Антон.

Специально делаю вид, что все еще сплю, но с каждой минутой претворяться все труднее. Как на зло, то нос чешется, то пить захотелось, а теперь еще и в туалет. Но очень уж хочется увидеть финал нашего общего утреннего пробуждения.

Принимаюсь немного ерзать, чтобы разбудить Беллу. Закидываю руку за голову, чтобы совсем быть не при делах и двигаю затекшей ногой.

Зашевелилась. Класс!

— Антон, — бурчит Белла, — ты опять за свое? — недовольно спросонья ворчит.

Лениво открываю один глаз и поворачиваю голову в ее сторону.

— Ты о чем? — глаза не открыла, а уже претензии.

— Ты слишком близко ко мне лежишь, — продолжает бормотать сквозь полудрему.

— Детка, ты б глазки открыла, и отлипла бы уж от меня.

Белла распахивает глаза. И что видит? Как она бессовестно закинула на меня ногу, да еще и обхватила рукой за торс, уткнувшись носом в согнутую руку. А мои-то ручки, вот они, под головой. И не единым пальцем ее не касаюсь.

— Ой, — выдает она, проводя взглядом по моему неприкрытому одеялом телу. Резко убирает руку, поднимая ее вверх, словно ошпарилась, а затем и ногу. И садится. — А где одеяло? — Смотрит по сторонам, ища пропажу. — Куда ты его засунул?

— Я? — встаю наконец-то с кровати и топаю в туалет. — Вон, — замечаю одеяло, валяющееся кучей, — с твоей стороны на полу лежит.

— Специально бросил на мою сторону?

— Вот еще, делать мне больше нечего. Да и как бы я это сделал? Ты ж в меня вцепилась так, что тело все занемело. Я ж не против. Ты только скажи: «Антон — ты Бог, жить без тебя не могу», и можешь пользоваться этим телом, как душа попросит. — Оборачиваюсь в ее сторону, и раскинув руки в стороны, демонстрирую предмет возможного пользования. Вижу, как открывает рот, чтобы возразить, а я делаю шаг в ванную и захлопываю дверь, чтобы не дать ей этого сделать.

Пусть переварит и сама придет к вводу, что ее так же тянет ко мне, как и меня к ней. Сама нагородила барьеров и препятствий, а во сне, бессознательно, преодолевала квест под названием «Найди Антошу».

Мысленно потираю руки. Скоро, совсем скоро будет так, так мне мечтается…

Сделав свои дела, возвращаюсь в комнату, а Белка все так же сидит на кровати и внимательно наблюдает за моим передвижением по комнате.

— Тебе не жарко спать в халате, в комплекте с пижамой?

— Я мерзлячка.

— Ум… Понятно. В следующий раз везти тебя на острова? Там, где солнце, пальмы и песок?

— Боюсь, Антон, — поднимаясь с кровати сообщает мне, — следующего раза не будет, — и топает в ванную комнату.

Расплываюсь в хитрой улыбке.

Я уверен, что белочка уже клюнула на орешек. Скоро будем подсекать. Как раз в новогоднюю ночь. Разве не достойное завершение года: шампанское, салют и секс с девушкой, которую уж очень хочется попробовать.

— На завтрак пойдем? — спрашиваю у Беллы, которая завершила все свои утренние ритуалы, и вышла из ванной уже переодетой.

— Нет. Я не хочу выходить из номера.

— Ладно, я закажу завтрак в номер, — беру трубку телефона и делаю заказ. — Ты будешь еще пять дней сидеть в номере?

— Я просто хочу побыть одна.

— Но вчера, ты же куда-то ходила?

— Я бродила по улице.

— А этих, — киваю в сторону снеговиков, — тебе подкинули?

— Нет, они стояли на витрине, и я не смогла пройти мимо.

— Как знаешь, — чего это я так рьяно ее уговариваю. Нет, так нет. Пусть сидит в номере, спокойней будет. — А я тогда, кататься. Когда еще шанс выпадет?

— Катись. Я имела в виду, что желаю тебе удачно покататься.

Одариваю ее фирменным взглядом «а не офигела ли ты девочка» и выхожу их номера.

Сноуборд сегодня как-то не зашел. Такое ощущение, что все встали не стой ноги. Кирилл в контрах со своей дзюдоисткой, отличницей и просто красавицей. Никита зол на Заю, видно не отработала стоимость процедур, оплаченных им в СПА. Один Валера спокоен, как удав, вот что значит отдыхать без девушки — внешнего раздражителя.

Провели несколько часов вместе, да и решили расходиться, так как и снег сегодня тоже был против нас. Рыхлый какой-то.

Иду обратно в сторону отеля. Чуть в стороне стоят лавочки, мазнул по ним взглядом, и резко торможу. Сидит моя красотка, греется на солнышке. А рядом трется какой-то хмырь, но он станет ушлепком, потому что я его сейчас ушлепаю.

Этот тип ей что-то втирает, а эта мелочь хвостатая мило ему улыбается и подхихикивает. Надо бы как-то не банально обозначится. Не придумал ничего умнее, чем слепить огромный снежок, и запульнуть ей в спину.

Вздрагивает и поворачивается в мою сторону.

Уверенно подхожу, и поднимаю ее с лавки, крепко обнимая за талию. Смотрю так, что и вопрос: «И это называется, я хочу побыть одна?», задавать в слух не стоит, читается на раз.

— Не замерзла?

— Эм… Не успела.

— Познакомишь? — и перевожу взгляд на смертника.

— Это Колин, мы с ним учились в Эдинбурге, — она переходит на английский и представляет мне его. Не знаю, чему так радуется этот придурок, но он расплывается в улыбке, демонстрируя мне все свои тридцать два зуба, рискуя остаться без них. — А это Энтони, — представляет меня ему Белла, — мы… он…

Мой язвительный вид говорит сам за себя.

Кто? Ну? Выдавливай уже из себя. Скажи, что мы просто спим в одной кровати или, не дай бог, друзья. Буду ржать так, что лавина с горы сойдет.

— Парень, — все-таки выдавливает из себя Белочка. Ладно, живи пока…

А этот Колин, может он и нормальный парень, но вызывает у меня только одно желание — с размаху дать ему в морду, дружелюбно улыбается и протягивает руку. Протягиваю в ответ, и жму чуть сильнее, чем следовало бы.

— Оу, — ойкает он, — твой парень сильный малый, — говорит он на чистейшем английском языке.

— Рада была увидеть тебя, Колин, нам пора. Передавай привет бывшим однокурсникам.

— Пока, Белла. Будем рады видеть тебя снова.

Колин разворачивается и ковыляет на своих, пока еще не переломанных двоих.

— Ты чего такой взвинченный, — интересуется Белла, как только парень уходит на приличное расстояние.

— Это ты и вчера с ним встречалась?

— Нет, конечно. Я его только минут как двадцать встретила, — смотрит на меня с подозрением и интересуется, — ты что, ревнуешь?

— Нет, просто вживаюсь в роль твоего парня.

— Можешь глубоко не проникаться ролью, она тебе не идет. Это не твой репертуар.

— И какой же мой?

— Кобель необыкновенный.

— Я как раз в поисках хозяйки, — смотрю на нее преданнее, чем пес.

— Из меня хозяйка так себе. Хм… а знаешь, о чем я мечтала, как только повернулась и увидела, кто запульнул в меня снежком?

— О чем? Расцеловать меня?

А эта бешенная белка, толкает меня со всей дури в сугроб и принимается закидывать снегом.

— Прикопать тебя, — уж больно радостно кричит, нагребая снег. Хватаю ее за руку и дергаю на себя.

— Сама напросилась. Да будет снежная битва!

Довольные и веселые вваливаемся в номер.

— Есть охота, просто жуть.

— Пойдем вниз? — морщит свой красивый носик. — Ладно, сейчас привезут сюда, а ты иди в ванную, погрейся. Не хватало еще заболеть. Это я в лыжном костюме, а ты в обычных штанах. Промокли, наверное?

— Да нет, вроде.

— Иди уже.

Наевшись от пуза, собираемся ложиться спать.

Начинается… Опять баррикадируется.

— Может это уже лишнее? Все равно опять утром с себя сдирать буду.

— И не мечтай! Это получилось… чисто случайно. Больше такой радости я тебе не доставлю.

Ранее утро. Пытаюсь перевернуться, а не могу, что-то мешает. Приподнимаю голову. Эта красотка, обхватила мою ногу своими ногами, и руками — левую руку, да так крепко, что не вытянуть. Пытаюсь отцепить, а она бурчит что-то во сне, сжимая еще крепче.

Кого ты пытаешься обмануть, Белочка? Я давно тебя раскусил.