И снова Сулойская дорога

И снова было утро! И снова была Сулойская дорога! Я сидел на облуче рядом с Речи, управляющим буйволинной упряжкой. Барич Заи и ужики ещё спали, они никогда не вставали так рано. Пусть! В общем всё было как всегда. Солнце вот-вот взойдёт, буйволы чухали своими большими кожаными носами. И я тоже клевал носом, толком ещё не проснулся. Замечательное летнее утро!

Вспомнил! Такая прелесть эти маленькие двух-трёхмесячные гигантские четырёхрогие геррские буйволятки! Мы вчера видели их на зооферме. Вторая пара рожек у них пробивалась не сразу и пока на местах этих рожек были, просто, шишки.

Сначала буйволята жались к огромной мамаше-буйволице, но явно были не прочь поиграть. Вот тогда-то Речи и выкупил их белой булкой. Мамаша была не против или ей было всё равно и они все вместе с ревом «бааааа-оооцккк» с полчаса носились по выгону, брыкались, валялись, быстро меняли направление, наскакивали друг-на-друга. В общем было очень весело!

Здесь дорога немного поворачивала. И сразу за поворотом…

Макер Ган

Это было дежавю — ощущение, будто определенное событие уже случалось, но при этом человек не мог вспомнить, когда и как. Или это было не дежавю — я же прекрасно всё помнил про вчерашний день и кто меня тогда ждал за поворотом. Просто на этот раз это был не великий демон Адольф Систель…

Прямо посередине дороги стоял крепкий немолодой мужчина с усами и бородкой. Внимательный взгляд серых глаз. Одет, как городской барич. Но не барич, и не городской, точно. Ровный загар на руках. Может местный плантатор? Хотя какие плантации в лесах и на болотах Окумы Буу? Стоял, ноги на ширине плеч, руки за спиной, ладони в замке.

Вот он поднял левую руку, просил нас остановится. На запястье тускло блеснул благородный металл — платина! Да это же самый настоящий «платиновый» маг! Мне рассказывали родные, что когда маг хотел показать отсутствие агрессивных намерений в отношении равного по силе или более сильного собеседника, он вставал именно в такую позу — руки за спину, ноги на ширине плеч, лицо открыто и не скрывалось под балахоном. А если бы буквально полшага вперёд и руки из-за спины, то всё, поза превращалась в боевую стойку и маг мог быть атакован собеседником. Помню я тогда ещё спросил:

«А если собеседник слабее тебя?»

«Тогда стой как хочешь, он же слабее», — был ответ.

И я дал команду Речи, мол, давай тормози.

«Деяния Эколы Бести»

— Ясно! — подумал я. — Скорее всего это «платиновый» маг — макер Ган Глоо, и он тоже хочет договариваться. Ох-х опасно всё это! Один раз он врежет по нам своим «воздушным кулаком» и только мокрое место от нас останется. Но скорее всего не врежет, если так стоит. Придётся ему подыгрывать…

Ведь именно он придумал, что я — это Инферно, вернее, я — это я, а Инферно, якобы, в меня вселилось. И такой вывод он сделал по результатам собственного тщательного обследования мест происшествий, связанных со мною — побоища в кабаке гостиницы «У тётушки Бло», пришествия Тени отца князя Миха из Преисподней, забоя лесного скота на постоялом дворе Рына Бона, изгнания Железного Дракона из Преисподней за Сулойские горы, гекатомбы четырехсот свитских в Золотом ущелье…

А хорошо уже так подвигов у меня поднакопилось, пора книжку писать. А что… назвать её «Деяния Эколы Бести» и продавать, а-ха-ха! Но разговаривать с «платиновым» магом — это не тупого демона по башке пинать, опасно, очень опасно! Но делать нечего, не убегать же? На крайний случай есть у меня аргумент и против «платинового» мага — одноразовый реактивный танковый гранатомёт и моя маленькая армия с «Утёсом», снайперкой и гранатами. Авось, отобьёмся, если что пойдёт не так?

Приглашение к разговору

— Кто вы и что вам нужно? — проорал я с облуча, усиливая и добавляя магией нотки брутальности в свой голос, как это делал мой дед Сим, беседуя с толпой религиозных фанатиков с балкона нашего дома в «Кровавый понедельник».

Человек на дороге коротко кивнул головой, в знак того, что услышал и понял вопрос, и ответствовал:

— Я есть «платиновый» маг Ган Глоо, но сейчас я говорю от имени и по поручению великого князя Союза Свободных Окум Гула IV из рода Герр и секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов, макером-меламедом которого я имею честь состоять. Не будет ли властным, уважаемое изначальное… э-э-э… уважаемый князь Экола Бести, выслушать меня? У нас есть к нему казистые и взрачные квесетивы (предложения).

Значит я не ошибся, всё так и есть — маг, предложения…

— А не тот ли вы макер Ган — душегубец на частной службе у великокняжеского рода Герр? — строго спросил я у мага.

— Тот, тот! — радостно закивал маг, будучи узнанным, — Только куда мне до вас в душегубстве! К тому же я уже изгнан со службы, изгнан и рассчитан.

— Это за что же вас так? — недоумевал я, — Кого-то не так убили⁈

— Не так! Не так! — искренне обрадовался маг. — Отказался убивать! Вас…

— Меня⁈ Отказался убивать⁈ — и я указал в тень фургона, — Ну тогда присаживайтесь, макер Ган, рассказывайте, с чем пожаловали.

Предложение

Вот просто золотой товарищ у меня — барич Заи! Пока мы коротко беседовали с магом, он успел проснуться, привести себя в порядок, сверкнуть в оконце фургона оптическим прицелом своей снайперки, а увидев моё «нет!» глазами… заварить пару пакетиков чая Lipton с бергамотом в глиняном чайничке, поставил в тенёчке раскладной столик, чашки и пару кресел. Как почувствовал, что прямо сейчас это может быть кстати. Может тоже мысли слышал, а-ха-ха?

Чёрный чай Lipton с бергамотом из супермаркета города Бозмен, штат Монтана, США, «платиновому» магу явно пришёлся по вкусу… Он бесконечно нюхал чайничек, цокал языком, делал малюсенькие глоточки и закатывал глаза от удовольствия. И вознаградился мною подарком — целой большой коробкой чая — 250 пакетиков! Да плевать, одной легендой больше, одной меньше. И за чаем, он выдал мне множество интересной информации, а именно:

Что лично он был против любых встреч и разговоров со мною в дороге, полагая, что со мною нужно разговаривать уже в Мане, во дворце. Не нападать, это бесполезно, а договариваться! За что и пострадал, его выгнали со службы. А теперь пострадали и те, кто его выгнал! После истории с разрушением паромной переправы, князь Гул рвал и метал! И Гог Герр с детьми — баричем Грес и бевой Алу по его приказу отправились под домашний арест, под которым благополучно сейчас и пребывают в собственном дворце под присмотром столичных свитских и «платиновых» магов секретного лефа.

К сожалению следует признать, что правящая династия Союза и секретный леф «платиновых» магов, всегда поддерживающих друг-друга, сегодня находились в глубоком кризисе. У них было всё и у них нет ничего! У них не было главного — будущего! Они его можно сказать прозевали, прожили впустую. Сто лет назад, когда ещё несвятой Гул с непосредственной поддержкой магов лефа буквально скрутил непокорные окумы в единое государство, им всем казалось, что вот оно, счастье пришло навсегда! Ведь именно тогда у «платиновых» магов появились большие деньги, поместья и гаремы. И они не собирались этим счастьем ни с кем делиться, даже с собственными законными детьми. Поэтому «платиновые» маги и не заводили семьи. Им итак было хорошо! Но маги не живут вечно! 150–160 лет и всё. Не то что эти проклятые демоны, которые живут тысячи лет.

Кстати о демонах. Позавчера вечером, когда весь Союз на закате солнца любовался игрой света в ионосфере, как оказалось это демон Систель бегал по «Тонкому миру», своим телом буквально накрывая взрывающихся в разных углах Прилипал и Барабашек. Зачем? А что бы не повредить штатные системы обеспечения и учёта транзита душ умерших с Этого Света на Тот с их строгим сорокодневным карантинным отстоем в «Тонком мире». И если бы они пострадали… К утру в «Тонком мире» уже бы не было ни демона Систеля, ни всех его милых, но увы незаконно там находящихся упырей и монстров. Небесная канцелярия Того, кто Имя, организация серьёзная, наказала и вымела бы всех причастных мгновенно.

А уже когда Систель бросился договариваться со мною напрямую, а потом сразу же притащил в Фонд восстановления паромной переправы в Окуме Рыбаков неподъёмный мешок золотых герров, стало ясно, со мною пора встречаться, что бы всякая нежить со своими ложными искушениями не опередила их предложения. И поэтому он здесь!

Так вот после Святого Равноапостольного, уже следующий глава государства — Гул II, страдал алкоголизмом, а ещё следующий — Гул III, не брезговал менять княжеские титулы на звонкую монету и доли в делах. А нынешний — Гул IV, не имея своих сыновей попустительствовал образованию в стране дерзкой шайки родственничков, о чём жалеет и страшно переживает. Но это ничего не меняло. Ещё пара десятков лет и всё от «платиновых» магов лефа по их смерти, по закону перейдёт к причту Церкви во Имя, тем ещё пронырам и стяжателям. А великокняжеский трон попадет к жуликам и того раньше.

И вот они подумали, и как вариант… А пусть изначальное древнее… э-э-э… князь Экола Бести, юноша безусловно справедливый и порядочный, тем более обладающий силой несопоставимо большей, чем человеческая магия, станет не очередным великим князем, а Первостоятелем государства, живущего по законам народоправства. Как соседние западные окумы, не вошедшие в Союз. И пусть его на эту должность сроком на пять лет изберет народ на всеобщем вечье.

— А если народ не изберёт меня своим Первостоятелем? — спросил я перебивая.

— Как не изберёт? — удивился маг, — Изберёт! Считать же голоса не народ будет. Потом ещё на пять лет изберёт, потом ещё…

А князь Гул станет ближайшим помощником и советником молодого Первостоятеля под его гарантии амнистии былого для всех, включая владетельные роды в окумах, которые тоже уже согласны на такой вариант. Кроме Гога и его детей! Но с этими князь Экола пусть поступает по своему усмотрению. А маги лефа постепенно уйдут на покой и в отпущенный срок ещё возможно женятся и родят сыновей, которым по закону и отойдёт их имущество по их смерти.

— Ну как Вам предложение⁈ — «платиновый» маг аж светился от важности и собственной значимости.

Кто же откажется от предложения стать главой государства⁈

Партия выиграна

Через некоторое время я прервал повисшую паузу.

— Правильно ли я понял, уважаемый макер Ган, — спросил я ледяным тоном, — Что вы хотите оставить всё как было и даже лучше для себя, а гарантом и защитником этого предлагаете стать мне с моей силой?

— Э-э-э… нет, то есть… да, — запутался маг. — А разве вы не хотите стать Первостоятелем государства, живущего по законам народоправства?

— И какую же мзду вы хотите мне предложить за эту небольшую услугу для Вас с князем Гулом и пятнадцати владетельных родов? — спросил я, демонстративно перекладывая из кармана в карман аккуратно расстёгнутый медный браслет с буквой М посередине — маг, — Полагаю ещё и Церковь во Имя со всем её причтом не захочет ничего менять и чтобы я это гарантировал. Не так ли, макер Ган?

От вида аккуратно расстёгнутого магического браслета внимательные серые глаза макера Гана чуть не вылезли из орбит. Он-то точно знал, что уровень магии, которой заливали эти браслеты на великокняжеском Магическом Дворе в Мане, в суммарном импульсе формировался максимальными усилиями двух десятков «платиновых» и «дважды платиновых» магов его лефа. И это был просто немыслимый уровень защиты браслетов от несанкционированного вмешательства в их конструкцию и работу.

— Мы-ы… не думали об этом… нет… мы конечно думали… но пока не думали… — проблеял маг.

— Это понятно! Ни на секунду не сомневался, что вы думали только о себе и своих интересах! Но какого, простите, ослиного кутака вы полезли с вашими неконкретными, непродуманными и соответственно глупыми предложениями ко мне, макер Ган? — холодно резюмировал я и барич Заи начал складывать и грузить в фургон столик, чайные принадлежности и кресла. — Уж простите, но демон Систель вчера выглядел гораздо умнее и корректнее вас с князем Гулом.

Всё! Можно было ехать!

А «платиновый» маг Ган Глоо так и остался стоять на дороге с подаренной ему мною коробкой пакетиков чая Lipton. И похоже эту партию я у него выиграл…