Замок князя Миха

В этом прекрасном замке постоянно проживал сам владетельный князь Красной Окумы Мих VII из рода Ретт и его супруга княгиня Оли Ретт. Из окон опочивален замка открывался замечательный вид на Храм во Имя и рыночную площадь города без названия. Многочисленная прислуга частью приходила, а частью жила в нескольких небольших флигелях во дворе замка.

Ещё там была большая конюшня, казармы свиты, забор, ворота. Вроде всё!

Всё хозяйство замка находилось в руках княгини Оли. Она лично нанимала прислугу, жаловала её, карала и миловала. Жёсткая, но справедливая женщина. Но такой её сделал её муж, князь Мих. А в юности она была совсем другой — хрупкой и застенчивой красавицей.

Юницы рода Ретт

Ещё в замке постоянно проживали две их дочери — принцессы-юницы Кло и Жус, тринадцати и четырнадцати лет соответственно. Как и все подростки, девушки выносили мозги родителям с соответствующей возрасту силой и скоростью.

Кстати инспектор великокняжеского Магического Двора, отделение в Красной Окуме, при рождении Жус определил её латентным магом и она теперь носила на левом запястье неснимаемый медный браслет с буквой М посередине — маг. Единственный в истории, уникальный случай! Других женщин-магов в Союзе Свободных Окум никогда не было! Впрочем станет ли Жюс настоящей магиней, покажет только время.

Гарем

Ещё в замке был княжеский гарем. Под него был отдан один из флигелей. Но был этот гарем в замке только потому, что он просто должен там быть. Всё же княжеский замок, как без гарема? В гареме постоянно жили три дебелых зрелых селянки, которых княгиня Оли уже который год держала за своих личных горничных и конфиденток. Однако в юности эти дамы были очень даже ничего…

Когда-то, ещё на самой заре их брака, во время медового месяца, молодой князь Мих, находясь в изрядном подпитии, имел неосторожность заявить своей молоденькой супруге, кстати, дочери владетельного князя соседней Синей Окумы: что он б природный князь б и только на этом основании б будет б ходить к своим бабам в гарем б когда б захочет!

И это вместо того, чтобы исправно исполнять свои супружеские обязанности в опочивальне Оли, как его и благословила на это Церковь во Имя при их венчании. Мол, жди дорогая жёнушка и до тебя когда-нибудь тоже дело дойдёт. Главное, жди!

Никто не видел, как именно тогда ещё совсем юная и хрупкая Оли жесточайшим образом избила своего супруга — князя Миха, после такого его неосмотрительного заявления. Как говорилось, до «синих яиц». Так, что он с огромными фиолетово-жёлтыми синяками на лице и по всему телу неделю передвигался как уточка, мелкими шажочками и согнувшись. После, ещё неделю, при ходьбе он часто останавливался и держась руками за причинное место тихо постанывал от пульсирующей боли в паху.

А потом всё прошло! И как отрезало! Больше в его жизни не было никаких чужих женщин. А пиры с друзьями, это пожалуйста, но только в замке и только под жёстким контролем жены!

А девушек из гарема Оли выгонять не стала, они-то тут причём?

И эти девушки, а теперь уже взрослые зрелые женщины, жили в том гареме много лет, и в числе других женщин-служанок и конфиденток княгини эти прислуживали Оли в опочивальне при её облачениях-разоблачениях. Читали ей вслух на ночь любовные романы и вместе с сентиментальной княгиней сопереживали книжным героиням, которым коварно изменяли и били их мужья. И всем было так хорошо…

Проект замка

Княжеский замок был относительно новый, ему не больше 50 лет. Замок строили в самом начале расцвета Красной Окумы под руководством самого Сима Бести, который, собственно, его и придумал по мотивам своего дома — фахверк, лофт.

Получилось очень хорошо!

Красиво, удобно и уютно, не говоря о функциональности. В замке не было особых украшений, но был водопровод, постоянная горячая вода, толковая система удаления и конверсии багасс (отходов) и прочие удобства. В общем, получился отличный княжеский замок, который всем князьям нравился и такого больше не было нигде и ни у одного князя — эксклюзив!

Гость князя Миха

В большом кабинете, напротив резного мраморного камина, что рядом с опочивальней князя, в мягких креслах за чайным столиком расположились двое:

Сам князь Мих — мужчина средних лет, среднего роста и как оказалось весьма средних умственных способностей. Богатство, свалившееся на голову его вконец обнищавшему роду в результате начала работы в Красной Окуме алхимической фабрики пришлого княжеского рода Бести, вскружило ему голову. Он считал, что богат, потому что это не фабрика платила ему высокие налоги, а он сам был такой великий.

Неадекватность — так это называлось, когда человек видя следствие, был не в состоянии увидеть его настоящую причину и её придумывал. Это не болезнь, а человек был просто дурак. Однако последние события сильно взволновали и как-то даже встревожили обычно спокойного князя.

Его гость — некто в черном балахоне с большим капюшоном, похожем на монашескую рясу, но значительно богаче рясы, и скрывающем голову гостя до линии внимательных серых глаз. На левом запястье гостя матово отсвечивал платиновый браслет с большой буквой М посередине. Это был сам макер-меламед секретого лефа «платиновых и дважды платиновых» магов Союза Свободных Окум — Ган Глоо, состоявший на частной службе у древнего великокняжеского венценосного рода Герр из Мана. Из этого рода вышел Святой Гул, нынешний глава государства великий князь Гул V и все предыдущие, и в его честь были названы деньги и сама столичная окума Герр.

«Платиновые» маги

Если «платинового» или любого другого мага раздеть, то на вид это был обычный человек. Да так оно и было! Но у магов имелись магические способности, дарованные им при их зачатии Тем, кто Имя и/или переданные родителями-магами.

А «платиновые» маги, это вообще особь статья. Что о них было известно?

Во-первых, их было о-очень мало, не более сотни на весь Союз.

Во-вторых, большинство из них, это были феноменально сильные маги «вне категорий»

Их имена, где они живут, кто и как их регистрировал и замерял уровни их магических способностей… всё это было государственной тайной, а сами они об этом никогда не рассказывали. Говорили, что судьбу будущего Союза в своё время решили именно они. Когда ещё несвятой Гул, тоже кстати «платиновый» маг, крушил и жёг языческие капища в присоединяемых окумах, то тамошние маги устроили ему такую апокризию… И если бы не своевременная помощь дружественных «платиновых» магов, то не быть бы Гулу Святым и вообще… не быть!

Да, молнии, файерболы и воздушные кулаки «платиновых» магов на порядки мощнее, чем у «золотых», не говоря о «серебряных», но дело было не только в этом. В условиях тотального контроля государства за Магией и магами, «платиновые» маги, они и были государством. Это они придумали браслеты! Это они придумали драконовский «Закон о Магии и магах»! Это они изобрели анти-магические сети! Зачем? Да чтобы всех остальных магов держать в жёсткой узде. Но это неточно! Им вряд ли нужны были только деньги, на что они им, у них этих денег было…

Им была нужна власть, и только потом деньги! Именно поэтому макер Ган Глоо и стал сотрудничать с венценосным великокняжеским родом Герр, у которого это всё было. Его дело — разведка, контразведка и защита членов рода Герр от разных неприятностей. Денег он заломил с князей немало, но оно того стоило.

Ещё раз про Магию и смыслы

Ведь что такое Магия? Это манипуляции с энергией — накопление, преобразования, испускание. Маги могли это делать, а остальные нет. Кто-то манипулировал энергией лучше, кто-то хуже, отсюда — категории магов. У кого-то магические способности росли вместе с организмом, у кого-то стояли на одном уровне, а кто-то всю жизнь их развивал и постоянно тренировался, из «серебряных» становясь «золотым». Впрочем, одно другого не исключало. Но вот как становились «платиновыми» магами, не знал никто, кроме естественно самих «платиновых» магов.

А сама энергия, которой манипулировали маги… Она же безмерно разлита вокруг — в лучах солнца, в дыхании Океана, в движении ветра. И это лишь некоторые виды магической энергии.

Но были и другие энергии — энергия эмоций, желаний, творчества, движения мысли. Соответственно маг-человек, какой бы он сильный не был, манипулировал лишь теми видами энергии, которые были даны в ощущениях всем людям.

Но вот, скажем, змеиную магию или магию цветов, маг-человек не ощущал, впрочем, как и наоборот. Так этот мир промыслил Тот, кто Имя. Навесил на эти двери неоткрываемые замки! Поставил высокие заборы! А чтобы люди не лезли куда не следует во своё же спасение и сохранение!

Межвидовые скрещивания были запрещены. Нельзя в жизни скрестить змею с козой, а человека с животным! Монстров можно создавать только на энергетическом уровне, в виде нежити. Да их так и создавали в «Тонком Мире», но в жизни этого сделать было нельзя, ничего не вышло бы!

А ещё у людей были сверхспособности. Они были очень похожи на магические, также могли развиваться и передаваться по наследству, но это была не магия, никаких преобразований энергии в них не наблюдалось. Откуда они брались, загадка. То ли это были дары Того, кто Имя, во благо, а то ли его проклятие, никто не знал. У одного это могло быть способность таскать на себе лошадей, у другого умножать в уме пятизначные числа или видеть нежить, а у третьего, простите — зубы были как у зайца и вечно стоящий кутак тридцать пять сантиметров, которым он на потеху публики забивал гвозди и поднимал пудовые гири.

Говорили, что это те самые Смыслы и их могли порождать ведуны, но с ними здесь боролись.

Беседа с магом

Еще в кабинете князя Миха сейчас находился третий персонаж, но он себя никак не проявлял. Это был Щус — забавный ужик-брат и он повсюду шпионил за князем. Он весь внимание застыл в ящике с древесным углем за камином. Даже глядя на него в упор, заметить его в куче угля было весьма затруднительно, даже если и знал, что он там был.

— … и поэтому, всечтимый макер Ган, — продолжал князь Мих, — Я хочу Вас спросить как полномочного атторнея (представителя) барича Грес и бевы Алу — что мне сейчас делать? Золотые герры, которые Вы мне передали от них, большей частью исчезли за ночь прямо из моего закрытого на три замка и круглосуточно охраняемого домашнего трейзера (сейфа). Моя письменная апатэ (ложь) Верховному Суду Союза рано или поздно откроется и нам обоим известно, что за этим последует. В каком-то раклянном городском кабаке разом убита практически вся моя свита, а оставшиеся в живых на следующий день разом умерли в казарме. Все мои лошади тоже умерли. И опять все разом! И главное в Красной Окуме заканчиваются запасы «Убей-Порошка», а обещанные поставки его из столицы так и не начались. И это значит, что скоро придут крысы и зимой моя окума будет голодать!

Князь Мих сделал горестную мину на лице.

— Вы же знаете, макер Ган, сколько людей погибло в «Кровавый понедельник»⁈ — продолжил князь Мих, — И эти люди больше не будут платить мне налоги, из которых большую часть забирает себе Ман. А потому что они покойники! А если поставки «убей-порошка» не начнутся до осени, налогов станет ещё меньше. Значительно меньше! Катастрофически меньше! Вы понимаете меня, макер Ган? — уже кричал князь Мих, — Зимою люди просто сдохнут от голода!

Князь Мих буквально пустил слезу…

— А что мне прикажете делать с бывшими работниками сгоревшей фабрики князей Бести, макер Ган⁈ — продолжал кричать князь Мих, соскакивая с кресла, — С их семьями, это считай четверть населения Города и она вся осталась без работы и жалования! Один злотворный абыз-врадник Куй Агг увеселяется. У него сейчас сплошные отпевания да погребения — живые герры в карман! Кстати твари высосали уже второго ребёнка, мальчика двенадцати лет! Мы так не договаривались! Что это, макер Ган⁈ Что происходит⁈ Это месть убитых колдунов Бести или что-то похуже⁈

Князь Мих выдохнул, некоторое время постоял молча, а потом упал в кресло. Его собеседник неотрывно и не мигая смотрел на князя своими серыми внимательными глазами несколько минут, а потом заговорил тяжелым басом:

— Если Вы, князь Мих, сейчас же не прекратите на меня орать, я просто встану и уйду. И это поверьте для Вас будет гораздо лучше, чем я сделаю из Вас уголёк и брошу его в ящик за камином, чтобы Вас уже никто и никогда не нашёл. Хотите со мною говорить, говорите спокойно, а я Вас не собираюсь перекрикивать.

Следующая жертва — Вы!

— Да, я хочу говорить с Вами, макер Ган, — сразу потух князь Мих, — Простите меня, макер Ган, не сдержался, сдали нервы. Больше не повторится. Еще раз, простите меня, макер Ган!

— Это Тот, кто Имя пусть Вас простит, это его забота прощать! А я простой «платиновый» маг и делаю своё дело. А Ваше дело, князь Мих, сейчас сидеть и слушать меня, — холодно ответил «платиновый» маг, — Я скажу Вам, когда можно будет начинать задавать вопросы. Готовы?

— Да, макер Ган, — тихо отвечал Мих, устраиваясь в кресле поудобнее, — Я весь внимание, макер Ган!

— Сначала договоримся, — начал свой рассказ маг, — называть все вещи своими именами, так всем будет проще и вообще правильнее. Согласны?

Князь Мих молча кивнул головой, он был согласен.

— Никакого колдовства и Магии в этих происшествиях не было, — сказал маг, — И князья Бести не были колдунами. А злотворный абыз-врадник причтик Куй Агг, как Вы его называете, обычный елоп (дурак) и воть, правда, весьма зарной. Я тщательно обнюхал пепелище дома князей Бести, каждый труп воинов Вашей свиты в кабаке и их лошадей, каждый угол в Вашем трейзере, Магией там и не пахнет. Ещё я пообщался со старшими тварей из «Тонкого Мира», я это могу делать.

Хорошо подумал, — маг сделал паузу, — И теперь уже могу сформулировать некоторые мысли по этому поводу. Вот они:

Маг перевёл дыхание…

— Да, всё это звенья одной цепи, но это сделал не маг. По крайней мере, не маг-человек. Кто это или что это — он, она или оно, я пока не знаю, но для простоты буду называть это — Он. Возможно это вообще разбуженное Инферно. Знаете, что это такое?

Князь Мих часто-часто закивал головой в своём кресле. Он знал, что такое Инферно — древнее изначальное Зло.

А макер Ган Глоо продолжал:

— Он мстит и однозначно за гибель рода князей Бести.

— Он умеет прозревать суть и экстраполировать вероятности.

— Он весьма разумен и изобретателен в способах мести.

— Он обладает многими прямо скажем впечатляющими сверхспособностями или как их называют — Смыслами.

— Его следующая жертва — Вы, князь Мих.

— Он не остановится, пока страшно не казнит всех причастных к гибели рода Бести, где бы они не находились.

Только спасите!

На князя Миха было страшно смотреть. Он весь скукожился в своём кресле, его губы и руки тряслись. Он был смертельно испуган.

А «платиновый» маг продолжал:

— И я бы вообще отказался от этого дела, потому что невозможно победить Инферно. И не я планировал и проводил коммендацию по уничтожению рода Бести. Но полагаю, что с этим вышло как всегда — на планы наложились случайности и обстоятельства. Кто же знал, что князья Бести увидят нежить и потащатся спасать от неё своих работников? Кто мог подумать, что Верховный Суд Союза рассудит не по понятиям как обычно, а по закону⁈ И уж точно никто не мог предположить, что елоп причтик Куй Агг погонит умирать под магическими молниями князей Бести столько людей.

Но дело сделано и мы имеем то что имеем….

Полагаю, что поставки «Убей-Порошка» из столицы могут быть налажены в ближайшее время. Ведь в этом и был весь смысл этой коммендации. Возможно заминка чисто техническая, но барич Грес и бева Алу, я уверен, её конечно, преодолеют. Если Он их не уничтожит раньше!

Ган Глоо странно посмотрел на князя.

— И я бы, повторюсь, вообще отказался от этого дела, если бы не одна маленькая зацепка…

Здесь маг сделал театральную паузу:

— Ма-а-аленькая такая зацепочка. Меньше мышиного хвостика. Пока я не буду её Вам сообщать, чтобы Вы случайно не проболтались. Мне ещё всё это нужно проверить — съездить в Ман, хорошенько там поискать, подумать, и только тогда возможно я смогу остановить Его и защитить Вас, князь Мих, барича Грес и беву Алу. Однако если это у меня получится, то будет вам всем очень дорого стоить, ибо, даже для меня, «платинового» мага, это очень опасно! И будем молить Того, кто Имя, чтобы Он не уничтожил Вас, князь Мих, раньше, чем я его. Я закончил и теперь Вы можете задавать вопросы.

— Любые деньги, — хрипел в своём кресле полумёртвый от страха владетельный князь Красной Окумы Мих VII из рода Ретт, — Любые, макер Ган, только спасите! У меня же дети!