Мороженое оказывается правда потрясающим. Я включаю старый романтический фильм и медленно ем десерт.

Но мысли все равно ускользают к Артуру. Что ему грозит на самом деле? Кто этот «старик», про которого они говорили? Очевидно, отец. И отношения у них, судя по всему, плохие…

А ещё его слова о преемниках... У него нет детей? Или они ещё слишком малы, чтобы возглавить империю?

Я одергиваю себя. Профессиональная этика велит не лезть в личное.

Но этот мужчина вызывает у меня слишком живой интерес… Это выходит за рамки моих обязанностей и пугает.

Пытаюсь сосредоточиться на сюжете фильма. Ведерко пустеет.

Домработница сегодня любезна. Приносит мне чай и кусок мясного пирога. То, что надо после сладкого. Главное — не лопнуть…

Я остаюсь в гостиной, укутавшись в плед. Один фильм сменяет другой, и в какой — то момент я незаметно засыпаю под мерное бормотание телевизора.

Просыпаюсь я от тишины. Кто — то выключил ТВ.

Уже ранний вечер, в окна заглядывают сумерки. В доме тихо. Я сразу понимаю: Артура нет.

Он уехал на свою встречу, не попрощавшись. Не хотел будить… Или просто не посчитал нужным отчитываться.

Я поднимаюсь, потягиваюсь и брожу по дому. В голове крутятся рабочие моменты. Все ли я учла? Послезавтра операция.

На кухне я сталкиваюсь с домработницей.

— Можете идти домой, — говорю ей. — Ужин подавать не нужно, я поем сама позже.

Она слушается и уходит. Я остаюсь в огромном доме одна.

Хожу по комнатам, смотрю на строгие интерьеры и думаю о том, как странно пересеклись наши судьбы…

У меня — выматывающие душу проблемы с разводом и бывшим мужем.

У него — огромный бизнес, конкуренты и реальная угроза жизни.

Мы из разных миров. Но… эти миры все больше сливаются.

* * *

Артур

Слушаюсь дока и поднимаюсь в нашу смежную спальню.

Иду на свою половину, хотя утром Анна пыталась нас «расселить» иначе.

Мне просто хочется уловить ее запах. В комнате идеальный порядок — домработница уже все убрала. Впервые мне хочется ее за это отчитать….

Обычно я не трогаю домашний персонал женского пола. Мужиков из охраны могу построить, а тут просто даю четкие указания. Они их выполняют беспрекословно обычно.

Но сейчас я злюсь. Стерильная чистота съела аромат Анны.

Я пытаюсь поймать хотя бы тонкий шлейф той самой нежной ванили. Он возникает только в самой глубине сознания.

Ложусь на кровать, подминая под голову подушку, которую заказала док. Она оказывается действительно удобной.

Мой организм приучен работать как часы и тут же отключается.

Просыпаюсь — на часах шесть вечера. Спускаюсь вниз, стараясь ступать как можно тише.

Интуиция не подводит. В гостиной я вижу Анну. Она задремала прямо на диване под телевизор.

Там какой — то исторический фильм: напыщенный господин в парике что — то доказывает блондинке. Я подхожу и бесшумно выключаю экран.

Поворачиваюсь к ней и замираю. Внутри что — то екает.

Я не верю в сказки про любовь с первого взгляда. Не силен в психологии чувств.

Но я что — то ощущаю сейчас. Что — то, мне совершенно незнакомое.

Это не похоже на эмоции, что я испытывал к матери. Или, когда висел на волоске от смерти. Это что — то другое. Но тоже сильное.

Я оглядываю ее. На Анне домашний спортивный костюм. Видимо, ей стало жарко, и она расстегнула кофту, оставшись в одном топе. Ее грудь мерно вздымается.

Она небольшая, и в этом нет ни капли пошлости… Но мне хватает одного взгляда, чтобы кровь горячей волной устремилась к паху. Организм мгновенно откликается на эту женщину.

Раньше я бы просто взял, что хочу.

Никогда не опускался до насилия. И в моем случае женщины обычно не против.

Но с ней все иначе. И я не хочу ломать ее сопротивление вероломно. С ней я решаю играть «в долгую». И это тоже новое для меня.

Даже пугает. Хотя я давно забыл, что такое страх.

Тихо ухожу наверх. Мне нужно принять душ и заодно остыть.

Встаю под холодные струи, заставляя себя думать о другом. С трудом, но удается унять эрекцию.

Едва выхожу из ванной, звонит начальник охраны. Все предсказуемо.

— Артур, владелец «Арены» ждет к десяти вечера, если удобно.

Мне совсем не хочется снова лететь в Москву и ехать в этот рассадник отморозков. Я бы с удовольствием остался здесь и поужинал со своим реабилитологом.

Но до операции осталось всего ничего. Нужно подбить дела.

— Удобно, — коротко бросаю в трубку, — позаботься о рейсе.

Перелет из Питера до Москвы на бизнес — джете занимает чуть больше часа, ещё полтора мы тащимся из аэропорта в клуб.

Погода портится, и я понимаю, что вылететь обратно сегодня не выйдет — придется ночевать в московском доме. От этой мысли я ощущаю досаду.

Хотя какая, в сущности, разница, где спать?