– Ты ко мне не прикоснёшься, – произнесла Анджали, стараясь, чтобы голос не дрогнул и звучал твёрдо. – Я выцарапаю тебе глаза, кукушкин сын!

– Попробуй, – процедил Коилхарна сквозь зубы и схватил её за руку, больно вывернув.

Анджали вскрикнула, но гандхарв ухватил ещё крепче.

– Больно будет только тебе, запомни, – пообещал он.

– Ты не посмеешь! За каждый удар царь накажет тебя!

Но угроза не испугала мужчину.

– Накажет тебя за нарушение дхармы апсар, – заявил он. – А мне он ничего не сделает. Я нужен ему больше, чем ты. Пусть и по-другому, – тут Коилхарна коротко рассмеялся. – Кроме меня и господина Читрасены никто не умеет управлять залом амокши и летать на всех виманах. Обучать такому другого – долго, да и не все поймут. А я буду служить господину Шакре изо всех сил, чтобы он был мною доволен. Тогда после того, как он тобой наиграется, ты достанешься мне. Чтобы и я наигрался вдосталь. Потому что два дня – это очень мало для такой, как ты.

Они вышли из пещеры, где на взлётной площадке оставалась лишь одна вимана, возле которой маячил одинокий гандхарв – помощник Коилхарны. Заметив начальника и голую женщину, гандхарв встрепенулся и затоптался на месте, не зная, что сделать – помочь или остаться в стороне, притворившись, что ничего не замечает. Но взгляд его скользнул по обнажённому женскому телу, и глаза сразу загорелись.

– Готовься к взлёту! – рявкнул на него Коилхарна, волоча к небесной колеснице упирающуюся Анджали.

Помощник тут же перестал мечтать и обежал виману, чтобы залезть в не с другой стороны.

Затолкнув Анджали внутрь колесницы, Коилхарна запер дверь, проверил замки, потом сел на мягкий стул в головной части, взялся за руль, и вимана загудела, готовая взлететь.

Помощник оглянулся на Анджали, что-то крикнул и рассмеялся, но Коилхарна так посмотрел на него, что тот сразу замолчал и уставился прямо перед собой, в прозрачное огромное окно.

Полёт до Тринаки показался коротким, как полвздоха. Анджали сидела на полу виманы, обняв колени и опустив голову, так что волосы закрывали лицо.

Когда колесница приземлилась, и Коилхарна так же грубо схватил Анджали за плечо, вытаскивая наружу, она увидела, что он привёз её в Тринаку, а не в Амравати.

Ей даже не дали покрывало или клочка ткани, чтобы прикрыться. Но ночью на улицах города им никто не встретился, и никто не увидел, в каком жалком виде была «Царица Шакры».

– Вот и прибыли, – Коилхарна завёл Анджали в свой дом, подтолкнув в спину, чтобы быстрее переступила порог.

Заперев дверь, гандхарв зажёг два светильника, а потом достал ещё два и подлил в них масла.

– Хочу всё хорошо разглядеть, – объяснил он, поджигая фитильки.

Чёрные тени, метавшиеся по стенам, были похожи на чудовищ, которые сотрясались от беззвучного хохота.

Да, жалкий поворот судьбы для той, которую считали первой танцовщицей всех небесных царств, возлюбленной царя богов...

Коилхарна расставил светильники и принялся развязывать узел набедренной повязки. Гандхарв смотрел на Анджали, не отрываясь, и ноздри его широкого плоского носа с низкой переносицей трепетали в предвкушении.

– Может, дашь мне хотя бы выкупаться? – спросила Анджали, стараясь потянуть время.

Не так давно она говорила Сахаджанье равнодушно, что ей нет дела, кто будет рядом – Шакра или другой. Но это было до того, как она снова встретила Танду. До того, как стала его женой по-настоящему. Шакра растоптал, унизил, измарал грязью эти брачные нити, связывавшие её и Танду. Но быть униженной царём богов это совсем не то, что быть униженной его цепным псом.

– Для меня ты и так хороша, – сказал Коилхарна, сбрасывая одежду и оставаясь голым, как и Анджали. – Начнём полировать золото. Видишь, я уже готов, – он потёр напряжённый и поднявшийся член. – И не надо изображать из себя дохлую лягушку. Старайся получше. Как старались твои наставница и подружка.

– Кто? – Анджали так и вскинулась.

Гандхарву это понравилось, и он довольно рассмеялся.

– А, сразу кровь закипела? Вы же, апсары, не любите, чтобы кто-то лучше вас скакал на мужчине! Они тогда хорошо потрудились, Сахаджанья и та маленькая колючка.

– Хема?!.

– Ублажали меня вместе, – подтвердил Коилхарна, – по очереди. Чуть не дрались, которая будет меня облизывать.

– Не верю!

– Спроси у них сама, – ухмыльнулся Коилхарна, подходя ближе. – Они так хотели улететь на землю за тобой, что готовы были отдаться не только мне, но и всем ракшасам. А что сделаешь ты, чтобы угодить мне? Иначе я пожалуюсь господину Шакре, что не соблюдаешь свой долг.

На мгновение Анджали закрыла глаза, чувствуя как в глубине души, в самом сердце зарождается и растекается по телу что-то чёрное, холодное и огненное одновременно.

– Не беспокойся, – сказала она, в упор взглянув на гандхарва. – Жаловаться тебе не придётся.