Глава 25

Юнита Айвери

Несмотря на грозные взгляды Керга, доктор Астэн не позволил Лиди и сейлам покинуть медицинский отсек, сославшись на то, что их организмы ослаблены долгими лишениями и нуждаются в контроле еще хотя бы на день. На мой взгляд, все девочки выглядели чудесно и просто сияли, привлекая всеобщие взгляды.

Больше всех огорчилась Лиди, которая непременно хотела ужинать с нами.

- Ты же здесь самый главный! – настаивала она, глядя на отца. – Если не помогают просьбы, то потребуй.

Я лишь покачала головой. Гроу взял ребенка на руки и очень серьезно сказал:

- Видишь этого человека? – он указал на Астэна.

Дочь кивнула и вынесла свой вердикт:

- Он хороший.

- Он хороший, - не стал спорить Керг. – И когда здесь находится тот, кому нужна его помощь, то он тут самый-самый главный.

- Даже если помощь потребуется самому императору? – удивленно выдохнула Лиди.

- Даже если помощь потребуется самому императору, - подтвердил Керг. – Завтра с утра мы с мамой придем к тебе и вместе позавтракаем.

- Вот здорово! – восхитилась дочь.

Астэн протянул руки и принял ребенка у отца.

- Идем, чадо, - усмехнулся он. – У тебя ужин будет вкуснее, чем у них, обещаю. И если ты съешь все до капельки, то я угощу тебя салатом из разных-разных фруктов, политым взбитыми сливками и посыпанным прекрасным шоколадом.

- Это вкуснее, чем яблоко? – живо поинтересовался ребенок, уже не обращая на нас никакого внимания.

- Намного! Намного вкуснее, Лиди, - продолжал говорить Астэн, унося ее к комнате, которую дочь делила с Мари.

До самой каюты, пока мы, держась за руки, шли по кораблю, Гроу молчал. Он был тих и задумчив. Его совершенно точно что-то тяготило, и я не смела вмешиваться в его мысли.

Стоило нам оказаться наедине, как он тут же привлек меня к себе и поцеловал неистово, страстно, сминая губы, как мужчина, который слишком долго ждал, слишком долго желал и, наконец, получил.

Я же слишком истосковалась по его силе, страсти и ласкам. Просто отвечала на его поцелу, обвив руками шею. Я хотела его, бесконечно хотела все эти долгие восемь циклов. Не было дня, чтобы под покровом ночи, когда даже Сейлуриан засыпала, я не вспоминала его – моего варса.

Одежда очень быстро оказалась на полу. Наши обнаженные тела переплелись на кровати, повторяя смелые па из танца любви, которые когда-то придумала сама Вселенная.

- Маили… - шептал он. – Родная моя… Сладкая… Сладкая девочка…

И его поцелуи становились все горячее. Они обжигали, заставляя дрожать от желания. Он неистово ласкал каждый сантиметр моего тела. Чертил влажные дорожки от шеи к груди, спускался к животу, лаская его так, что я выгибалась дугой, чтобы быть к нему ближе, чувствовать еще острее.

А когда, раздвинув ноги, он поцеловал меня там, я закричала. Нас не учили искусству любви. Старшие говорили, что тело само подскажет, ибо у каждого оно откликается на ласки по-своему. И вот сейчас я начинала понимать, насколько мало я знаю о близости. Мне бесконечно нравилось все, что Гроу делал, я желала дарить ему тот же восторг, что испытывала сама.

- Нет, маили… - шептал он. – Сегодня твоя ночь. Твоя, моя бабочка…

И я кричала, пока не охрипла. И потом уже шептала вечные слова любви, что повторяет каждая любящая женщина своему мужчине.

Я лежала на Керге, слушая мерный стук его сердца. Оно билось для меня. Всегда билось только для меня, но именно сегодня я поняла это отчетливо.

Гроу не спрашивал меня ни о чем, но я чувствовала его беспокойство, тревогу или растерянность. Не знаю, что из этого было ближе к истине. Мне хотелось развеять его печаль, расправить морщинку, залегшую между бровей, и снять тяжесть с души.

- О чем ты думаешь, Керг Гроу? – тихонько спросила я, поворачиваясь так, чтобы видеть его лицо.

И он вздохнул, словно решился на отчаянный шаг.

- Маили, скажи, а Лиди… Она тоже?..

Гроу не договорил, но разве нужны слова, где можно читать по глазам.

- Да, Лиди тоже сейла. И, несмотря на твои гены, ей тоже суждено почувствовать своего мужчину и сделать свой выбор, - ответила я. – Таков уж дар богини.

- Дар? – излишне резко спросил Гроу, и в глазах его сверкнул нехороший огонек. – По-моему, это проклятье, маили. Вы нежные, хрупкие, манящие настолько, что ни один мужчина в своем уме не пройдет мимо. И в то же время… беззащитные.

- Ты не прав, - улыбнулась я. – Сейлуриан одарила нас. Она подарила нам возможность любить. А сделать правильный выбор нетрудно, достаточно лишь слушать свое сердце. Что касается беззащитности, то у нас есть вы – те, кого мы выбрали. Именно на вас возложена миссия беречь нас и защищать.

- У сейл рождаются только сейлы? – спросил Керг.

- Если рождается дочь, да, она будет сейлой, но сын унаследует расу отца. Наш сын будет варсом, - ответила я и поцеловала Гроу в упрямый подбородок.

- Сын… - вздохнул он, и перевернулся, подмяв меня под себя. – Юни… Моя Юни, хочу много сыновей, и дочерей тоже хочу много! Да поможет нам Сейлуриан!

- Да поможет нам Сейлуриан, - откликнулась я, уплывая туда, где даже для богини не было места, поскольку все пространство занимали мы с Кергом и наша огромная, словно Вселенная, любовь.

***

Ночь показалась мигом. Я не помнила, как уснула, и поговорить о делах мы смогли лишь утром.

- Вчера мы подписали капитуляцию и пакт о том, что Наргари со всеми территориями становится частью Варсарийской империи, - сказал Гроу, выходя из душа.

Я еще нежилась в постели, прислушиваясь к приятной усталости тела. Мне казалось, что поет от счастья каждая клеточка, а на душе легко и светло, как бывало лишь в детстве.

- Хорошо, - улыбнулась я. – А как наш договор с Теури?

- Никак, - усмехнулся Керг. – Я ведь предупреждал тебя, что они те еще проходимцы. Договор не был завизирован по протоколу. Так что, твои девочки фактически не имели никаких гарантий, садясь на их корабль.

- О, Великая мать! – воскликнула я, вскакивая с кровати. – Сейлуриан снова отвела от нас беду, послав тебя и Хату. То есть, получается, любые претензии со стороны Теури тоже будут недействительны, как и договор, заключенный не по правилам?

- Да, Юни. Та девушка, в которую влюблен Ройс, сделала свой выбор? – усмехнулся Гроу, уже зная ответ.

- Еще на Наргари, когда судьба столкнула их в Одии. Шантель очень сокрушалась, что ей приходится улетать, но спасение сестер она посчитала более важным шагом.

- Все сложилось наилучшим образом. – Керг посмотрел на меня, и я напряглась, почувствовав, что далее разговор пойдет о чем-то неприятном. – Маили, когда казнили заговорщиков, умерли жены некоторых из них…

- Сейлы, - кивнула я. – Мы не можем жить без истинной любви, которую выбираем раз и навсегда. Ни дня. Но вы не могли об этом знать, когда казнили их супругов. Право победившего - решать судьбу врага. Тем более, войну начали не варсы.

- Я рад, что ты понимаешь все верно, - кивнул Гроу. – Я приказал еще вчера отремонтировать главный храм богини, восстановить ее разрушенную статую. Хочу провести там церемонию прощания и объявить народу Наргари волю их императора – императора Варсарийской империи. Прошу тебя, проследи, чтобы все было по вашим традициям. Я не хочу нарушать ничего, что дорого тебе и твоим сестрам.

- Спасибо, - поблагодарила я. – Шантель и девочки мне помогут.

Завтрак с дочерью принес радость всем. Лиди болтала безумолку, мы же наслаждались моментом, когда можем побыть вот так, все вместе, без оглядки на дела и заботы, которые, несомненно, ждут каждого из нас.

- Ну что, малышка, пойдешь со мной играть в солдатиков? – спросил Керг, снова подхватывая дочь на руки.

- В солдатики! – радостно взвизгнула Лиди.

- В солдатики? – нахмурилась я.

- В солдатики, - пожал плечами Гроу. – Строевую подготовку в войсках никто не отменял. У варсов с этим строго.

- Так вы что же… - ахнула я. – Вы будете играть в живых солдатиков?!

О, Великая мать моя! Дай мне сил с этим семейством!

Целый день мы трудились. Андроиды восстановили главный храм, а статуя богини снова выглядела так, словно она сейчас вздохнет и сойдет со своего постамента.

Керг позаботился обо всем: о погребальных покрывалах, о резных ритуальных столах, на которых располагают тело ушедшей сейлы перед ликом Великой матери. Гроу не забыл даже о нарядах для каждой из нас. Не знаю, где он раздобыл платья, но они полностью соответствовали моменту. Даже вышивка повторяла древние руны из книги сейл.

Я делала вызовы ему на зумм за этот день бесчисленное количество раз, и он всегда отвечал мне улыбкой, от которой теплело на сердце. Днем вместо варса, я увидела мордашку Лиди, до самых ушей перепачканную чем-то белым.

- Мамочка, а ты знаешь, что мороженное – это самое вкусное молоко на свете? – спросила она.

- Знаю, милая, - кивнула я. – Только ешь его очень осторожно и медленно, прошу тебя.

- Ладно, - не стала спорить дочь. – Папу позвать да? Он там кричит на солдатика, который плохо играл, а я помогаю.

Я представляла помощь Лиди, и только вздохнула в ответ.

Неожиданно, в середине дня стали приходить горожане. Они молча помогали нам и делали любую работу, о которой их просили. Народа собралось немало.

К вечеру все было готово. Ритуальные столы выставили на широком пространстве перед главным входом, у самых ног Сейлуриан. Тел было очень много. Керг разыскал их все, даже те, что побывали под развалинами домов и были изуродованы. Впрочем, под погребальным покрывалом не видно лиц, а богиня читает лишь души своих детей.

Жаль с погодой не повезло. С самого утра небо затянули густые тучи, и я боялась, что вот-вот пойдет дождь. И, несмотря на это, к назначенному часу собралось столько народа, что площадь не вмещала всех желающих. Люди стояли в прилегающих улицах и переулках, и дальше, насколько хватало глаз.

Вперед вышел Гроу и заговорил. Его голос усиливался специальным прибором и достигал самых отдаленных уголков площади.

- Народ Наргари, от лица нашего императора я объявляю победу. Война закончена, а свободная планета Наргари и ее колонии теперь часть Варсарийской империи. Жители же бывшей республики получат все права и свободы, который имеет каждый гражданин империи!

Толпа радостно взвыла. Люди переговаривались и ликовали.

- Конец… Конец войне! Хвала богине! – слышалось со всех сторон.

- Причиной войны, в которой пострадал каждый из вас, стали жадность и глупость тех, кто правил вами, правил от вашего имени, называя режим своей диктатуры свободой. Но больше всего пострадали те, которых оболгали и несправедливо обвинили в чужих ошибках и грехах. Те, благодаря которым Наргари процветала более тысячи циклов. Сейлы. – Керг сделал паузу и обвел взглядом притихшую толпу. – Сейлы – вот главное сокровище Наргари, а теперь и главное сокровище Варса. Мы должны гордиться ими, беречь и прославлять, ведь именно они несут вам мир и процветание.

- Да здравствуют сейлы! Слава Сейлуриан! Слава Великой богине! – пронеслось над площадью.

- Император лично берет под защиту каждую из этих отважных женщин. Это отражено в приказе, за невыполнение которого нарушившего ждет смерть. Сегодня мы собрались здесь, чтобы попрощаться с теми отважными женщинами, которых унесла война. И я передаю слово жрице богини Сейлуриан леди Юните Айвери!

Керг отошел, уступая мне место. Но, прежде, чем сделать шаг вперед, я поискала глазами Лиди. Она стояла в первых рядах и доверчиво жалась к доктору Астэну, держа его за руку. Обаятельный Ник сумел найти подход к ребенку, ибо Лиди никого не подпускала так близко. Даже с сестрами она держалась предельно осторожно.

Здесь же стоял и Хату Ройс. Молодой воин не сводил взгляда с Шантель, и девушка отвечала ему тем же.

- Маили, все хорошо? – взволнованно спросил Гроу.

- Да, родной. Уже все хорошо. Жаль, плохого не изменить, - ответила я и вышла вперед.

За мной выстроились другие сейлы. И мы запели древний гимн на старом, почти забытом даже сейлами языке.

Мы пели, а все вокруг стремительно менялось. Густой слой темных туч становился меньше, и вскоре на небе появились просветы, в которые заглядывали любопытные звезды. Им было интересно, что происходит у тех, чья жизнь длится лишь миг от их долгого существования.

Мы пели, и к нам присоединялись другие голоса. Вперед выходили сейлы. Многие из них были измучены, усталы, неопрятны. Вероятно, им приходилось скрываться и прятаться. Но сейчас это было не важно. Главное, что они выжили, не изменив себе и богине.

Вдруг вся площадь осветилась, и толпа ахнула. Тела сейл, накрытые погребальными покрывалами, взмыли вверх, вспыхнули чистым светом, превратившись в искры. Но это было еще не все. Засветилась сама статуя Сейлуриан, и за ее спиной распахнулись величественные крылья, словно она освободилась от всего, что притягивало ее к земле.

- Крылья проект не предусматривал, - кому-то прошептал Гроу.

Причем здесь проект? На наших глазах свершалось великое чудо, свершалась сама история, о которой потом напишут и много-много раз перескажут последующим поколениям варсов и наргарийцев. И будут рассказывать до тех пор, пока все произошедшее не превратится в сказку.

Так бывает каждый раз. Память человека недолговечна, но легенды и сказания живут долго.

Песня закончилась. Ритуальные столы опустели. Искорки, кружась в дивном танце, улетели к звездам. А народ на площади молчал, по-прежнему всматриваясь в звездное небо.

Гроу тихо подошел сзади и обнял меня, крепко прижав к себе.

- Это было так прекрасно и волнительно, маили, что у меня едва не остановилось сердце от восторга, - признался он.

- Ты должен жить, Керг Гроу, - прошептала в ответ. – Помни, я последую за тобой даже туда, откуда уже нет возврата.

- Плевать, – усмехнулся он. – Главное, что и там мы тоже будем вместе.

Не поспоришь. На секунду мне показалось, что звезды в просветах нам подмигнули, словно говоря – это еще не конец, для вас только все начинается.