На часах девять утра. Комната до краёв залита утренним светом. Трезвонит телефон. Вот чёрт! Да ты заснул за столом. С трудом продираешь красные глаза. Во рту точно кошка сдохла. Башка трещит. Обогнув барабаны, доходишь до телефона, который стоит на полу рядом с твоей кроватью. На кровати лежит довольный пёсик.

– Привет, ма. Сколько сейчас времени? Угу. Угу. Я ходил на концерт. Всё нормально. Пёс в порядке. Дедушке звонил. Хватит меня контролировать. Мне шестнадцать с половиной! Ладно. Хорошо. Ладно. Хорошо. Ну всё, пока, ма.

Ты кладёшь трубку. Потягиваешься всем телом до хруста. Тебе нравится этот звук. Бросаешься на кровать с телефоном в руках, шуганув испуганного пса. Снова тянешься. Садишься. Набираешь любимый номер.

– Доброе утро! Надеюсь, я тебя не разбудил.

Объект в пижаме заходит в комнату с телефоном в руках.

Забирается под одеяло, устраивается в норке поудобнее.

– Привет. Не разбудил. – Она сладко зевает в кулачок. – Что случилось?

– Ничего. Просто соскучился. Утро такое красивое и доброе. Прямо как ты. Решил сообщить тебе об этом.

– Ты такой забавный тип, Фролов. То сбегаешь, то звонишь ни свет ни заря с комплиментами. А утро добрым не бывает. Так мой папа говорит.

– Папа у тебя классный.

– А я? – Объект любуется своими блестящими ногтями.

– Ты тоже ничего. Приходи сегодня ко мне домой на репетицию. А потом на «Аквариум» пойдём. У меня проходки есть. Сам Борис Борисович вчера для тебя дал.

– Сам Гребенщиков из «Аквариума»? Здорово! Только я сегодня вечером в «Луна-парке» работаю.

– Точно, блин! – Как же ты мог забыть, идиот. – Дэн же тоже с репы туда бежит. Вот вместе и пойдёте. Приходи к двенадцати.

– А знаешь что, Фролов? – говорит Объект со значением. – Я, может, и приду.

Она кладёт трубку и снова долго смотрит на свой красивый идеальный маникюр.