Сигге медленно, но уверенно направился к границе Королевства Зверей с Макси и Амелией на спине. Как только кот пересёк границу, они услышали отвратительный клёкот голубей-стервятников. И чем ближе они к ним подходили, тем громче он становился.

Когда они оказались перед первым рядом злобных голубей-стервятников, у всех троих мурашки побежали по спине. Ничего хуже с ними не случалось. Оказаться прямо напротив самых злых тварей во всём Королевстве Зверей – не хотелось бы им пережить это ещё раз! Когда они перешли границу, то заметили, что начался мелкий дождь. В небе вихрем мчались огромные тёмные тучи.

Макси и Амелия уткнулись носами в шерсть Сигге и почувствовали, как тот дрожит. Вдруг кот замер. И разом словно остановилось время. Но потом Сигге собрал всё своё мужество и тихо и осторожно прошёл первый ряд голубей-стервятников. Злобные птицы стояли так плотно, что ему с трудом удалось найти щель между ними, в которую он смог проскользнуть. Сигги и впрямь крался, словно кот-ниндзя. А Макси и Амелия сидели тихо, как могут только мыши. Лишь один раз Макси вдруг наклонился и вырвал перо из хвоста голубя-стервятника. Тот вскрикнул от неожиданности и стал тереть крылом попу.

А затем подозрительно покосился на соседей, но не заметил, как его перо уплыло за его спиной.

В тот самый миг, когда Сигге преодолел последний ряд голубей-стервятников и решил, что опасность миновала, перед ними возникли три Злых Духа. Кот замер на месте. Макси и Амелия затаили дыхание. В последний раз они сталкивались со Злыми Духами, когда те похитили Макси. Мышатам вовсе не хотелось снова с ними встречаться. Было ясно, что Злые Духи заодно с голубями-стервятниками. Сигге не решался пошевелиться. Хотя Фра и предупреждала, что волшебный порошок сделает их невидимыми для всех, но всё-таки кот был не вполне уверен, относилось ли это и к Злым Духам тоже. Сигге настороженно следил за ними. А что, если Злые Духи почуют их по запаху? Но через несколько секунд, которые показались им годами, Злые Духи как ни в чём не бывало полетели дальше. Кот и мышата облегчённо выдохнули.

Сигге прошёл ещё несколько метров и обернулся: не нагоняют ли их голуби-стервятники? К его большому облегчению, те, похоже, ничего не заподозрили. Они по-прежнему стояли в дозоре и смотрели в сторону Линдриции, надеясь увидеть их там.

Только отойдя на порядочное расстояние от голубей-стервятников и от Злых Духов, они решились наконец заговорить.

– Кажется, мы справились, – сказала Амелия с облегчением. – Они не заметили, как мы прошли мимо.

– Да, нам повезло, – сказал Сигге. – Но что на тебя нашло, Макси? Ты чуть нас не выдал! Зачем ты вырвал это перо? О чём ты вообще думал?

Макси молчал. Хотя они всё ещё не видели друг друга, Амелия догадалась, что её брат покраснел.

– Ну, вот этого-то я и не сделал, – проговорил он наконец. – Не подумал.

Теперь он понял, какой опасности всех подверг. Но тогда ему казалось, что перо придаст ему сил и будет напоминать о том, что голубям-стервятникам не захватить власть в Королевстве Зверей. И ещё о том, что им с Сигге и Амалией надо найти Золотой Сыр раньше голубей-стервятников. А перо Макси собирался подарить своему другу, когда они вернутся в замок, где царит добро.

– Простите, – сказал мышонок. – Соблазн вырвать перо у одного из этих злодеев был слишком велик. Я так зол на этих разбойников.

Сигге и Амелия поворчали, но приняли его извинения. А потом кот усмехнулся и сказал:

– Ну и видок был у того голубя-стервятника! Он никак не мог взять в толк, кто же посмел ущипнуть его за попу!

– Да уж, смешнее я давно ничего не видел, – усмехнулся Макси.

Амелия была с ним согласна: жаль, что ей не удалось это заснять.

– Я люблю фотографировать, – сказала она. – По фотографиям легко вспоминать всё хорошее, что случилось в жизни.

– Может, тебе стать фотографом? – предложил Сигге.

Макси решил, что это замечательная идея. Но Амелия не была в этом уверена.

– Ну, надо иметь талант, чтобы этим заниматься.

– Верно, но ты же можешь стать кем угодно. Ты что, забыла?

Амелия подтвердила, что это правда. Сигге поддержал их, но сказал, что не каждый фотограф умеет снимать животных.

– Зато тех, кто фотографирует людей, – видимо-невидимо, – посетовал он. – Они снимают всё и всех подряд.

– А какая разница, кого снимать – зверей или людей? – поинтересовалась Амелия.

Сигге объяснил, что те, кто фотографирует людей, понятия не имеют, как ведут себя звери перед камерой. Но всем хочется наделать побольше фотографий «такого миленького котика». Макси и Амелия сочувственно рассмеялись.

– Я отлично понимаю, что ты имеешь в виду, – сказал Макси. – Но, если бы тебя фотографировал я, ты, Сигге, бы был похож на самого себя.

– Вот именно: ты-то меня понимаешь, а люди – нет.

Вдруг Амелия радостно воскликнула:

– Макси, я начинаю тебя видеть!

– В самом деле? – удивился он.

Сигге поинтересовался, видят ли мышата и его. Оказалось, что да.

– Стой! Дай нам спрыгнуть вниз, – попросил Макси.

Когда мышата оказались на земле, Сигге убедился, что и он их видит.

– Итак, повторяю, потому что должен сказать это, – улыбнулся Макси.

– Сказать что? – спросила Амелия.

– Что я и представить не мог, что когда-нибудь обрадуюсь, снова увидев Сигге, но вот это случилось!

Амелия кашлянула и спросила, может, и её тоже кто-то рад видеть. Сигге поспешил ответить, что и он очень рад видеть их обоих. Им всем было нелегко, когда они были невидимыми. Пятнышка и Говорящий Лист согласно забубнили что-то из рюкзака.

Дождик всё ещё моросил, а значит, голуби-стервятники по-прежнему были где-то рядом. Зимняя одежда Макси и Амелии насквозь промокла и отяжелела от воды.

– Надо найти сухое местечко и заночевать там, чтобы вы могли снять ваши мокрые одёжки, – сказал Сигге.

– Здесь, в Королевстве Зверей так быстро темнеет, – с тревогой вспомнил Макси. – Мы это и раньше замечали.

– Да, здесь свет словно включают и выключают рубильником, – добавила Амелия.

Сигге покачал головой: таких рубильников не бывает, просто так уж устроено здесь в Королевстве Зверей – очень быстро становится темно.

Дождь поливал их хуже прежнего. Чёлка Макси примялась, стала плоской, словно блин, и приклеилась ко лбу.

– Сколько можно лить! Уж не надумал ли кто пошутить с нами? – проворчал Макси.

Он вгляделся в кроны деревьев: не стоит ли там кто с ведром и не поливает ли их из шланга? Похоже, только Говорящий Лист радовался дождю. Он широко улыбался, когда в рюкзак попадали капли.

Внезапно в лесу стало совершенно темно. Как и говорила Амелия: словно кто-то – раз! – и выключил свет. Единственный лучик, проникавший сквозь густую листву, шёл от двух огромных лун, которые теперь поменялись местами с тремя солнцами.

Макси остановился и достал из рюкзака светлячка. Тот сразу засветился и застрекотал.

– Смотрите, там впереди зонтичное дерево! – обрадовался Сигге и указал вглубь леса. – Вот где мы сможем заночевать.

Макси не понял, о каком дереве говорил кот, из-за дождя он видел не дальше собственного носа. Интересно, что это за зонтичное дерево, подумал он. И сам себе объяснил, что это, наверное, дерево с такими большими листьями, словно зонты.

– Звучит отлично, – сказала Амелия.

Пятнышка поддержала её и несколько раз повторила «бипп-бопп».

Чем ближе они подходили к дереву, тем больше волновалась Пятнышка. Оказавшись совсем близко, Макси и Амелия убедились, что листья и в самом деле были похожи на большие зонтики.

– Невероятно, – поразился Макси.

Он никогда ничего подобного не видел.

– Ладно, прекрати светить, лучше пойдём. У меня скоро хвост совсем отмёрзнет, – нетерпеливо позвал Сигге.

Макси указал лапой на что-то похожее на вход. Он приподнял один лист и отвёл его в сторону.

– Ты первая, сестричка, – сказал он и в шутку поклонился, пропуская её.