Смерть. Линогравюра. © Иштван П. Сатмари

Смерть — один из тех фантастических персонажей в мире венгерских народных поверий, на все представления о котором в значительной мере повлияло христианское вероучение. У венгров-язычников представления, связанные со смертью, наверняка были иными, — но какими именно, мы не можем сказать с уверенностью: слишком мало у нас для этого опорных точек. Судя по данным, собранным на протяжении XIX–XX веков, население территорий, где говорили на венгерском языке, в основном персонализировало смерть, представляя ее как мифическое существо, единственная цель и функция которой — забирать на тот свет людей, подошедших к концу жизни. Облик, в котором является Смерть, может быть разным: она приходит в виде седого старика или старухи, в виде гигантской фигуры в белом, просто как черная мрачная тень. Самый же частый вариант ее появления, совпадающий с изображением в христианской иконографии, — скелет с громадной косой на плече, которой он косит живущих. В Восточной Европе подобную функцию выполняет архангел Михаил: умирающего он приканчивает мечом, после чего вытирает окровавленное лезвие о повешенную в изножье постели так называемую ангельскую холстину. По некоторым эрдейским поверьям, Смерть приезжает верхом на белом коне, держа в руке косу (что сходно с всадниками Апокалипсиса).

Рассказы о Смерти, несмотря на их небольшое количество, также разнообразны. Так, существует история, нечто вроде притчи, которая повествует о том, что Смерть любит загодя извещать о близящемся конце человека, который не желает обращать внимания на признаки старости (седина, боль в суставах и т. д.). Персонализация Смерти имеет место и во многих народных сказках. В сказках с сюжетом типа Крестник Смерти (самый известный образец этого типа сказочного сюжета — сказка «Смерть в кумовьях» из сборника братьев Гримм) герой, фигурирующий в названии, выступает пока лишь в роли помощника, или, точнее сказать, ассистента Смерти.

Есть и другие сказки с теми же персонажами, где Смерть показывает крестнику залы с горящими свечами: огоньки свечей, яркие или едва мерцающие, символизируют бренность бытия, конечность жизни. Смерть может становиться главным действующим лицом и в сказках, относящихся к категории Непослушный ангел. В основе сюжета этих сказок лежит рассказ о том, как ангел (или Смерть) отказывается выполнять повеление Бога, пославшего его, ангела (или ее, Смерть), забрать душу у матери-одиночки, которая бьется из последних сил, пытаясь прокормить и воспитать своих детей.

Смерть. Гравюра. © Иштван П. Сатмари

Особого внимания в фольклорных текстах, связанных с фигурой Смерти, заслуживают истории о том, как человек обманывает Смерть, находит возможность отсрочить ее приход. Подобные сказки, а чаще даже шутливые истории показывают, что в неко­торых случаях человеческая находчивость способна победить даже рок, который принято считать неодолимым. Правда, попытки сопротивляться Смерти — и об этом тоже говорится в поверьях — в большинстве случаев безуспешны: в конце концов она все равно заберет с собой всех, кого хочет, и всех, чей час пробил. В некоторых горных местностях распространены предания, в которых Смерть по дороге на тот свет заставляет жертву тащить себя на спине, не слезая с него, пока они не достигнут конечной цели.

Смерть увидеть — не то чтоб от этого так уж много радости человеку было. Скелет это, на нем белая простыня, в руке коса, и везде, где появится, забирает тех, чья свеча уже догорела. И уносит туда, куда ты заслужил, чаще всего в чистилище, если ты не грешник, детей же — через чистилище прямо в рай, а грешников — в ад[79].

Рассказывает Роза Хусар. Матушка ее сиротой была. Когда бабушка умерла, мать осталась из детей самой старшей. Ночью не спалось ей. Вдруг в горнице, хоть дверь закрыта была, появилась фигура какая-то, подошла к постели, где двое младшеньких спали, и дохнула на них. И к ней подошла, чтобы на нее дохнуть. А она возьми и закричи: «Папа! Папа!» Та и ушла, не дохнула на нее. Двое младшеньких на второй или на третий день померли. А ей повезло, потому что она закричала[80].

***

В Кочорде девка одна смерть видела. У Золтана Барты на подворье ночью свиньи из хлева вырвались. Девка выбежала, чтобы их обратно загнать. Вышла — и видит: по улице баба идет в белом балахоне, на голове колпак белый. Идет и на ходу кланяется все время, вроде как молится, и руки у нее сложены, будто молится. А от лица свет исходит. Вошла в соседскую хату, где старая старуха жила. Вошла — и вышла скоро. Утром старуху мертвой нашли. Баба эта, в белом, совсем недолго там была, только свечу у старухи загасила[81].

Смерть. Компьютерная графика. © Дюла Немет