Я похолодела, услышав вопрос. Зелёные глаза дракона смотрели на меня серьёзно. Я невольно отступила, проверяя защиту на последнем этаже, но от волнения она, словно выскользнув из рук, стала распространяться, оставляя меня под куполом, а дракона оттесняя к лестнице.

— Стой, Лин, стой! — Тай вскинул обе руки. — Я не хочу причинить тебе вреда. Я просто хочу лучше тебя понимать… Почему ты живёшь здесь? Почему твоя сила отталкивает меня?

— Это не моя сила, — глухо ответила я. — Но она нужна мне, чтобы защититься. Поэтому я здесь.

Тай смотрел так пронзительно, словно, не будь между нами преграды, прижал бы меня к себе, пряча от всех невзгод.

— Я могу защитить тебя.

— Не думаю.

Никогда дракон не встанет на между сородичем и его истинной. Надёжное укрытие — это всё, на что я могу надеяться.

Тай коснулся защитного барьера ладонью, и тот заволновался. Я даже подумала, что магия поддастся дракону, но он не делал попыток пройти дальше.

— Лин, я не знаю, как сказать, чтобы ты поверила... Я раньше никогда не признавался в любви…

Сердце в груди подскочило. Мне тоже раньше никогда не признавались в любви. Дэйрон много раз говорил, что я для него особенная, но никогда — что любит меня. Я зажмурилась, слушая проникновенный голос, от которого всё звенело внутри.

— Я укрою тебя от всего. Никто не посмеет тебя обидеть. Только доверься.

Сейчас Тай не был похож на беззаботного соблазнителя, который когда-то заявился ко мне в мельницу. Похоже, он говорил искренне. И как же хотелось ему поверить.

Дракон приник к барьеру лбом. Соблазн прикоснуться к Таю вот так, из безопасного укрытия, щекотал нервы, разжигая огонь в крови. Я подошла и приложила свою ладонь к его. Магия разделяла нас, но не мешала теплу, исходящему от дракона, согревать мою руку.

— Честное слово, Лин, ты для меня особенная…

В груди что-то сжалось при мысли о том, чтобы снова доверить свою жизнь дракону. Эти слова мне говорили уже не раз. Я убрала руку, отступая.

— Мне не нужна помощь, Тай. Я справляюсь сама.

Тайрелл

Маленький, но гордый прекрасный огонёчек. Змей бы многое отдал за то, чтобы узнать, что она увидела в старинном зеркале. А ещё за то, чтобы понять, чего же она так отчаянно боится.

По всему выходило, что ключ от мельницы девушке дала сама Фианна. Не была ли его Лин той самой редкой аномалией из Файрсалема? Змей изо всех сил напрягал память, но никак не мог вспомнить имя, указанное в документах, оставшихся от тётки.

Его попытка быть откровенным не увенчалась успехом. Говорить о любви оказалось сложно, куда проще было бы действовать. Но Лин не подпускала его ни к себе, ни к своим тайнам. Однако того, что Тайрелл узнал за этот вечер, хватило, чтобы принять решение. Неважно, удастся ему вернуть титул или нет, он в любом случае найдёт каждого, кто заставляет Лин прятаться в глуши, и уничтожит всё, от чего ей приходится защищаться.

За последним не пришлось далеко ходить. Видя, что девушка непреклонна, Змей отступил. Пожелал ей спокойной ночи, вышел из мельницы и обнаружил, что у его двери бестолково мнётся тот самый лысый тип с шляпой в руках.

— В Ларитоне приезжий. Второй день ходит, расспрашивает о ведьме, что живёт на мельнице, — сообщил он, глядя пустыми глазами куда-то в сторону.

Змей невольно сжал кулаки.

— Что именно спрашивает?

— С кем живёт. С кем дружит. Давно ли.

— Ясно. Продолжай наблюдать. И знаешь что… — Зелёные глаза недобро вспыхнули в полумраке. — Приведи мне его.