Ты – ключ к тому, чтобы сделать этот барьер абсолютно непроницаемым.Я выпрямилась, и в её глазах загорелось пламя решимости.– Лумарис, ты поможешь мне? – обратилась я к своему дракону, который тихо наблюдал за происходящим из угла комнаты.Лумарис поднял свою величественную голову, его глаза сверкнули мудростью.– Я всегда рядом, Энти. Мы справимся вместе.Ариа сделала паузу и взглянула на меня. – Но нам понадобится ещё кое-что. Джесан упоминал, что в центре кода Зерина заложена защита, которая изменяется каждый раз, когда кто-то пытается её прочесть. Нам нужно будет найти способ обойти её. Для этого… мне придётся глубже изучить структуру его магии и технологии. Это опасно, но иначе никак.Я почувствовала холодок страха, но проглотила его. Мысленно посмотрела на Джесана.– Ты видел его барьер. У тебя есть идея, как мы можем добраться до ключевой точки, чтобы сломать его защиту?Джесан, нахмурившись, медленно кивнул. – Видимо, я должен буду снова попасть к Зерину. Но для начала нам нужно продумать каждый шаг. Если я ошибусь или он что-то заподозрит, всё пойдёт насмарку.Ариа оторвалась от своих записей и взглянула на голограмму Джесана с одобрением. – Мы создадим двойную защиту, чтобы ты всегда был под присмотром Вта. Они помогут передавать нам информацию, не оставляя следов. А я буду работать над контркодом.Я вдохнула. Моё сердце уже знало ответ, но я произнесла вслух:– Мы сделаем это. Мы разрушим его планы.Ариа улыбнулась, коснувшись её плеча. – Мы сделаем больше. Мы покажем ему, что свет, магия и разум всегда сильнее хаоса и тьмы.Комната наполнилась ощущением единства. У каждой из них был свой дар, своя задача, и они были готовы сражаться за всё, что им дорого.