Елена.

Огромная ювелирная сеть распадалась на две отдельные компании. Разрешение всех финансовых споров сулило весьма приятную сумму, в качестве оплаты моих услуг. Тем более, что изучив документы, я смогла, даже занижая ожидания, гарантировать, что суд удовлетворит часть требований.

К счастью для меня, клиент оказался весьма вменяемым. Вероятность того, что некоторые требования не будут удовлетворены, воспринял весьма адекватно.

Первое заседание прошло настолько гладко и рутинно, что я даже начала старательно выискивать, где подвох.

Этот самый подвох ждал меня за дверью. Стоял, расслабленно облокотившись на колонну. Сомнений, что вот он оказался здесь по мою душу, у меня не было.

— Случайно дверью ошибся? — без предисловий, прямо спросила я.

— Нет, дверь та самая. — Ещё и улыбается он. — Вот. Приехал в город, решил сообщить.

— Мне? — удивилась я. — И к чему мне эта, без сомнения, очень важная информация?

— Лен, — приближается он ещё на шаг, между нами и сантиметра расстояния не остаётся. — Нам надо поговорить. Выслушай. В Иркутске произошло очень глупое недоразумение...

— Слушай сюда, — я интуитивно схватила его галстук и несколькими движениями намотала на кулак так, что Минотавр вынужден был наклонить свою бычью шею. — Глупость и недоразумение это знакомство с тобой.

Прошипела я, наблюдая за тем, как движется на перетянутой шее кадык. Но словно в насмешку, я почувствовала просыпающееся возбуждение.

— Мама тебе привет передавала, просила напомнить о своём приглашении, и передать, что была рада с тобой познакомиться, — даже не пытается вырваться он. — Так может всё же поговорим?

— Через дорогу кафе. Я приду минут через двадцать, — отпускаю я галстук и резко разворачиваюсь.

От этого движения волосы, убранные в хвост, взлетают и ударяют по телу Минотавра. Слышу, как он хмыкает за спиной. Но никакого желания отказываться от знакомства с Жаргалсайхан у меня не было. Как и омрачать воспоминания грубостью. И даже мысль, что сыночек явно специально упоминул маму, этого моего желания не изменило.

— Буду ждать, — летит мнетв спину.

— Дождёшься, — отчего-то обернулась я, заметив, что он достал телефон и что-то читал на экране.

— Конечно, — как будто не услышал моего тона Минотавр. — Может, чего-нибудь хочется? Давай пока жду, закажу?

— Обойдусь, — цежу я.

Мне оставались мелочи, которые не заняли больше десяти минут. В кафе я не вошла, а влетела. Минотавра я увидела сразу. Сидел в компании за дальним столиком. Двое мне были не знакомы. А вот третий...

— Надо было догадаться, что эти двое одного сорта членистоногие, — процедила я себе под нос и натянула улыбку.

— Лена, — встал встречать меня Минотавр.

— Значит, так! — много времени я терять не собиралась. — Сначала ты. Мне всё равно когда, зачем и как надолго ты заявился в город. Депортировать тебя оснований нет. Но это не значит, что ты можешь являться с видом благодетеля, осчастливившим своим появлением мою жизнь. Это очень ошибочное убеждение.

— Давай ты меня выслушаешь, — пытается он устроить разборки.

— Всё, что было надо, ты мне уже сказал, я услышала и запомнила. На этом всё. — Перебила его я. — Я была в отпуске, хотела расслабиться, все взрослые люди, всё понимают. Отпуск закончился. Всё, мы больше не знакомы. Понятно?

— Я там лишней х@рни наговорил, — сжимает он своими пальцами мой и осторожно поглаживает..

— У тебя же хорошая и внимательная мама, она тебя не учила, пальцы при себе держать? Я тебе их сейчас переломаю, — серьёзно произнесла я, состроив при этом мордашку милой зайки. — Объясняю для непонятливых, у кого броня, как у того бульдозера, в ладонь толщиной. Покувыркались и ладненько, меня устроило. Срок аренды вашего движимого имущества истёк. А здесь у меня работа, друзья. Времени на потрахушки, разбор душевных терзаний и отзывы на услуги всяких мачо из глубинки у меня нет.

— Грубо. И грязно. Зачем? — мягко спрашивает он, отчего у меня и вовсе просыпается бешенство.

— Называю вещи своими именами, — кривлюсь я. — Может тогда дойдёт, что нужно напоминать о себе было неверным решением?

— А ты всегда всё своими именами называешь? — влезает в разговор Маришкин разводила. — Я чисто так, для понимания. Допустим, ко мне у тебя есть претензии. Хотя наши с Мариной отношения, вас вообще касаться не должны. Ребёнка, которому несколько месяцев от рождения, на хр@на дерьмом поливать?

— Ой, блюститель морали и этических норм объявился, — развернулась я к этому уроду. — Вот кому бы вообще язык в задницу втянуть, и сесть сверху, чтоб наверняка не вылез! Мне и на тебя, и на твоего ребёнка всё оранжево, что не фиолетово. Это твой ребёнок, как ты совершенно верно заметил. И всё, что с ним связано, это тоже исключительно твоё. Непонятно только с какой такой радости, ты решил всё дерьмо, связанное с продуктами твоей жизнедеятельности, подпихнуть Маринке?

— Ууу, какие эпитеты, какие речевые обороты! — демонстративно похлопал он в ладоши. — Хамка.

— А ты думал, с тобой кто-то церемониться будет? Это Милана с Мариной у нас сердобольные и жалостливые, душа на распашку. А я да, злая и грубая хамка. — Оскалилась я. — И я тебя официально предупреждаю. Не оставишь Марину в покое, оставлю её в покое от тебя я. Статью поднимешь, не нагнувшись.

— А давай, — нагло отвечает это недоразумение. — Только Маринка Мотьку не бросит. Я в тюрьму, мать его быстро постарается сдать. А Белка этого не допустит. А пока я буду сидеть, они с мелким совсем сроднятся. Мне только вернуться к Маришке под бочёк останется. А уж письма то писать с признаниями, просьбами простить и обещаниями мне вообще не сложно. И времени будет для этого вагон.

— Нет, ты будешь занят. Видишь ли, аферисты-содержанцы, жигало и прочие мальчики по вызову на зонах имеют особый статус. Рабочий. — Шипела я.

— Монгол, тебе Язву бракованную подсунули, — нахмурился он. — Дичь какую-то несёт. Или ты её слишком сильно прикладом приложил.

— Слушай сюда, Ромашка, на общественных началах давашка, — пошла я в разнос. — Во-первых, к вашему монголу, буряту или кто он там, я не имею никакого отношения. А вот во-вторых... Дичь говоришь? А на какой машине ты ездишь? Кто брал на неё кредит? И выплачивал? А может напомнить за какие именно услуги ты себе такую оплату назначил? Как ты там заявил, твой член слишком ценен, чтобы ты им просто так тыкал?

— Кредит, — повторил он заметно растерявшись. — Я забыл...

— Уркаганам будешь про проблемы с памятью рассказывать, когда они очередь к твоей заднице занимать будут, Ромашка! — фыркнула я и почти выбежала из этого кафе.

Схватила первое такси и поехала домой. Хотела почувствовать себя хоть чуточку защищённее. Горячий душ и любимый оранжевый халат вроде уняли нервную дрожь, что не отпускала после сегодняшней встречи. И даже какая-то уверенность появилась.

Ну, приехал. Ну и что? Этому приезду сотни объяснений. А я это так, чтобы поисками развлечений себя не утруждать.

И как будто я даже убедила себя, что меня появление Минотавра в городе не волнует. Ровно до того момента, пока я не пришла в офис коллегии.