Дождь лил всю ночь и все утро. Эвану не спалось, и он снова искал умиротворения в том, что рисовал портреты Эйприл. Его карандаш скользил по бумаге быстро, почти отчаянно. Словно юноша пытался в этих набросках найти решение своих проблем.

Его преследовала навязчивая идея написать ей. Попросить о встрече. И в то же время он был уверен, что их переписка вскоре стала бы достоянием общественности. Ее вездесущие подруги разнесут слухи по всему Беллстриду, его поднимут на смех, и тогда в глазах целого университета он будет выглядеть жалким, безответно влюбленным идиотом. Безответно влюбленный идиот – вот кто он такой. Если правда выйдет наружу, придется как-то объясняться перед друзьями. И вряд ли их только начавшаяся дружба переживет такое бессмысленное вранье.

Тэхен громко всхрапнул и перевернулся в кровати, напоминая о себе. Как бы он отреагировал, узнай он о ночных похождениях Эвана в его костюме, под его маской? Вряд ли ему бы это понравилось. Тяжело вздохнув, Эван уныло помешал кофе в своем стакане и посмотрел в окно. Как бы ни хотелось в это дождливое воскресенье посидеть в теплом, уютном кампусе, ему пора было собираться на работу. По пути он позвонил маме. Кратко изложив ей последние события в самом позитивном ключе, он уже собирался попрощаться и положить трубку, как вдруг мама спросила:

– Сынок, а тебе уже приглянулась какая-нибудь девушка?

Эван лихорадочно соображал, что ответить. Мама терпеливо ждала, и пауза явно затянулась.

– Угу, – наконец выдавил он.

– Как здорово! – послышался счастливый голос. – Ты у меня такой замечательный! Уверена, она это оценит и симпатия будет взаимной…

Эвану не хватило духу рассказать правду. За весь день в чайную лавку забежало всего четыре человека. Все остальное время Эван читал учебник по истории искусства, в которой у него все еще оставались серьезные пробелы. К тому же профессор Миранда Брикман на последнем занятии снова задержала его в своем кабинете и дала понять, что его успехи далеки от приемлемых, отдельно отметив его проблемы с запоминанием важных дат.

Эван изо всех сил пытался сосредоточиться на чтении учебника, но Эйприл никак не выходила из головы. Открыв учебный портал, он обнаружил, что подружки отметили Вуд на фотографии. На снимке был запечатлен их медленный танец. В самый интимный момент, когда Эван прижимал девушку к себе так близко, насколько это было возможно. Весь его вид говорил о том, как он боится отпустить и потерять ее.

«Кажется, именно так и выглядит искра», – подписала фото Камилла Джонсон, добавив сердечко. На сей раз она была чертовски права.

Эван решил сегодня же открыться Эйприл, как только подберет правильные слова. Или даже если не подберет – плевать. Главное – сказать, а там уж как выйдет. Остаток рабочего дня он только тем и занимался, что искал их – эти правильные слова. И когда казалось, что они вот-вот найдутся – мысли вновь ускользали от него. Варианты, которые он перебирал в голове, казались или слишком глупыми, или слишком заумными, или слишком простыми для столь необыкновенной девушки, как Эйприл.

К вечеру дождь все еще заливал улицы. Когда Эван вернулся в кампус и ввалился в спальню голодный, уставший и промокший до нитки, он застал Тэхена в приподнятом настроении, напевающим себе под нос. Сосед уткнулся в шкаф и спешно перебирал костюмы.

– Пойдем поужинаем? – предложил Эван, скидывая с ног хлюпающие башмаки. Носки можно было хоть выжимать.

– Я уже поел, – отмахнулся Тэхен, даже не удостоив того взглядом и нервно дергая туда-сюда вешалки с бесконечными брендовыми толстовками, пиджаками, кардиганами и футболками. Такого добра у Тэхена навалом. – Блин, как думаешь, что из этого может нравиться девчонкам?

Избавившись от промокшей одежды, Эван обернулся на Тэхена, приподняв брови:

– У тебя свидание?

– Ну да, – буркнул сосед, всерьез присматриваясь к черному смокингу.

– С кем?

– С Эйприл. Так ты поможешь?

Эван замер. Кончики его пальцев начало неприятно покалывать. Несколько раз он сжал и разжал кулаки, прежде чем ответить:

– Этот костюм подойдет, если вы собрались в филармонию.

Тэхен коротко усмехнулся:

– Не. Мы просто прогуляемся по кампусу.

– В дождь?

– Ага. Эйприл сказала, что ей нравится дождь. А у меня есть очень большой зонт. – Он извлек из шкафа сложенный черный зонт. В следующую секунду Тэхен раскрыл его прямо перед носом ошеломленного Эвана. – Вот, гляди какой! Огро-о-омный!

– Вы можете простудиться, – ляпнул Эван, отчаянно желая сорвать их планы и при этом не вызвать подозрений. Его сердце колотилось как бешеное.

– Если замерзнет, я придумаю, как ее согреть, – заявил уверенный в себе Тэхен, вытаскивая бежевую толстовку. – Вот эта норм?

– Норм, – буркнул Эван и тряхнул головой, чтобы прийти в себя. От волнения и голода у него закружилась голова. – Она сильно тебе нравится?

– Ну да. Так бы не купил.

– Не толстовка. Эйприл. Она сильно тебе нравится?

– Конечно! Я же говорил много раз. Она обалденно красивая! Даже в костюме мухомора. – Сосед бросил толстовку на свою кровать и достал из шкафа светло-голубые джинсы.

– Штаны лучше надеть темные. Эти сразу заляпаешь грязью. – Голос Эвана был сдавленным, приглушенным. Он без сил плюхнулся в кресло-мешок, наблюдая за сборами Тэхена. Есть больше не хотелось.

– О, точняк! Спасибо, бро!

Достав из шкафа темные джинсы и бросив их на кровать поверх светлых, сосед метнулся к чашке кофе и быстро отхлебнул из нее. Затем резко развернулся, уселся прямо на письменный стол, судорожно выдохнул и глянул на Эвана.

– Черт, как же это все волнительно, – выпалил он и сделал еще один большой глоток кофе, чуть не подавившись. Откашлявшись, он затараторил: – Честно сказать, я боялся к ней подступиться. Сам знаешь, какой у нее характер… Но сегодня за обедом мы разговорились, и она сказала, что ей очень понравилось танцевать со мной. А я хоть убей этого не помню, прикинь? – Тэхен рассмеялся. – Сплошные чудеса, – заключил он, быстро допил кофе и принялся натягивать джинсы.

– Ты ей сказал об этом? – спросил Эван, ощущая напряжение каждым чертовым мускулом и всеми силами стараясь этого не показать.

– О чем?

– Что не помнишь ваш танец.

– Конечно нет. – Тэхен потянулся за толстовкой. – Я что, идиот? Сказал, что мне тоже все очень понравилось. И это сработало.

Больше они не заговаривали. Одевшись, Тэхен обильно надушился и, снова затянув воодушевляющую мелодию, взял зонт, вышел из спальни и захлопнул за собой дверь. Когда Эван остался в одиночестве, он с ужасом подумал о том, что худшее ожидает его впереди, когда Тэхен заявится в спальню, весь такой счастливый и мечтательный, и начнет рассказывать о том, каким замечательным и романтическим вышло их свидание под дождем.

Если Эван еще как-то выдержал его сборы, то выслушивать восторги от свидания с девушкой его мечты и не тронуться при этом умом было явно непосильной задачей. Недолго думая, Эван открыл учебный портал, набрал в поиске «Мия Бенсон» и перешел в профиль красотки. На аватарке старшекурсница красовалась в костюме Джессики Рэббит. Девушка была онлайн.

Эван кликнул на значок с конвертом и написал: «Привет. Встретимся?» Ответное сообщение пришло всего через минуту: «Думала, ты никогда не напишешь! Приходи в мою контраду, выпьем чего-нибудь согревающего». Да уж, у него явно был талант молниеносно реализовывать самые дурные идеи.

Пока Эван переодевался в сухое, он думал о том, насколько оказалось легко пойти на свидание с самой видной блондинкой Беллстрида. Всего лишь два слова, и она ответила согласием. Интересно, что бы ответила ему Эйприл, напиши он то же самое ей?