221. Итак, красота, которая так возвышается (над всем), подразделяется на два рода[689]. Ибо есть красота как бы вообще, которой пропитано все честное (quod per universitatem funditur honestatis) и которая замечается как бы во всем теле; есть также и красота в отдельности (speciale), которая проявляется в какой нибудь отдельной части (тела). Общая красота, — это то, когда кто либо имеет одинаковую и гармоничную полноту (univesitatem) честнаго во всяком отдельном поступке, когда вся жизнь его верна самой себе и ни в чем не разногласит; частичная же красота, это когда кто либо одной какой нибудь добродетелью отличается по преимуществу.

222. Вместе с тем обрати внимание на то, что приличное (красота) есть (собственно) жизнь, согласная с природой, а постыдное, — это то, что противно природе[690]. Потому и Апостол говорит, как бы вопрошая: «прилично ли жене молиться Богу с непокрытой головой? Не сама ли природа учит Вас, что если муж имеет длинные волосы, то для него это безчестье, потому что это противно природе?» (I Кор. ХИ, 13)[691] И далее говорит: «А если жена имеет длинные (волосы), то для нея это слава» (ст. 15). Т. е. это согласно с природой, потому что волосы ей служат покровом, — это (таким образом) естественное покрывало. Итак сама природа дает нам и лицо и красоту, которую мы должны сохранить; о, еслибы мы могли[692] сохранить также и непорочность ея, чтобы не изменила ее наша злоба!

223. Красоту вообще[693] ты можешь наблюдать (во всем мире), ибо Бог создал этот мир прекрасным. (Частную) (красоту) ты можешь видеть и в отдельных предметах (per partes), так как, когда Бог сотворил свет и отделял день от ночи (Быт. I, 3 и сл.), когда Он создавал небо, когда отделял сушу от воды (terras et maria), когда полагал солнце и луну и звезды, чтобы светить на землю, то Он похвалил каждое в отдельности. Итак, та красота, которая сияла в каждом отдельном предмете мира, заключалась и во всей вселенной, как признает это и Премудрость в словах: «Я была тою, которую Он хвалилъ… когда радовался, совершивши вселенную (orbe perfecto)» (Прит. VIII, 30, 31)[694]. Подобно этому и в человеческом теле приятна (даже отдельная) часть каждаго члена, однако больше приятности в стройном сочетании (compositia apta) (всех) членов вообще, потому что каждый из них представляется на своем месте (quadrare) и все в полной гармонии друг с другом (convenire)[695].