ГЛАВА 3 — БЛЕЙК

Я неподвижно стоял, пока Виктор мерил шагами роскошные покои внутри Черной Крепости. Тяжелые шторы были задернуты, приглушая солнечный свет и придавая комнате гнетущий вид. Виктор широкими шагами ходил взад-вперед по ковру перед камином, крепко сцепив руки за спиной. Он был зол. Не нужно было быть гением, чтобы понять это.

— Она сопротивлялась мне, — сказал Виктор без предисловий. — Ты хотя бы понимаешь, насколько это редкость?

Я пожал плечами.

— Она упрямая, ничего особенного. Я не сомневаюсь в твоей способности достучаться до нее в конце концов, дядя.

Виктор остановился на полушаге, повернувшись ко мне с ледяным взглядом.

— Кто разрешил ей изучать Щит братства?

— Я не присутствовал на собрании, где это было решено, — медленно сказал я. — Но я бы предположил, что директор Ким был вовлечен.

Виктор заскрежетал зубами.

— Этот глупец, любящий блайтборнов. Он вообще подумал посоветоваться со мной?

Я сильно сомневался, что Ким питал чрезмерную любовь к блайтборнам. Или даже к Пендрагон. Но я ничего не сказал. Я слегка наклонил голову.

— Все всадники древности обучались траллгарду, не так ли? Возможно, они просто основывали свое решение на этом прецеденте? — Я знал это только потому, что мне рассказал Родригес. — В конце концов, Пендрагон чуть не умерла в свой первый день из-за того, насколько восприимчивой она была.

Губы Виктора скривились в усмешке.

— Ничего этого не произошло бы, если бы ты держал своих женщин в узде. Не читай мне лекций об истории, свидетелем которой я был, мальчик. Те всадники были верны своим домам. Они знали цену неповиновения. А эта?

Моя челюсть сжалась.

— Уроки траллгарда не сделают ее неприкасаемой. Она просто девчонка, играющая с огнем.

Глаза моего дяди сузились.

— Девушка, которая разбудила дракона, Блейк. Не стоит ее недооценивать.

Казалось, что именно он уже сделал это, но я придержал язык.

— С ней нужно особое обращение, — сказал мой дядя, как бы самому себе. Он взглянул на меня. — Чего бы я хотел, так это выбить из нее ответы. Я никогда не встречал рожденную мором, которую нельзя было бы сломить надлежащим… убеждением. Я мог бы с болью вытягивать правду из ее уст, пока не осталось бы ничего, кроме покорности. Но…

Я немного подождал.

— Но? — наконец осторожно спросил я.

Его губы сжались.

— Она утверждает, что дракон мог знать.

— Ах. Это… — Я поискал подходящее слово. — Неудачно. И ты ей веришь?

— Я не знаю, чему верить. Вполне возможно, что она может общаться с ним. Это не подлежит сомнению. Нам нужен этот дракон. Она — наша единственная связь с ним в его нынешнем виде. Авари будут пытаться помешать нам на каждом шагу. Нам нужно, чтобы она была послушной. Нам нужно, чтобы она была покорной.

Я решил не упоминать, что с этим могут возникнуть сложности. Виктор посмотрел на меня.

— Я хочу знать всё об этой девушке, Блейк. Что она знает, что скрывает и, что более важно, что она может сделать. Она многое скрывала от нас. С самого начала. Она появилась из ниоткуда. Пришло время выяснить, кто она на самом деле. Ты будешь регулярно отчитываться передо мной. Я ожидаю прогресса.

Я старался выглядеть уверенным.

— Конечно.

— Пока мы будем действовать осторожно.

Читая между строк, я понимал, что это значит. При необходимости он прибегнет к пыткам.

— Ты скучаешь по Риган?

Вопрос застал меня врасплох.

— Возможно, немного. Но она была непослушной.

Резкий смех вырвался из горла моего дяди.

— Ирония судьбы. Ты увольняешь одного консорта за непослушание, в то же время связываясь с другим, который бросает нам вызов на каждом шагу.

Мои губы изогнулись в невеселой ухмылке.

— Она не будет долго сопротивляться нам. Я могу сломить Пендрагон, дядя. Скоро она будет верна Дому Дракхэрроу. Подожди и увидишь.

Виктор изучал меня.

— Если ты потерпишь неудачу, я разберусь с ней сам. Это будет некрасиво. Обещаю, тебе не понравится результат.

— Я понимаю.

— А пока сохраняй ее послушность. Девушка, кажется, думает, что ты заботишься о ней. Не позволяй этому измениться. Блайтборны — рабы своих эмоций. Это их большая слабость. Используй это против нее.

Я кивнул.

— Мудрое предложение.

Виктор нахмурился.

— Она была на балу Ледяного Огня с Кейджем Танакой.

Я вздрогнул. Я не думал, что он знал об этом.

— Я не спрашивал её об этом. Танака увидел возможность и пригласил ее. Она согласилась. — Я пожал плечами и попытался выглядеть беспечным. — Это действительно имеет значение?

— Наличие Кейджа в качестве соперника пошло тебе на пользу. Мы, Дракхэрроу, преуспеваем в конкуренции. Но теперь ты, возможно, позволил этому щенку думать, что ему слишком многое сойдет с рук. Если он думает выкрасть твоего консорта из-под…

— Он не станет, — перебил я. Мои руки сжались в кулаки. Мысль о Кейдже Танаке, заманивающем Пендрагон в свой дом, в свою постель… — Теперь мы связаны кровью. Я увижу его мертвым прежде, чем это произойдет.

И всё же от меня не ускользнуло, что я, казалось, нуждался в Пендрагон больше, чем она во мне. Хотя, если бы она знала, что мой дядя запланировал для нее, возможно, она была бы более готова принять мою защиту.

— Тебе нужна её кровь. Что ей нужно от тебя? — требовательно спросил мой дядя, проницательный, как всегда.

— Я напомню ей о ее месте. Она забыла, где ее место. Она забыла, кто обладает здесь истинной властью, и всегда будет об этом помнить, — прорычал я. — Кейдж будет держаться от нее подальше. Я прослежу за этим.

И Пендрагон уж точно будет держаться от него подальше.

— Не убивай Авари. Его дом нанесет ответный удар, а мы не готовы к войне.

«Пока». Это невысказанное слово повисло между нами. Но когда дракон пролетел над Сангратой, а два самых могущественных дома приготовились сражаться за контроль над ним, у меня не осталось сомнений. Война была на горизонте.

Виктор двинулся ко мне, медленно обходя вокруг, как хищник, оценивающий свою добычу.

— Ты думаешь, ты понимаешь, с чем имеешь дело, не так ли, племянник? Девушка. Дракон. — Он позволил словам повиснуть в воздухе, затем наклонился. — Но ты ничего не знаешь, мальчик. Я видел, что происходит, когда Высокородные недооценивают всадников. И драконы… Что ж, они всегда были опаснее, чем мы позволяли кому-либо думать.

Я нахмурился, но постарался сохранить беспристрастное выражение лица.

— Конечно. Ты знаешь всё это не понаслышке, дядя. — Я сохранял почтительный тон.

Виктор улыбнулся. Это не коснулось его глаз.

— Давай просто скажем, что некоторые истории лучше оставить в прошлом. Сосредоточься на своей задаче. Предоставь всё остальное мне.

Он повернулся к своему столу, отпуская меня взмахом руки. Я вышел из комнаты, дверь с тяжелым стуком захлопнулась за мной. Впервые я поймал себя на мысли: а что еще было похоронено, когда драконы исчезли?