*Олег*

Сегодня, кажется, все решили вывести меня из себя.

Особенно, конечно, отличились на работе. Косяки подчинённых сыпались как из рога изобилия. Только разгребал одну проблему и вставлял пиздюлей проштрафившемуся, тут же на горизонте появлялась очередная проблема и, соответственно, новый претендент на звание «Лучший сотрудник месяца» в номинации «Кто доведет шефа до белого каления». Кстати, конкуренция на это звание была нешуточная.

К концу рабочего дня готов был уже совершить убийство. И мне уже было практически похрен на то, что придётся отбывать за это немаленький срок.

Всех спас трудовой кодекс и документ под названием «Правила внутреннего трудового распорядка», в котором было прописано, до какого времени сотрудники работают.

В семь вечера отпускаю свою секретаршу (кажется, это единственный человек, который сегодня не огрёб от меня) и, устало откинувшись на кресле, закрываю глаза.

Звонок сотового заставляет меня вздрогнуть и чуть ли не с ненавистью и ужасом посмотреть на него.

Если ещё какая-то проблема, мне проще уже, наверное, совершить самоубийство, чтобы, мать вашу, не страдать и не разгребать за всеми кучи гов…

Увидев на экране имя друга, выдыхаю и принимаю вызов.

Вроде как с его стороны точно не должно быть какой-то подставы.

— Привет, Саш, — аж передёргивает от своего голоса, который звучит замученно и вяло.

— Привет, привет. А ты чего такой грустный? Неужели уже устал от своей славы? — весело ржет друг в трубку.

— В смысле?

— Да видел тут твою рожу на обложке журнала.

Туплю буквально пару секунд, а потом вспоминаю.

Точно, про меня и моей строительной фирме должна была выйти статья в довольно популярном и известном в нашем городе журнале.

Так, подождите-ка. Насколько я помню, статья должна выйти только в четверг, а сегодня так-то вторник. Странно, что с этого издательства меня никто не предупредил, что сроки сдвинулись.

Хотя какая разница, ну, вышла она на два дня раньше. Текст статьи в моей PR-службе одобрили и утвердили. Я её тоже мельком прочитал, всё только в положительном ключе.

— И как тебе моя рожа? — интересуюсь у друга, начиная вырубать комп. Думаю, мне тоже пора отчалить с работы. Всё равно ещё слишком заведён, поэтому продуктивно поработать уже навряд ли получится.

— Ну, рожа-то шикарна. А вот статейка так себе. Кстати, ты в курсе, что теперь ты Васильев и являешься ресторатором, а не владельцем крупной строительной фирмы?

— А вот сейчас нихрена не понял? — застываю на месте, сужая глаза и чувствуя, что грядет очередной пиздецовый момент, которых за сегодня получил уже воз и целую тележку.

Рука сама тянется к кипе прессы, которую мне принесла секретарша примерно с час назад и положила на столе отдельной стопкой. Нужный мне журнал там тоже должен быть.

— Да ты сам посмотри, — продолжает угорать Сашок. — Стопудово уже ищешь этот журнальчик у себя на столе.

Молчу, быстро перебирая журналы. Нахожу нужный и действительно вижу свою рожу под заголовком «Мишлен плачет: как просрочка стала фишкой ресторатора».

Быстро открываю журнал и начинаю читать статью.

И по мере чтения прямо-таки зверею.

Вот она, последняя капля в чаше моего терпения за сегодняшний день.

— Я, блять, их засужу, — цежу сквозь стиснутые зубы, дочитывая статью.

— Да ладно тебе, Олег. Ну, подумаешь, случайно перепутали фотку. Понятно же, что случайно твою рожу пришпандорили к этой статье о Васильеве. Кстати, о его ресторанах давно такие слухи ходили. Я был там ещё, когда он толь…

— Слушай, давай я тебе потом перезвоню, — бесцеремонно обрываю друга, решительно вставая с кресла.

Отличная возможность спустить весь пар, который во мне за сегодня накопился. Со своими сотрудниками всё равно я старался держать себя в руках, дабы избежать массовых увольнений. А тут посторонние люди, которые накосячили и перед которыми мне не нужно держать лицо и притворяться дипломатом.

— А чего так? — слышу недоуменный голос друга, пока направляюсь к двери своего кабинета.

— Поеду в это издательство и на месте покажу и расскажу, что я думаю про их ошибку, — последние два слова произношу иронично, мстительно оскаливаясь.

— Если кого случайно прибьёшь, — с воодушевлением и радостью в голосе угорает Сашка, — знай, что я помогу тебе, если что, закопать труп. Ну, а если свидетели будут, то оплачу тебе самого дорогого и крутого адвоката в нашем городе.

— Да пошёл ты! — с чувством рычу в трубку, а после отключаюсь, напоследок «наслаждаясь» звуками громкого ржача в сотовом.

Пока еду в редакцию, выясняю по телефону, кто там у них главный редактор. Тот, кто, по идее, должен следить за тем, чтобы подобных ошибок в принципе не было.

Узнаю.

Вероника Дмитриевна Шаталова. Баба тридцати пяти лет отроду.

Ну, теперь понятно. Не удивлюсь, если она к тому же ещё и блондинка. Наверняка любовница владельца, который подарил своей крале развлечение в виде этого издательства. Ну не верю я, что женщина в таком возрасте может самостоятельно дослужиться до подобной должности.

Приезжаю в редакцию, нахожу кабинет главного редактора и чуть ли не с ноги открываю дверь.

Захожу и…

Бинго!

Блондинка, как я и думал.

Чёрт, а блондинка-то хороша. Будь у меня такая любовница, я, наверное, тоже ей подарил бы это чёртово издательство. Или какой-нибудь салон красоты (как это сейчас принято у бизнесменов, насколько я наслышан от знакомых), чтобы она занималась им в своё удовольствие. Ну, а ночами, конечно же, за такой подарок доставляла удовольствие уже мне.

— Кто вы такой? И какого чёрта вы врываетесь ко мне подобным образом, даже ради приличия не постучав в дверь? — ледяной тон сидящей во главе офисного стола женщины ни хрена не остужает меня и мой настрой.

Наоборот, от хриплых ноток в этом холодном, как айсберг, тоне у меня кровь закипела. И не только она. Все внутренности опалило жаром странного, почти животного возбуждения.

Да, однозначно, я бы ей подарил всё, что она захотела!