Они встретились в парке недалеко от главного входа. Главного босса холдинга «Элис» сопровождали два охранника.

— Оружие есть? — вперед вышел тот, у кого было лицо поумнее.

— Конечно, — чиркнув молнией ветровки, Алекс показал засунутый за пояс «Глок».

— Пока отдай.

— Не, не, не, — Копылов чуть подался назад, руками показывая и первому и второму секьюрити не приближаться к нему ближе, чем на два метра.

— Нил, спокойно, — осадил Аникеев ретивого старшого.

Отельер с трудом узнал в грузном постаревшем олигархе того приятного господина, чье парадное фото рядом с Ельциным видел когда-то в кабинете Лавочкина.

— Ну здравствуй, карикатурист, меня тоже не подпустишь в свою безопасную зону.

Не зная, что ответить, Алекс лишь неловко передернул плечами. Они прошли по аллее в глубь парка к виднеющимся скамейкам. Нил подошел к сидевшей на скамеечке парочке и что-то им сказал, те послушно встали и поспешили прочь. В десяти метрах стояла другая скамейка, с которой мужик с банкой пива тоже был изгнан. Так охранники и расположились: Нил на скамейке впереди, другой — стоя по аллее позади.

— А продай талант, докажи, что ты это ты. — У Аникеева в руках была прозрачная папочка, он достал оттуда лист бумаги и ручку и протянул их Алексу. — А то у меня тот рисунок сгубился, копию хочу.

Тест был почти неподъемный, поди вспомни сейчас лик Скамейкина-Лавочкина, да и лицо Ельцина Копылов уже слегка подзабыл. Но не отступать же. Главное, композицию и свои издевательские надписи он помнил хорошо. В общем, две минуты — и копия прежней карикатуры была готова.

— Милое дело. — Аникеев засунул рисунок в папочку. — Я слушаю.

— Состоялась перестрелка, двое на двое, все четверо были ранены. Хороших спасли бронежилеты, один плохой в госпитале в коме, главный же Плохиш ушел.

— Очень понятно рассказываешь. Что требуется от меня?

— Допуск к вашим возможностям.

— Каким именно?

— Нужен полиграф, полное сотрудничество вашей службы безопасности и все те бумаги, чьи копии были переданы товарищу майору.

— Полиграф зачем?

— Проверить на нем некоторых ваших секьюрити, что были уволены с Плохишом.

— Ты один этим будешь заниматься?

— Можно вдвоем, например, с ним, — Алекс указал на ерзавшего на соседней скамейке Нила. — Плюс машина, квартира и стандартные жучки, естественно.

— А майор сказал, что надо делать, когда Плохиш найдется?

— Сказал.

— И сделаешь?

— А то!

Аникеев с минуту задумчиво рассматривал Копылова.

— Нил, подойди!

Старшой подошел.

— Как, по-твоему, этот молодой человек способен на что-то стоящее?

— Я его помню, как он пыжился у нас тогда в кабинете у Лавочкина. Грибаев и Смыга, похоже, тоже его рук дело. Думаю, способен.

— Готов поступить в его полное распоряжение?

— Если будет выпендриваться, в морду от меня получит. А так готов.

— Вот и славненько. Еще ему нужны машина, квартира, полиграф и другой реквизит. Я думаю, для тебя это не проблема.

— Наверно, и деньги на дополнительные служебные расходы, — усмехнулся Нил.

— Точно, — согласился Алекс. — А будешь выпендриваться, и ты в морду получишь.

Все трое весело с симпатией друг к другу рассмеялись.