Фобос

* * *

Усмехнувшись и не веря собственной реакции, приготовился выслушать её оправдание. Я-то ведь знал, что значит каждый цвет. Но на самом деле красный не всегда означает выброс дофамина, окситоцина и адреналина, притупляющие наше критическое мышление и создающее эйфорию. Брианна вполне могла покраснеть из-за чувства благодарности или смущения от моей навязчивой манеры ей помочь. Желание настолько искренне, что подавить я его так и не смог. В точности, как и мысли о том, что причина смены цвета артефакта крылась во влюбленности. Артефакт должен был получиться проще, но мы перестарались в своём стремлении сделать его неповторимым и идеальными, как того заслуживала тётя Эйдана.

Она собралась с мыслями, чтобы что-то сказать, но её перебил звук, который никто не ожидал услышать: подъезжающего к нашему дому автомобиля.

— Мы кого-то ждём?

— Нет, — насторожившись ответила Брианна, и я разделял её реакцию. У меня точно не может быть гостей, а у них только неприятные, потому лучше бы нам показалось. Фрея, обняв одну из подушек, вжалась в стенку беседки. И увидев это мне стало не по себе. Мы, к сожалению, являлись той частью людей, которые по своему пережитому опыту, всегда ожидали худшего. С этим срочно нужно что-то делать.

А пока я обошёл дом и вышел во двор. В месте, где у нормальных людей должен быть установлен забор действительно остановился автомобиль.

Щелчок. Его дверца открылась. Стройная женская нога первой показалась из салона и туфель коснулся земли. Я закрыл глаза и предпринял попытки отодвинуть надвигающийся приступ: принялся активно считать, дышать и вслушиваться в пение птиц, пытаясь узнать какому виду принадлежит звук.

Чуть пошатнувшись, открыл глаза и посмотрел на того, кто врезался в меня и обхватил руками.

Две пары зелёных глаз смотрели на меня снизу вверх:

— Привет, Фобос, — поприветствовали меня ЕЁ дети.

— Привет. Как же вы успели вырасти за такое короткое время.

Я потерял счёт времени или чужие дети действительно так быстро растут?

— Ты ещё Риана не видел, он просто здоровяк, — с такой интонацией, словно подшучивает над братом, сказала Эклипса.

— Я тоже таким скоро буду. Правда у меня нет дракона.

— Обязательно, Кай. Через несколько лет догонишь старшего брата, а дракон может ещё пробудиться, — подбодрил я, пока ещё, худощавого мальчишку, которому явно хотелось поскорее стать взрослее.

Риан шёл рядом с матерью. Высокий, крепкий, широкоплечий блондин. Копия отца, если не считать необычный цвет глаз, который достался ему от мамы. Настолько светлые, что казались почти белыми, при смене настроения мелкие разноцветные вкрапления сияли разными оттенками подобно драгоценным камням. Я мог любоваться ими часами, общаясь с ней в нашей гостиной, пытаясь считать её настроение и понять какой цвет за что отвечает.

Мы с Рианом пожали друг другу руки. Он вышел из того возраста, когда бросался ко всем с радостными криками. И теперь я не мог на него спокойно смотреть, потому что знал, его взросление знаменовало лишь одно. Скоро Его Величество использует меня в своих целях и мы, вместе с Рианом, должны будем вернуть Алкае истинного наследника, тем самым спасти мою сестру и её семью от вечного затворничества и чувства страха за свою жизнь.

На плечо невесомо легла ладонь. Щеки едва коснулись тёплые губы и этого было достаточно, чтобы стиснуть зубы, а заведённые за спину руки сжались в кулаки. Превозмогая головную боль, выдавил из себя улыбку и приобнял её в ответ. Нет, я всегда ей рад. Даже через года, даже если мы никогда в жизни больше не увидимся и не заговорим, я буду считать её близким для себя человеком. Дело не в ней, а в том, как реагировало на неё моё сознание. Оно кричало о вине, о том, что я не могу стоять с ней рядом и радоваться чему-то, потому что она страдала из-за меня и моей семьи столько лет. Она стояла передо мной, не убрав руки, и на её лице промелькнуло беспокойство. Знала меня лучше остальных, чтобы удалось скрыть от неё своё состояние.

В спину упёрся любопытный взгляд. Я невольно ощущал, как Брианна нервничала, её резерв колебался. И мне только оставалось догадываться, что она напридумывала, заметив мою реакцию, а она точно подметила все детали. Но несмотря на всё это я прервал своё молчание.

— Здравствуй, Меора.