27. Обязанности они (философы) выводят[437] (duci existimaverunt) из (понятий) честнаго и полезнаго и выбора более ценнаго между ними (когда представляется к тому нужда); кроме того может случиться, — (говорят они), — что человеку будет предстоять выбор между двумя (предписаниями) честной или полезной деятельности (deinde incidere ut duo concurrant honesta, et duo utilia), и тогда, (значит), надлежит решить, что честнее и что полезнее[438]. Таким образом обязанность (по представлению философов) проявляется в трех видах (in tres partes officium dividitur): честном, полезном и (выборе между ними) более ценнаго (quid praestantius). Затем эти три (вида) они (философы) подразделяют на пять, (именно): два (вида) честнаго, два — полезнаго и (пятый) решение (выносимое) после суждения о том, что из двух нужно предпочесть. Первыя касаются приличнаго и честнаго в жизни, последния же (относятся) к жизненному благополучию, благосостоянию, богатству и возможности что либо делать (facultates). Между теми и другими (iis)[439] и надлежит делать выбор. Таково представление философов[440].

28. Мы же не устанавливаем никаких правил приличнаго и честнаго, которыя не имели бы отношения больше к будущему (загробному), чем настоящему; по крайней мере, мы не считаем полезным то, что клонится к усладе в сей жизни, а не радости в будущей; точно также не признаем за благо материальныя средства и богатство (in facultatibus et copiis opum), напротив, считаем даже, несчастием обладание ими (si non rejiciantur) и вообще они, по нашему, являются скорее тягостью для тех, кто приобретает их, чем убытком для тех, кто их лишается (cum erogantur).

29. Итак, труд наш не является излишним, поскольку под обязанностию мы разумеем иныя правила, чем они (философы). Те временныя блага[441] признают за добро, мы же — за зло (убыток), ибо кто в этой жизни получает блага, как евангельский (ille) богач, тот там мучается, и Лазарь, который здесь претерпел злое, там утешается (Лук. XVI, 25). Наконец, (могут найтись и такие), которые не читают (сочинений) философов; (эти), при желании, будут иметь возможность прочитать наши, (если только) они не гонятся за искусственною и витиеватою речью, а интересуются просто мыслями, которыя проводятся в известном сочинении (sed simplicem rerum exquirunt gratiam).