— По… могите… я убила человека…

Больше я ничего не смогла сказать. Руки не слушались, и телефон с треском упал на асфальт. Я обхватила себя руками и начала просто раскачиваться из стороны в сторону. Меня била крупная дрожь, но я даже не обратила на это внимания. У меня не было мыслей и чувств, я как будто находилась не тут, и это все происходило не со мной. Организм словно защищался от происходящего, выключив все эти важные для человека функции.

Первое, что я реально почувствовала, — сильная пощёчина, и потом сознание начало возвращаться ко мне, как зрение и слух. Передо мной сидел Дрейк и что-то громко говорил, но слов я не понимала. Тогда он начал очень сильно трясти меня.

— Ангел, скажи хоть что-нибудь! — в его голосе слышалось отчаяние, и только сейчас я смогла разобрать слова.

— Я…

Язык просто не слушался, горло пересохло. А потом я и вовсе разревелась.

— Тихо, тихо, Ангел, все хорошо.

Я почувствовала, как сзади меня накрывают чем-то теплым и мягким. Тем временем Дрейк взял мою кисть и продолжил:

— Ты можешь немного расслабить руку, я просто уберу это…

И только сейчас я поняла, что все это время крепко сжимала окровавленный нож. Я сразу же разжала пальцы. Оказывается, вцепилась в него так, что костяшки рук начали болеть от напряжения.

— Вот и умница… Алик, возьми ее, а я пока избавлюсь от этого.

Меня обняли сзади, подняли с холодного камня и понесли в рядом стоящую машину.

— Ты вся заледенела… — голос принадлежал Алику. — Дрейк, можешь завести машину и включить на полную мощность печку.

Со мной сели на заднее сидение автомобиля, и, когда меня уже стало не так трясти, Дрейк опять спросил жестко:

— Ангел, с тобой точно все в порядке? Тебе ничего не сделали?

Я почувствовала, как их сковало напряжение, они ждали ответа. Я сначала задумалась, а потом отрицательно покачала головой. Все же синяки и ссадины это ничего страшного по сравнению с тем, что сделала я. Увидев мой ответ, они немного выдохнули, но потом опять напряглись.

— Дрейк, менты приехали.

От их слов я дёрнулась.

— Тихо, тихо, Ангел, они тебя не тронут, — он погладил меня по спине и прижал сильнее.

— Пойду узнаю, что там, если что, нож я спрятал в машине, главное — не показывать ее.

— Хорошо, мы ждём тут.

— Позвони пока доктору Кирееву и попроси его приехать, — он посмотрел на меня обеспокоенно, — Ангела нужно осмотреть.

С этими словами он вышел из машины и направился к моему подъезду. Туда уже подъехала машина полиции и карета скорой помощи.

Дрейк вернулся примерно через час, с моей сумкой. О которой я уже забыла. За это время Алик позвонил доктору и договорился о встрече.

— Ну что там? — спросил с волнением Алик.

Я тоже повернула голову и ждала ответа. Ведь от этого зависит моя судьба.

— Пока непонятно, его увезли в больницу, он без сознания. Тётка ничего не знает, она спала в другой комнате и утверждает, что ничего не слышала. Об Ангеле пока никто ничего не знает. Они подозревают тётку и поэтому забрали ее в отделение. Я заплатил местному менту и собрал необходимые вещи, паспорт, документы. Все в сумке.

Он обернулся и посмотрел на меня.

— Ангел, как ты себя чувствуешь? — тихо и с нежностью спросил он, прикоснувшись к моей щеке, чтобы погладить, но, когда я дернулась от боли, его взгляд сразу же изменился и там в глубине я увидела желание убивать.

Я опустила взгляд и кивнула.

— Уже не так трясётся и согрелась, — прокомментировал Алик.

Лицо Дрейка посерьёзнело.

— Ангел, что он хотел с тобой сделать? Изнасиловать?

Я ощутила, как напряглось тело Алика, а воздух в автомобиле будто наэлектризовался.

Я утвердительно кивнула.

— Но не смог?

Кивнула.

Они оба вздохнули с облегчением.

— Ты успела ему всадить куда-то нож?

Кивнула.

— Понятно, не волнуйся, тюрьма тебе не грозит. Даже если он умрет, — мужчина повернулся, чтобы завести машину и потом посмотрел в зеркало заднего вида на своего брата, в его взгляде буквально горел огонь ненависти. — Хотя лучше ему умереть там, чем от наших рук.

Это было сказано очень холодным голосом, я даже испугалась.

Мы ехали довольно долго, я успела пару раз вздремнуть, но каждый раз посыпалась оттого, что мне казалось, будто я опять слышу крик мужчины. Алик не дал мне пойти самой, а взял на руки и понес на нужный этаж. Парковка была встроена в самом доме, так что нам даже не пришлось выходить на улицу и встречать посторонних людей, что меня очень порадовало. Только опять мы встретились взглядом с тем охранником, который был явно удивлен увидеть меня снова, но уже в присутствии мужчин.

Зайдя в квартиру, я услышала шаги из комнаты и испугалась, что, может быть, кто-то из родных близнецов пришел в гости без предупреждения, но оказалось, нас уже ждал врач.

— Кирилл Александрович, спасибо, что смогли прийти. Надеюсь, не сильно злитесь, что позвали вас ночью, но ситуация правда серьезная, — сказал Дрейк, пожав руку доктору.

— Алик, Дрейк, рад вас видеть, — он кивнул обоим братьям. — Ничего страшного, я еще не спал, не волнуйтесь.

Когда со всеми формальностями было покончено, Дрейк начал объяснять, что произошло.

— Ситуация такая, что девушку надо осмотреть на наличие скрытых и открытых повреждений. Девушка пережила шок и очень замерзла. О том, что случилось, ее не спрашивайте. И вообще, вы ее не видели. За молчание платим в тройном размере, — после этих слов он достал телефон и открыл мобильный банк.

— Я вас понял, — доктор учтиво кивнул, а потом посмотрел на меня. — Куда мы можем пройти, чтобы провести осмотр?

— Дальняя дверь справа, — Алик понес меня туда, а за нами следом шел доктор.

Я не хотела, чтобы кто-то из близнецов присутствовал при осмотре, но просить об этом даже не нужно было, они сами вышли из комнаты, оставив нас с доктором наедине.

— Скажите, Кристина, у вас что-нибудь болит? — сразу перешел к делу Кирилл Александрович.

Я отрицательно покачала головой.

— Вы можете говорить?

— Да… — прохрипела я, голос у меня сел, а горло сильно саднило.

— Понятно, надо посмотреть горло и послушать вас, — он начал рыться в своем чемоданчике.

Через некоторые время, тщательно осмотрев меня, доктор вынес свой вердикт:

— Вы простудились, и очень даже хорошо. Померьте температуру, и я послушаю вас.

Я начала поднимать футболку, чтобы открыть спину, и только сейчас поняла, что на футболке много следов крови. Все же доктор — профессионал, так как он даже не посмотрел на это, а достал градусник и как ни в чем не бывало протянул его мне.

Когда все манипуляции были сделаны, он проговорил:

— Ничего сильно опасного и критического я не вижу, я выпишу рецепт, как лечиться, и отдам его братьям Ровен. А вам поставлю один укольчик.

Он быстро вытащил шприц, попросил меня прилечь на кровать, смочил спиртом ватку и ввел лекарство.

— Вот и прекрасно, через несколько минут должно подействовать, отдыхайте побольше, и никаких волнений. Дня через три я приду еще раз, чтобы посмотреть на ваше самочувствие.

— Спасибо, доктор, — глухо поблагодарила я, и веки сами собой начали закрываться.

Я провалилась в сон

Проспала я долго и, слава богу, без сновидений. Когда проснулась, за окном уже был вечер. Сколько вообще я спала?! Телефона, к сожалению, у меня не было. Я даже не помню, где последний раз видела его. Осмотревшись, обнаружила, что лежу на просторной кровати в большой комнате с панорамным окном, открывающим вид на весь город. В комнате были только шкаф, кровать и две прикроватные тумбочки, скорее всего, это гостевая. Сама я была одета в чистое белое. Платье явно не мое, но очень хорошо подошло мне по размеру. Неужели близнецы меня переодевали? Представив эту картину, я покраснела. Почувствовала запах чего-то вкусного, и желудок сразу же требовательно заурчал.

— Пошли, пошли, — тихо сказала я, похлопав по нему.

Выйдя из комнаты, я направилась на запах. Квартира и правда была огромной, я насчитала десять дверей, не считая огромную гостиную, соединенную с коридором. Первый раз я как-то не рассматривала квартиру, вернее, я как можно быстрее хотела сбежать, ну а теперь я точно могу все рассмотреть. И она была просто шикарной! Огромная люстра, высокие потолки, минимум мебели и много пространства. В гостиной я увидела стеклянную лестницу, которая, как я поняла, вела на второй этаж, значит, квартира была двухуровневой.

— О, а вот и наш Ангел проснулся, — послышался голос Алика, который, видимо, услышал мои шаги. — Пришла на аромат моей фирменной пиццы?

Я зашла в просторную кухню и увидела, что Алик стоит у плиты и правда нарезает кусочками только что вытащенную из духовки пиццу.

— Ты умеешь готовить? — удивилась я.

Я думала, что эти парни питаются исключительно в ресторанах. Зачем им вообще что-то уметь? Мне кажется, даже Женя, кроме яичницы, ничего не умел делать. И зачем я вспоминала о нем? Его с этими парнями даже не стоит сравнивать.

— Я и не то умею, — подмигнул он мне. — Ты думала, что мы не умеем готовить?

Я пожала плечами.

— Просто обычно мужчины не делают этого…

— А у тебя богатый опыт общения с мужчинами? Твоего парня не считаем.

— Тогда нет, — с улыбкой ответила я.

Я присела за барную стоку и смотрела на Алика, который уже раскладывал пиццу по тарелкам.

— Мы и правда готовим нечасто, но мы умеем это делать. Нас научил дядя-итальянец, он был поваром, и очень известным в своих кругах.

Он поставил передо мной тарелку с ароматной пиццей. Аппетит разыгрался зверский, того и гляди слюнки потекут, вот позор будет.

— А где Дрейк? — поинтересовалась я.

— На встрече, — ответил он, жуя свое творение.

— А почему тебя там нет? Надеюсь, ты остался не из-за меня, — почувствовала я свою вину. Отвлекаю их своими проблемами.

— Как раз из-за тебя! — подтвердил мои догадки он.

— Не стоило… со мной все хорошо, правда, — улыбнулась я. — Я бы тут справилась.

— Это не обговаривается, Ангел. Ты пока не останешься одна, так как болеешь, кто-то из нас будет рядом, завтра как раз очередь Дрейка.

— Правда, не стоит… — начала я, но он перебил меня.

— Не обсуждается! И точка! Давай, ешь, хочу, чтобы ты оценила мои старания.

Я больше не стала спорить и взяла кусочек пиццы. И она реально оказалась просто божественной. Сливочный сыр, грибы и тонкое тесто… Мои вкусовые рецепторы как будто заново родились. Они просто никогда не пробовали чего-то вкуснее.

— Вижу, тебе очень нравится, ты аж стонешь, — услышала я голос Алика.

Я даже не поняла, что делаю это.

— Ой, прости, — покраснела я. — Просто это реально великолепно и вкусно! Твой дядя и правда научил тебя божественно готовить! Если бы у вас не получилось с бизнесом, то можно было бы точно пойти поваром.

На эту реплику Алик рассмеялся, до такой степени, что у него появились слезы.

— Дрейк говорит мне то же самое. Кстати, завтра с тобой будет он, так что так вкусно ты покушать не сможешь. Придётся вам что-нибудь заказать себе.

— Ну, я тоже кое-что умею, не так вкусно, как твоя пицца, но вареники с капустой и грибами точно будут, — улыбнулась я.

— О, тогда приду завтра пораньше! — подмигнул он, но потом посерьёзнел. — Но, Ангел, доктор сказал, что тебе не стоит перетруждаться. Так что в пределах.

Мы сидели в тишине и просто наслаждались едой, но один вопрос все не давал мне покоя.

— Тот мужчина… — хрипло начала я, так как слова давались мне тяжело.

— Жив, пока… — ответил за меня Алик, больше он ничего не добавил.

А я и не спрашивала. Не хочу вспоминать о том, что произошло, так как теперь это мой главный кошмар.

После плотного и вкусного ужина Алик предложил посмотреть фильм, и я согласилась. Через час к нам присоединился Дрейк.

— Мой телефон… — вспомнила я, что меня не было день, и Марго с бабушкой, наверное, потеряли меня.

— Да, Ангел… — начал Дрейк, — твой телефон, к сожалению, не подлежит ремонту. Так что мы купили новый.

Он выходит из гостиной и через пару минут приносит коробку с новым телефон.

— Не волнуйся, все данные и симка тут.

Мужчина протягивает мне его, и, посмотрев на марку, я понимаю, что аппарат очень дорогой. Самая последняя модель в их линейке. Откуда я это знаю? Мне прожужжал все уши Женя, так как он очень хотел именно такой.

— Он слишком дорогой, я не могу его принять… — начинаю я.

— Ангел, не зли нас! — угрожающе говорит Дрейк, протягивая мне гаджет.

Я не хотела из-за этого ссориться и злить их, так что быстро взяла его из рук Дрейка.

— Спасибо.

— Уже лучше, Ангел, мы любим, когда ты показываешь характер, но не когда мы хотим проявить заботу.

Включив телефон, я увидела кучу сообщений от Марго, много звонков от бабушки и Жени. Мне срочно нужно было выйти на связь.

— Я пойду в свою комнату, мне нужно поговорить с бабушкой.

— Конечно, Ангел, иди.

Уже в комнате я набрала самого родного мне человека, который, наверное, сошел с ума оттого, что я не звонила почти два дня. Бабушка взяла тут же и начала ругать меня, что я совсем ее не берегу. Я успокоила ее и извинилась за свое поведение. Она очень волновалась за меня, так как ей позвонила тётя и рассказала, что я съехала от нее по неизвестным причинам. Благо у тёти хватило мозгов не рассказывать о том, что случилось в квартире, а то бабушку бы точно хватил инфаркт. Я заверила ее, что со мной все в порядке, я и правда съехала от нее и сейчас живу у Марго. Конечно, врать нехорошо, но пока я не хотела говорить, где живу на самом деле. Бабушка, взяв с меня слово, что больше никогда не буду так вести себя и буду всегда брать телефон, отключилась. Потом я позвонила подруге, которая тоже была встревожена мои молчанием, но ей я не стала врать и сказала что, обязательно все расскажу, но при личной встрече. На что она ответила, что ей тоже есть чем поделиться. Марго только спросила, где я сейчас нахожусь и с кем. Я ответила, что с близнецами. Она сначала помолчала, но потом завизжала как ненормальная, так что мне пришлось отодвинуть телефон от уха, чтобы не оглохнуть.

— Обещай мне, что познакомишь меня с ними в ближайшее время!

— Обещаю, — заверила ее я, хотя пока я решила остаться дома, так как еще не вылечилась.

— Ну всё, жду, — и подруга отключилась.

Последним, кому я позвонила, был мой парень (хотя теперь я в этом очень сомневаюсь) Женя. Он оповестил меня о том, что меня потеряла Алевтина Петровна, и спросил, когда я наконец соизволю прийти в универ, на что я ответила, что пока болею и, вообще, я устала говорить, ведь у меня болит горло и я простудилась. Прекрасный повод, чтобы скорее закончить разговор, чем я и воспользовалась.