Христос как Бог Слово открывает нам не только Отца, как указывает евангелист Иоанн8, но и смыслы всех творений, ибо «всё Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и всё Им стоит. И Он есть глава тела Церкви»9.

Если человек и все творения Божии не имеют смысла своего существования, и если смыслы всех вещей не возглавляются Богом Словом — Христом, тогда мир в целом предстаёт не только лишённым смысла, но и противоречащим смыслу, и, следовательно, превращается в ничто.

Мир без Бога Слова Христа не только лишён смысла, но и раздроблен, ибо ничто не может соединить сущие вещи во всеобщее и осмысленное единство.

Какой смысл и какое оправдание может иметь моё существование в мире без центра, без оси, без смысла?

Отсутствие смысла жизни есть самая острая проблема существования нашего современника. Отсутствие центра мира и единства мира оборачивается для человека, особенно для впечатлительного молодого человека, отсутствием личностного центра и личностного единства. Тогда жизнь становится удушливой, невыносимой. Многие антисоциальные действия наших детей — употребление наркотиков, анархические выступления, безразличие к получению знаний и уход из учебных заведений — объясняются именно так: это выражение неудовлетворённости положением дел, это бегство от жестокой реальности, в которой молодой человек сталкивается с бессмысленностью мира.

Наше образование не помогает молодым открыть смысл мира и смысл своего существования, ибо само образование утратило Бога Слова Христа — как свой центр, свою ось, своё исполнение.

Гуманистические цели образования, которые выдвигаются сегодня в качестве его предназначения, несмотря на добрые намерения теоретиков, навязывают ученикам определённые идеологемы: свобода личности, демократия, общественная справедливость. Но они не могут дать совершенное и истинное изъяснение созданного Богом и показать отношения человека с Творцом и творением. Поэтому мы убеждены, что названные идеологемы либо абсолютно не затрагивают души молодых людей, либо, даже если воодушевляют их на время, затем приводят к разочарованию и нигилизму.

Изучение религии в школе имеет великую миссию. Она заключается не в том, чтобы предложить разрозненные и частные «религиозные знания», но в том, чтобы убедительно показать: всё творение и все преподаваемые в школе предметы имеют свои смыслы, которые объединяются и возглавляются Богом Словом Христом. И так будет явлено единство, центр и смысл мира.

Богослов не может быть всезнающим человеком. Но он может открыть ученикам, что нет ничего в творении, нет ничего в материале преподаваемых в школе наук, что бы не имело своего смысла; и что все эти смыслы возглавляются и удерживаются Богом Словом Христом.

Речь идёт о богословии и о философии в святоотеческом значении: когда учение о мире понимается христологически и экклесиологически.

Отцы Церкви, особенно св. Максим Исповедник, помогут нам составить истинную картину мира. Преподобный Никодим Святогорец так излагает богословскую мысль святых отцов: «Таким образом, Создатель всего, поскольку Он по природе и в собственном смысле есть Слово, то с духовными смыслами (логосами) сотворил все существующие вещи, чувственные и умопостигаемые». Ибо «всё, — сказал богословнейший Иоанн, — чрез Него (т. е. Слово. — Авт.) начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть»10. И Григорий Богослов говорит: «Что есть, что бы не состоялось Словом?»11 И последним Предвечное Слово сотворил ум словесный: то есть Создатель Слово даровал человеку природную силу, необходимую для изысканий и для постижения самих духовных причин (логосов), которые Он вложил в сущие вещи: чтобы человек, постигая их, обратил свою эрос-любовь к Создателю, посредством как бы неких привлекающих даров соединился с Ним и стал блажен. Итак, с одной стороны — Создатель, Предвечное Слово, а с другой — словесный ум, — и это две крайних точки бытия. А духовные логосы сущих вещей «как среднее между двумя крайними точками находятся, способствуя единению их обоих»12.

Так преодолевается противопоставление знания и веры, богословия и науки — противопоставление, которое оскорбительно ограбило Запад, так что эхо этой несправедливости по отношению к вере и знанию отзывается и у нас.

Православный учёный или технолог не должен двоиться умом. То, что он делает каждый день в науке или технике, как факт происходит от человека, сотворенного «по образу Божию», но, кроме того, имеет свой смысл, который возводится ко Христу. Собственные грехи и эгоизм отвлекают нас от Бога, диавол пытается разорвать нашу с Богом связь и отнесение смыслов вещей к Богу Слову; но мы знаем, что эта связь восстанавливается, возобновляется всякий раз, когда мы вновь и вновь на Божественной литургии совершаем приношение — анафору — и относим всё творение к Богу в «Твоя от Твоих».

Так совершается и евхаристическая литургия (т. е. участие) человека в тварном мире: человек как царь и священник принимает творение как дар Божий и вновь приносит его Богу как свой собственный дар.

В таком русле может развиваться и наука, не сталкиваясь с верой и догматами благочестия. Православный учёный всегда определит присутствие Бога в природе, ибо православное богословие различает в Боге Божественную сущность и нетварные Божественные энергии, которыми Бог участвует в творении. Тварный мир в Православии не пребывает замкнутым и недоступным для нетварной благодати Божией. В таинственной литургической практике, особенно в Евхаристии, осуществляется единение и срастворение тварного и нетварного, божественного и человеческого. Сие есть великий брак, великая благодать и великий праздник Православия.

Всё призвано на этот брак. Бог Православия не вне творения, не над творением, но Своими нетварными энергиями пребывает в творении, при этом не смешиваясь с ним, как учит пантеизм.

Согласно западным воззрениям, Бог соотносится со Своим творением только в том, что Он дал непреложные законы природы при начале творения и Сам по обстоятельствам отменяет их для явления чуда. Этот взгляд обусловлен утратой различения божественной сущности и нетварных божественных энергий. Мы же как православные богословы можем видеть постоянные проявления благодати Божией как нетварные энергии в творении — энергии, творящие сущность, содержащие, сохраняющие и совершающие сущие вещи. Так снимается противоречие нетварного Бога и тварного мира — противоречие, которое обедняет западное христианство и приводит его к атеизму.

Такое чувство элементов мира ни в коем случае не есть результат голых умозаключений. Только верный христианин, богослов, который литургически относится к вещам, получает это чувство, проживает это единство, а также может передать ученикам это видение — глубочайшее и таинственнейшее погружение в то, что скрывается за внешними явлениями.

Так ученик получит помощь в поиске ответа на великое человеческое вопрошание: ему откроются смысл и единство всего — единство, которое осуществляется во внутреннем единстве человека.