Дождь начинается, когда Пенни начинает падать.

Алонсо бросается вперёд, ловя её прежде, чем её голова ударяется о трибуны. В воздухе мгновенно раздаётся электрический треск. Толпа вздрагивает, некоторые люди хватаются за грудь, другие обнимают друзей и членов семьи защитными объятиями. Дождь прекращается так же внезапно, как начался, словно кто-то закрыл кран.

Кто-то ахает.

— Небо!

Зловещие тучи рассеиваются, небо бледнеет до нежно-розового. Ветер становится бризом, а затем исчезает. Цикады снова начинают стрекотать.

Всё заняло три минуты. Может быть, меньше. Большая часть толпы ещё даже не покинула трибуны, и они смотрят вверх с изумлением, совершенно молча.

Пенни не просыпается. Её лицо осунулось, под глазами тёмно-фиолетовые круги.

— Пенни. — Алонсо убирает мокрые волосы с её лица. — Пенни, очнись. Пожалуйста, Пенни, пожалуйста, очнись!

— С ней всё в порядке? — спрашивает пожилой мужчина. — Вызвать скорую?

Милтон прижимает пальцы к её шее.

— Пульс есть.

Трибуны трясутся, когда Кори взбегает по ним. Он падает на колени и кладёт руку на голову Пенни.

— Она кровоточит, — говорит он, глядя на красное пятно, растекающее на её бедре.

— Давай, — говорит Алонсо. — Давай.

Через полсекунды глаза Пенни распахиваются. Она садится, хватая ртом воздух. Когда она видит Алонсо, она хватает его за перед рубашки.

— Ты настоящий?

— Да, — говорит Алонсо, притягивая её к себе. Она обнимает его в ответ. Её хватка слабая, но она чувствуется реальной. — Что случилось?

Пенни ахает, отстраняясь от Алонсо. В её выражении лица тихое опустошение, от которого у него в животе всё холодеет.

— Ты нашла её? — говорит Кори.

Пенни кивает.

— Мы убегали от Тени, и… — Она останавливается, её глаза расширяются. — Я знаю, почему заклинание разрушения не сработало.

Кори кладёт руку на плечо Пенни, его лицо озарено надеждой.

— Значит, мы можем попробовать снова!

Пенни качает головой.

— Это не Проклятие, Кори. Никогда им не было.

Слова звучат знакомо, будто Алонсо уже слышал их где-то. Затем он вспоминает: его дедушка. Он сказал то же самое, насмехаясь над Алонсо по ту сторону Завесы.

Лицо Кори вытягивается.

— Что значит «это не Проклятие»?

Пенни отводит взгляд.

— Это сделка.

Слово звенит, как колокол, низко и печально.

— Сделка, — повторяет Алонсо. Он смотрит на Милтона, который прижимает кулак к губам.

Кори молчит, даже когда появляется Хелен Баррион.

— Пенни? Что случилось?

Пенни встаёт на дрожащие ноги.

— Нам нужно в больницу.

Затем они все бегут, сначала вниз по трибунам, затем через поле к парковке. Алонсо держит Пенни за руку, но её силы быстро возвращаются, и она так быстра, что её ноги едва касаются земли.

Дилан и Наоми присоединяются к ним.

— Сработало? — спрашивает Дилан.

— Я не знаю, — говорит Пенни.

Алонсо скрежещет зубами. Они были так близки. Её мама, должно быть, выбралась.

— Кори! — зовёт Джеймс, когда они проносятся мимо.

— Встретимся в больнице! — говорит Кори и не даёт отцу шанса возразить.

Они забиваются в машину Алонсо, и он жмёт на газ.

— Осторожнее, — говорит Милтон, когда шины Алонсо визжат на повороте.

Когда они проезжают половину пути до больницы, с ними поравнялся чёрный Escalade.

— Отлично, — бормочет Алонсо. — Ещё Баррионы.

— Просто довези нас, — говорит Кори.

— Работаю над этим, спасибо.

Алонсо влетает на больничную парковку, оставляя машину поперёк трёх мест. У входа они ждут мучительный момент, пока вращающаяся дверь медленно поворачивается, а затем проносятся мимо стойки регистрации к лифтам, где Алонсо нажимает кнопку как минимум пятнадцать раз, прежде чем лифт приезжает. Когда они заходят внутрь, раздаётся крик.

— Придержите двери!

Появляется отец Кори. Когда он видит странную компанию в лифте, он замирает, выражение его лица темнеет, когда он переводит взгляд с одного лица на другое. Хелен появляется позади него мгновение спустя.

— Последний звонок, — говорит Алонсо.

Хелен заходит и хватает брата за рубашку, затаскивая его следом.

Поездка наверх проходит в тишине, но как только двери открываются, они снова бегут, игнорируя медсестёр, которые кричат им замедлиться. Пенни первой добирается до палаты Аниты, и Алонсо останавливается позади неё. Дверь открыта, медсёстры вбегают и выбегают, суетливые и говорящие тихими голосами. Одна из них видит Пенни и ахает.

— Пенни! Мы пытались дозвониться до тебя.

— Что случилось? — спрашивает Пенни.

Медсестра замечает, сколько там людей, и её лицо становится более испуганным.

— Возможно, нам стоит поговорить наедине.

Но Пенни уже входит в палату Аниты, её рука касается дверного косяка.

— Мама?

Ответа нет.