— Не подглядывайте за тем, как я соблазняю женщин, — сделал им замечание Дориан и направил к дому несколько скелетов. Себастьян и Генри захлопнули дверь.

— Какой-то куцый памятник, добавим ещё розочек, — пришёл к выводу Дориан, поднимаясь с места и находя ведро с розами за спинкой дивана. С каждой минутой работы скелетов диван превращался в мебель посреди плантации цветов. Красные розы вторым слоем легли на розовые хризантемы, почти не оставляя ни одного пятнышка от одеяла. Ткань просто не было видно под бутонами, стеблями и пышной листвой. Думаю, страннее, чем это свидание, ещё ни у кого не было. Хорошо, что хоть не кладбище.

— Теперь танцы, — объявил Дориан, сев со мной рядом, и выпустил магию из пальцев. Ровно десять белокостных скелетов выстроились в линию с цветками в зубах и начали отплясывать чечётку. Я подавилась шампанским от смеха и начала кашлять. Костлявые танцоры настолько несинхронно двигались, что даже Дориан расхохотался.

— В следующий раз отрепетируем танец, — пообещал он, когда немного успокоился.

— Не надо, я прошу тебя, — простонала я, понимая, что мои скулы нещадно болят от смеха. — Я не выдержу это второй раз.

— Ладно, вы на сегодня свободны, — махнул рукой Дориан, и все скелеты исчезли, как будто их и не было никогда. Я даже расстроилась.

— Поговорим о нас с тобой? — повернулся ко мне дракон, нахально улыбаясь.

— Что ты хочешь обсудить?

— Красивый закат есть?

— Есть, — подтвердила я, разглядывая тёмно-бордовое небо, на котором только-только начали появляться звёзды.

— Цветы, шампанское? — новый вопрос, на который я кивнула.

— Развлекательная программа, пусть не отточенная, но всё же была.

— Была, была, что ты хочешь? — не выдержала я.

— Поцелуй, конечно же, — ответил ловелас, поправляя рубашку на груди и делая губы трубочкой.

— Я подумаю, — отмахнулась я и принялась допивать шампанское, любуясь звёздами, которые с каждой минутой горели всё ярче, подчёркивая темнеющее небо.

— Где справедливость в этом мире?

Я пожала плечами на чужой вопрос.

— Ладно, не хотел говорить, но я смертельно болен, — заявил Дориан.

— Ты же врёшь, — возмутилась я.

— Ну, когда-нибудь же я умру.

— Как нехорошо спекулировать на смерти, — укорила я ухажёра, но улыбка меня выдала. С Дорианом не скучно. У меня столько эмоций и за год жизни не было, а тут всё в один день.

— Так я некромант, у меня работа такая, — хмыкнул собеседник, совсем не стыдясь. Дракон зачем-то снял свой пиджак, а затем и рубашку и попытался залезть под край одеяла. Я треснула ему по рукам.

— За что? Я же хочу согреться, — почти по-детски удивился парень.

— Не надо было раздеваться.

— А как тогда ты увидишь моё прекрасное тело? — Дориан отодвинулся подальше, облокотился на диван и заложил руку за голову, демонстрируя свои мышцы. Заметив мой интерес, дракон напряг руку, чтобы показать рельеф.

— Я часто работаю лопатой, малышка, — произнёс собеседник с самодовольной улыбкой.

— Лучше бы мозгами...

— Как я могу работать тем, чего у меня нет?

Я отвернулась от дракона и, подавляя смех, уставилась на небо, где звёзды тоже хохотали, мерцая в темноте.

— Я понимаю, что у меня мощная харизма и ты боишься влюбиться в меня без памяти... — начал заговорщицки Дориан, подползая ко мне как змея. — Но разве тебе не хочется обуздать такого жеребца?

— Нет, с конями я дел не имею, мне люди больше нравятся, — ответила я.

— Ну поцелуй же меня, малышка, — дракон потянулся ко мне своими губами. Я выставила ладонь, которую облизали до самого запястья.

— Моё имя так и осталось тусклым, — вдруг серьёзно произнёс собеседник с горечью, гладя пальцами по моему запястью. Дориан тяжело вздохнул и, переплетя наши пальцы, уставился в небо, совсем ничего не говоря. Я ждала минуту, затем вторую, но ни шутки, ни скабрёзности не последовало. Лицо Дориана стало непроницаемым, и только тепло его руки и лёгкое поглаживание большим пальцем по ребру моей ладони подсказывало, что дракон здесь, со мной. Я положила голову на плечо дракона, чтобы немного его подбодрить. Мы молчали, смотрели на звёзды и думали каждый о своём.

На удивление, мне оказалось очень комфортно просто молчать рядом с ним. Будто мы всегда так делали.

— Может, пустишь меня под одеяло? — спросил, чуть улыбнувшись, Дориан. Я кивнула, сжалившись над страдающим от безответной любви драконом. Пришлось стряхнуть все цветы с одеяла, закинуть ноги на Дориана и улечься на его груди. Он держал одну руку поверх ткани, придерживая её на моём плече, чтобы меня не тревожил ночной прохладный воздух, а второй гладил меня по голому колену.

— Почему бы не заняться любовью под открытым небом, это, конечно, не кладбище, но тоже ничего? — спросил парень, желая разрядить обстановку. Он посмотрел на меня без пошлости во взгляде, а с щенячьим обожанием, которое считывалось как большая влюблённость. За время, проведённое с Дорианом, я почти не вспоминала об остальных, совсем забыла о проблеме выбора и просто наслаждалась жизнью. Это дорогого стоит, когда нужно отдохнуть от накопившегося груза на плечах и забыться на какое-то время. Я уверена, что он с лёгкостью повторит этот трюк, когда мне понадобится развлечься, и я думала об этом с предвкушением. Мне хотелось бы увидеть второе свидание и третье, вновь посмеяться от души, а потом помолчать, наслаждаясь моментом.

Я запрокинула голову, посмотрела на мужские губы и, пока не передумала, пока он чего-нибудь не ляпнул, подарила ему поцелуй.

Меня сжали в объятиях и поцеловали в ответ, благодарно и нежно. Моя рука снова ощутила магию, запечатляя отчётливее мужское имя.

Меня оторвали от Дориана с фразой «твоё время вышло».

Я сама не помнила, как оказалась у дракона на коленях и подставляла ему свою грудь для поцелуев. Генри, скрипя зубами, нёс меня в одеяле в дом мимо таких же недовольных драконов. Меня вернули в выделенную спальню и оставили одну на постели.

— Мы должны договариваться между собой, — с такими словами хозяин дома покинул комнату. Я решила заняться водными процедурами, пока драконы обсуждают, кто из них достойнее. Насыщенный день перетёк в тихую ночь. Только мне, стоя под струями воды, вдруг захотелось не провалиться в сон, а поцеловать каждого парня. Я вспомнила, как каждый из них целуется, как доставляет удовольствие, и внизу живота разгорелся настоящий пожар. Я погладила себя по груди, пытаясь унять желание, но мои прикосновения считывались телом не так приятно, как мужские. Я решила, что терять мне нечего, и, завернувшись в полотенце, вышла в коридор.

Голоса, спорящие между собой, раздались откуда-то слева. Я прошла ближе. За дверью спальни что-то вещал Генри, ему вторил Себастьян, а Дориан лишь фыркал.