— Я так же побывал в архиве. Дело вела достаточно сильная поисковая группа, но на тот момент спириалистика была едва ли развита, и расследовать его не удалось.

— За него не брались в наше время?

— Брались. Но те души, что еще могли помочь, уже покинули особняк прадеда. Там остались только тяжелые магические следы. Ты их чувствовала лично.

Я опустила взгляд на чашку.

— Как думаешь, что я тогда увидела? Если душ там нет, то и случайно связаться с одной из них я не могла.

— Я пришел к выводу, что из-за того, что ты слишком часто контактировала с энергией того места, твой эфир позволил увидеть что-то тяжелое, пережитое очень давно. Но… — Он вздохнул.

— Ты не уверен.

— С магией смерти трудно быть в чем-то уверенным. Она не поддается ни логике, ни законам.

Я сделала глоток кофе. После всего, что я узнала, его вкус уже перестал приносить удовольствие.

— Сегодня с утра, — начала я, решив вернуться к разговору, который мы не закончили утром, — Скитти был уверен, что мое сердце не бьется. Ты не думаешь, что, может, он ошибся?

Малакай свел брови на переносице, откинувшись на спинку стула.

— И вот еще что. Когда я проснулась, заметила, что от него исходила не зеленоватый свет магии, а красный.

— Красный? Ты уверена?

— Ну… Спросонья мне привидится не должно было. Наверное.

Я ни в чем сейчас не была уверена.

Малакай задумался, а я, держа руки на столе, смотрела на жениха.

— Тринадцатый был собран скелетониками, и магией его питали то они, то я, чтобы он не развалился. В основном его жизнь поддерживает наша энергия, но светиться зеленым она стала, когда вы встретились, и часть твоего эфира перешла в него, смешавшись с моим.

— Так… — Я пока ничего не понимала.

— Другого эфира в нем быть не может. Только если его душа не сохранила собственный.

Я в шоке округлила глаза.

— Душа⁈ В смысле? Он же…

— Тринадцатый не просто кадавр, собранный скелетониками. Я позволил им сохранить часть его души, — он смущенно потер затылок, — когда узнал, что его собрали неправильно. Нарушили нормы, в общем. Ты на тот момент с ним познакомилась, и он так тебе понравился будучи личностью, что я просто… Я не смог от него избавиться, потому что он снова заставил тебя улыбаться.

Я прикусила губу, вспоминая, как мне было тяжело несколько месяцев назад. Психически мое состояние сильно пострадало, потому что моя сила резко возросла, и из-за этого я чаще видела мертвых, которые просто сводили меня с ума.

Чтобы окончательно не свихнуться, я стала принимать сильные успокоительные, которые действовали на мою нервную систему слишком сильно, и из-за этого почти превратилась в эмоционального овоща. Мое состояние тогда пугало всех, и даже Малакай, обычно холодный ко мне, стал очень мягким и заботливым.

После встречи со Скитти, когда мой эфир немного влился к нему — я даже не поняла, как это случилось — мне полегчало. Не мгновенно, а день за днем, что я проводила рядом со скелетом. Он не стал моим фамильяром, потому что не мог связаться со мной, но взял на себя роль друга.

Скитти казался глуповатым, но на самом деле он был очень умен. Я не раз в этом убеждалась, хотя он старался доказать обратное. Для чего, я не понимала. Но, теперь, когда узнала, что в нем есть частичка души, может он так пытался ее сберечь?

— Значит та история про скелета, которого тебе выдали в качестве подручного, была ложью? — спросила я.

— Нет. Он был создан для этого.

— А почему Тринадцатый? — как-то я уже спрашивала у него, но тогда Скитти устроил небольшую истерику за то, что он достоин настоящего имени.

— Его пересобрали тринадцать раз прежде, чем он ожил.

— О-о, — я улыбнулась. — Дай угадаю, имя дал ты?

— Не видел смысла слишком заморачиваться.

— Или у кого-то слабая фантазия, — подкола его я.

Его глаза вспыхнули магией, и он подался вперед, опершись локтями на стол. Наши лица оказались очень близко.

— Поверь мне, милая, фантазия у меня отличная.

Во рту у меня пересохло, и я, чувствуя, как по телу расплывается тепло, опустила глаза на его губы.

— Просто я ее редко задействую.

— Что тебя останавливает?

— Нормы приличия.

Этот разговор уже явно не касался Скитти. Воздух загустел от взаимного желания.

— К черту нормы, — прошептала я.

Никогда не была нежной фиалкой, как многие девушки из высшего общества. Я выросла в иных реалиях, и хотя мать пыталась сделать из меня настоящую леди, у нее не получилось.

Ладонь Малакая легла на мой затылок, и его губы прижались к моим. В животе запорхали бабочки, и я потянулась к Малакаю, впустив его язык в свой рот.

— М-м-м…

Если бы Малакаю не позвонили, мы бы успели осквернить его кухню, а так все прервал звонок смартмака.

Разговор Кай завершил быстро, но желание уже растворилось в воздухе.

— Я готова проклясть твоего напарника, — сказала я, сидя на столешнице, куда меня посадил Малакай.

— Он спас наш вечер, милая, — он встал рядом, и я обхватила ногами его талию, притянув ближе.

Руками обняла за шею, заглядывая ему в глаза. Его ладони скользнули по моей талии и легли на поясницу.

— Да?

— Да. Как тебе идея поужинать где-нибудь в городе?

— Приглашаешь меня на свидание?

— Именно. Свидание. Только ты и я.

Чокко застрекотал из гостиной, и Малакай, повернув голову к дверному проему, громко сказал:

— И никаких енотов!

По паркету зацокали когти, и вот в дверях появился рассерженный енот, обещавший взглядом возмездие.

— Осторожнее, — с улыбкой сказала я. — За еду, тем более за вкусную, он может укусить.

В ресторан Чокко все же поехал с нами, но вел себя на удивление тихо и мирно, так что мы с Малакаем едва ли его замечали.

Мой жених забронировал красивый зал в дорогом ресторане, так что мы были здесь одни. На балконе располагался наш столик, украшенный цветами и свечами, а внутри зала имелась красивая зона отдыха. Там спал Чокко, когда от души быстро налопался.

Это свидание было для меня первым, и прошло оно чудесно. А закончилось еще лучше — в руках любимого мужчины.

Выходные тоже прошли в его компании. С тех пор, как мы узнали о чувствах друг друга, перестали валять дурака и терять время зря. У нас его и так было мало, так что мы наверстывали упущенное. Теперь я была абсолютно точно уверена, что наш брак не будет лишен любви.

Малакай открылся для меня с новой стороны, и я полюбила его еще сильнее. В прошлом я уже видела те его части, которые он так старательно пытался от всех спрятать, и искренне влюбилась в них, но теперь…

Я просто пропала в этом мужчине.

Счастье кружило голову, и почти месяц я жила в сказке. Не было никаких проблем. Малакая тоже в управление почти не дергали, и он все свое время уделял основной работе в академии. Тут мы старались не попадаться на глаза адептам, но с каждым днем, особенно на занятиях с ним, мне было все тяжелее не краснеть, смотря ему в глаза, и не флиртовать, когда было подобное настроение.

Сегодня утром я чувствовала себя довольно странно. Ночью мы с Малакаем почти сразу легли спать, но сил у меня отчего-то сейчас не было. И тело ныло, будто меня били. Малакаю пришлось уйти раньше, и я, кое-как собираясь на учебу, ползала по комнате, пока Чокко с беспокойством поглядывал на меня.

Мне стало легче после завтрака, но затошнило, когда началось первое занятие, и я пропустила большую его часть, просидев в туалете, где пыталась не выплюнуть свои внутренности и не умереть.

В целительскую идти не хотела, потому что не любила, когда чужая магия касалась моего тела, но стоило увидеть в отражении зеркала, как из носа потекла кровь, я решила не рисковать. Однако там мне ничем помочь не смогли, потому что обследование показало, я полностью здорова.

Они дали мне только какой-то тоник, и когда я выпила его, стало легче. К третьему занятию я забыла про недомогание.

Все свои долги по учебе я, наконец, закрыла, и сегодня позволила себе после занятий увидеться с Оли и Лиамом — это был первый раз, когда они согласились на совместную встречу, и даже не ругались на ней.

Малакай был на собрании группы Чистки, и чтобы быть уверенным, что я в порядке, как всегда оставил Скитти в качестве няньки. В последние дни скелет не вел себя странно, но иногда он заметно отрешался от реальности и просто смотрел в никуда. Я уже спрашивала у него, что с ним происходит, и он успокоил меня тем, что просто так отдыхает.

После встречи с друзьями я узнала у Скитти, где сейчас Малакай, и отправилась в его кабинет. Чокко решил сходить погулять — я уверена, где-нибудь напакостить, а Скитти отправился за ним, спасать академию от разбоя.

С хорошим настроением я зашла в кабинет жениха после того, как постучалась, но стоило увидеть его хмурое лицо, как моя улыбка пропала.

— Что-то случилось? — обратилась я к Малакаю.

Он ответил не сразу, а когда рассказал, от моего лица отхлынула кровь. В академии, где училась моя сестра, случилось массовое убийство. Больше 15 адептов кто-то жестоко усушил магически и обглодал тела.

— А Амара…?