Император…

Они что, все видят Александра? Нет… Точно не видят. Сейчас он не проявляется духовным воплощением и не стоит рядом. А значит, мне по идее следует обернуться и проверить, не стоит ли кто у меня за спиной…

Но позади пусто. Я это чувствую.

Картинки в голове начали складываться в одну единую картину. Их поведение тогда, когда я вернулся на Землю всего лишь образом. Крики недавно — «Слава императору!».

Все эти обращения были не к Александру… В тот момент он уже давно унёсся далеко. И сейчас, глядя на это преклонение, на их полное подчинение, я понял, что обращаются именно ко мне…

Картинка в голове продолжала дособираться, и я с некоторой горечью понял, что меня, по сути, «продали».

«Продали» мои же собственные жёны… Моя же собственная сестра…

Я не могу называться императором просто по факту того, что меня усадили на трон и прикрепили к нему печатью. А значит, скорее всего, на бумагах я уже женат на Анастасии. И подобный брак мог появиться только при одном условии — если его подтвердили мои жёны и Эйр.

Я мысленно вдохнул и в этот момент на меня посмотрела Вика.

Всё раздражение, которое зарождалось внутри, тут же исчезло, словно по волшебству, растворяясь в её крохотных глазах и таком удивлённом взгляде.

Да и…

У всех моих наверняка имелись причины для такого решения. Я даже не представляю, что именно происходило здесь, когда я пропал. К тому моменту, как меня уже не было, часть столицы лежала в руинах, среди нас объявились предатели, и было множество мёртвых, также умер и император. Что в разы дестабилизирует ситуацию в империи.

Можно только представить, какой хаос творился вокруг. И как трудно было принять решение, чтобы Анастасия осмелилась объявить меня своим мужем… Даже при моём отсутствии.

Поэтому злиться на кого-либо я по-настоящему не могу и не имею права. Им всем, наверняка, пришлось шаг за шагом проходить через бездну тягот, нависшую над страной, удерживая на плечах чуть ли не рухнувшее небо.

Поэтому сперва узнаю все причины и обстоятельства, а уже затем буду вести серьёзный разговор.

Однако теперь, когда я стою здесь, придётся разбирать во всей сложившейся ситуации уже лично.

Все так и оставались на одном колене, с опущенными головами, в тишине.

— Поднимайтесь, — спокойно произнёс я.

Они тут же, как один, встали и так же спокойно посмотрели на меня. В их глазах не читалось ни нервозности, ни сомнений, ни попытки оспорить происходящее. Словно давным-давно успели принять эту реальность и свыкнуться с мыслью, что я стану императором.

Впрочем, не удивлюсь, если среди них найдутся те, кто просто хорошо притворяется. Лиц много, масок ещё больше. Стоит вспомнить лишь наши разногласия в прошлом.

— Я так понимаю, — я посмотрел на Анастасию, — мы с тобой теперь муж и жена.

Она медленно кивнула, держа спину абсолютно прямой.

— Всё так, — тихо, но отчётливо ответила Анастасия. — Но прежде чем ты начнёшь злиться, позволь мне всё объяснить.

— Злиться? — я усмехнулся. — Для злости уже слишком поздно… В этой ситуации остаётся только принимать решения.

Она чуть помедлила, затем снова кивнула. На секунду отвела взгляд в сторону, будто собираясь с духом, а потом вновь встретилась со мной глазами.

— Из данной ситуации у нас с тобой всего три исхода, — произнесла Анастасия медленно, словно раскладывая всё по полочкам. — Первый. Ты отказываешься от титула императора, — её голос дрогнул едва заметно, — и это, конечно, ударит по мне. Но думаю, что со временем я как-нибудь смогу выправить положение.

Я промолчал.

— Второй. Ты принимаешь титул, — спокойно продолжила она. — И мы с тобой просто играем в счастливую семью… Но только на публике.

Она чуть запнулась.

— И третий вариант… — Анастасия выдержала паузу. — Думаю, ты и сам понимаешь, к чему я веду…

И ведь я помню, как она говорила, что в любом случае будет моей женой… Так сказать, сказала — сделала.

Внутри, в глубине сознания, громким смехом разразился Александр.

— Ну, Настя, ну дочка, ну даёт, — веселился он. — Это же надо — вот так провернуть. Не зря я верил в неё даже больше, чем в Леонида. Кстати… Интересно… Что там с остальными моими детьми?

Он усмехнулся, но тут же его тон сменился на более серьёзный.

— Сергей. Я понимаю, как это звучит с моей стороны. Но пойми и ты: моя дочь — не просто неплохая партия, а наоборот, очень даже хорошая. У Анастасии древняя кровь, сильная родовая сила. Она умелый управленец, при этом не теряет голову от власти, — Александр на мгновение задумался. — Решать тебе, как поступить в этой ситуации, но… — он резко оборвал мысль. — Впрочем, нет, никаких «но». Моя дочь сделала свой ход. Дальше уже сам принимай решения.

На это я мог только усмехнуться, однако отвечать не стал. Я давно уже не мальчишка, чтобы остро реагировать на любые телодвижения в мою сторону, но и эту ситуацию простой не назовёшь.

Всё же речь идёт обо мне, и никому не понравится, когда его используют. Наверняка ведь Эйр подсобила…

Впрочем, ладно, всё это в любом случае подождёт. Сейчас есть куда более насущные дела.

— Папа импилатол? — спросила Вика, чуть наклонив голову, глядя на меня снизу вверх.

Я посмотрел в глаза дочери. Там отражался вопрос, чистый интерес и… кажется, даже капля ожидания.

С чего-то в любом случае следует начинать. Да и собственная империя, добытая не кровопролитием, а официальным признанием, всё равно лучше, чем просто сильный Род. Это развязывает мне куда сильнее руки и даёт дополнительное влияние на Земле.

Я перевёл взгляд на Анастасию, задержался на её лице — усталом, но гордом, — а затем медленно пошёл вперёд, к трону.

* * *

В момент, когда Сергей двинулся вперёд, графы инстинктивно разошлись в стороны, создавая коридор. В сторону также отступила и Анастасия, при этом не сводя с парня взгляда.

Сергей шёл медленно, смотря только вперёд прямым взглядом, пока дочь на его руках с интересом в который раз рассматривала всех вокруг. При этом в её радостном взгляде словно читалось: вот, посмотрите, это мой папа!

В отличие от Анастасии, графы в глубине души были немного напряжены. Они все давно уже всё решили, но сейчас к трону шёл совсем ещё молодой парень. Однако… Его прямой взгляд и ровная и неспешная походка разглаживали все шероховатости на душах смотрящих.

Молодые всегда торопятся, и, оказавшись у власти, непременно поспешат занять трон. Но Сергей смотрел и шёл так, словно видел перед собой не трон целой империи, не огромную возможность, а ворох проблем…

И это… Говорило о многом.

Подойдя к трону, парень просто остановился и простоял так какое-то время, пока в зале была абсолютная тишина. Затем он развернулся лицом к собравшимся и встретился спокойным взглядом с каждым, кто стоял в этом зале. Лишь после этого, без каких-либо помпезных слов, медленно опустился, садясь на трон.

Девочку при этом Сергей аккуратно усадил к себе на ногу, придерживая рукой. И, устроившись, вновь посмотрел на графов, графинь и на Анастасию прямым и ясным взглядом, в котором не было желания показать своё превосходство из-за нового титула.

Нет… Парень словно говорил им: работать придётся много, но работать будем вместе и точно справимся. Что не могло не вселить в души многих правильность их выбора.

— Папа импилатол! Папа импилатол! Папа импилатол! — трижды радостно выкрикнула дочь, весело взмахивая руками.

Пока девочка радостно кричала, все присутствующие поймали себя на одной очень важной вещи.

Трон способен скрасить любого, кто на него сядет. Будь то бедняк, богач или родовитый граф. Но сейчас… Сейчас взгляды к себе притягивал не символ власти, а молодой парень, сидящий на нём, чьё присутствие оттеняло сам трон.

Словно этот трон Российской империи слишком «мал» для него и не способен подчеркнуть всю полноту статуса парня, оставаясь лишь блеклой тенью на его пути.

И в этот момент каждый поймал себя на мысли: если это так… То какой же трон сможет это сделать?

* * *

Что ж… Похоже, вот и началась моя демоверсия правления империей…

— Анастасия, — обратился я к девушке, в чьих глазах сейчас заметил лёгкую, едва скрытую тоску.

Она стояла прямо и тут же стала крайне внимательна, показывая, что готова исполнить любой приказ как императрица или же как подданная империи.

Вот только я пока вижу перед собой ни первый, ни второй вариант…

— Да? — отозвалась она спокойно.

— Нам с тобой ещё предстоит разговор один на один, — сказал я. — Думаю, ты понимаешь, о чём пойдёт речь.

Она едва заметно кивнула.

— А сейчас, господа… — я перевёл взгляд на графов и графинь. — Раз уж вы наверняка все прилетели сюда только ради этого, те, у кого есть неотложные дела на передовой или в своих землях, могут отлучиться. Остальные, кто желает остаться, оставайтесь. Проведём быстрое собрание.

Все чуть склонили головы. За всех первым ответил Кропотов:

— Дел действительно много, особенно на передовой, куда нам необходимо вернуться. Однако я хотел бы спросить: что мы намерены делать с Китайской империей?

— Что? — я машинально перевёл взгляд на Вику.

Она словно только этого и ждала.

— Захватим! — тут же закричала она, вскинув руку.

Усмехнувшись, уже я заговорил твёрдо:

— Вы слышали мою дочь! Выстраивайте оборону! Подготавливайте солдат, усиливайте передовые барьеры, но никому не говорите, что мы пойдём в наступление! Как только я завершу все особо важные дела в столице, и если больше не произойдёт ничего экстренного, мы отправимся заканчивать эту войну… Хватит с нас смертей и жертв!

На лицах графов тут же проступило явное облегчение. Похоже, им эта война надоела ничуть не меньше моего. Другие сохраняли каменную серьёзность, но кивали с пониманием.

— А что мы сделаем с соседними государствами? — последовал следующий вопрос. — Ведь они тоже напали на нас.

— После того как мы возьмём Китайскую империю, поверьте, желающих что-то нам сказать появится во много раз больше. Многие попробуют загладить дело миром, — позволил себе усмешку, но без веселья. — Однако теперь уже мы решим, возможно ли загладить всё миром или спросить свою цену. То, насколько нагло они вели себя всё это время и сколько крови пролилось по их вине, решит очень многое. Я принимаю на себя право быть императором и не оставлю никого безнаказанным за дерзость и наглость!

По залу прошла волна одобрения. Графы заметно приободрились, гораздо сильнее, чем ранее. Похоже, за это время соседние страны успели окончательно им надоесть.

Я продолжил:

— Если на этом вопросы закончились — вы свободны.

Они почти одновременно склонили головы и, приложив ладонь к груди в знак верности, отступив назад, начали организованно расходиться, один за другим покидая тронный зал.

В зале остались только я, Анастасия и моя дочь.

Мы с Анастасией смотрели друг другу в глаза, ничего не говоря. Не знаю, о чём она думала, но я пытался понять, как поступить в сложившейся ситуации.

Похоже, молчание затянулось, потому что Вика вдруг слегка ухватила меня за грудки и тихо, шёпотом, позвала:

— Папа.

— М? — я посмотрел на неё. — Что такое?

— А почему вы молчите? — так же тихо спросила она, переведя взгляд на Анастасию.

Девушка, заметив этот взгляд, едва заметно улыбнулась и, чтобы скрыть эмоции, посмотрела чуть в сторону.

— Как бы тебе это объяснить… — я задумался.

Если все предыдущие моменты ещё удавалось как-то описать словами, то как объяснить ребёнку, что папе фактически навязали «маму» без его участия? Такой поворот событий в детской голове вряд ли уместится…

Вика вдруг подтянулась, встала ножкой на трон, аккуратно дотянулась до моего уха и зашептала:

— Папа, тётя Анастасия очень хорошая. Когда мы прилетали, она всегда кормила меня вкусностями и играла со мной. А ещё пообещала, что, когда я вырасту, подарит мне целый дворец, где будет много-много слуг… И ещё…

Слушая дочь, я сначала просто моргал, а потом всё сильнее офигевал. Медленно перевёл взгляд на Анастасию и уже громче, чем следовало, произнёс:

— Анастасия, ты пыталась подкупить мою дочь⁇!

Похоже, голос звучал слишком резко, потому что Вика мгновенно замерла у меня на руках, словно испугавшись. Пришлось тут же протянуть руку и погладить её по голове, успокаивая.

— Скажешь тоже, — фыркнула Анастасия, сложила руки на груди и встала ко мне чуть боком, упрямо глядя в сторону, на стену. — Я просто заботилась о девочке и делала всё возможное, чтобы даже в такое время она чувствовала себя хорошо, а не жила в постоянном ожидании плохих новостей.

Она чуть поджала губы.

— В любом случае не тебе меня осуждать, — холодно добавила Анастасия. — Да, сейчас я, можно сказать, нахожусь в твоей власти, ведь добровольно усадила тебя на трон. Но это совсем не значит, что ты имеешь право предъявлять мне подобные претензии!

Она на секунду замолчала, а затем произнесла уже значительно жёстче:

— Тебе не понять, каково это — поднимать империю из руин и впахивать день и ночь, чтобы её подданные не ощущали смертельного давления войны! Чтобы ни один Род не мог давить на остальных, делая всех равными перед законом!

С этим мне, конечно, нашлось бы что сказать, но я всё же понимаю её. Работа досталась действительно не из лёгких.

Вот только оставался вопрос: почему именно она заняла трон? Где Егор? Где Леонид? Где Таня?

Этими же вопросами сейчас наверняка задаётся и Александр. Да, он пока молчит, не вмешивается, не желая перебивать ход разговора, но ему, без сомнений, крайне интересно, что произошло с его детьми за всё это время.

Что ж, похоже, пришло время задавать вопросы вслух…

И только я собрался произнести первый, как Вика снова чуть толкнула меня в плечо, едва заметно тряся, и тихо, немного смущённо сказала:

— Папа… Я кушать хочу…

* * *

Аня, летя домой и уже находясь над землями своего Рода, достаточно близко к замку, вдруг с запоздалым ужасом осознала, что не ощущает присутствия дочери. Не слышит привычный тёплый отклик её энергии в пределах родовых земель.

Холод мгновенно ударил в грудь.

В полупаническом состоянии, даже не пытаясь связаться ни с кем через артефакты, она тут же телепортировалась и возникла снаружи дирижабля.

В следующую секунду за её спиной вспыхнули огненные крылья. Взмах — и Аня рванула к замку на чудовищной скорости.

Добравшись до него, она без промедления телепортировалась прямо в игровую комнату — туда, где чаще всего раздавался детский смех.

Но здесь не оказалось никого…

Внутри моментально начало нарастать напряжение. Вике категорически запрещали покидать земли Рода без сопровождения кого-то из основных членов! Это правило вбивали всем под кожу и твердили не одну сотню раз!

Девушка уже собиралась телепортироваться дальше, прочёсывая замок и окрестности, когда рядом проявился один из людей, которым она доверяла дочь. Один из высших Рода, поставленный специально следить за безопасностью ребёнка.

— Где Вика? — резко спросила Аня.

— Госпожа, — он чуть склонился. — Я думал, вы в курсе…

— В курсе чего? — её голос стал угрожающим, а вокруг задрожал воздух.

Высший на мгновение растерялся от её давления, но всё же ответил:

— Я полагал, вы знаете, что пришёл глава и взял молодую госпожу в столицу.

Аня замерла. Смысл услышанного не сразу уложился в голове.

Пришёл и взял. Пришёл — взял.

Два этих словосочетания эхом начали бешено крутиться в сознании. Сердце ускоряло ход, каждый удар отдавался в висках глухим стуком.

— Он… — голос у неё чуть дрогнул, — он проявился в нормальном теле…? Не в образе?

— Нет, — высший помотал головой. — Госпожа Тина сказала, что глава Рода наконец вернулся полностью. На Землю.

Аня ощутила, как подкашиваются ноги. Мир едва не поплыл перед глазами, стены комнаты словно отодвинулись дальше. Она пошатнулась и уже начала заваливаться в сторону, когда высший молниеносно шагнул вперёд и подхватил её под руку, помогая удержаться на ногах.

* * *

От автора: Спасибо всем за поддержку и за комментарии! Очень радует их читать) Вы читаете историю, а я комментарии (где-то тут смех).