Глава 47

Агайя уехала несколько дней назад: счастливая, посвежевшая, сияющая так, будто жизнь в ней только начиналась. Теперь она могла вполне сойти за мою старшую сестру. Перед отъездом долго обнимала меня, приговаривая, что теперь будет «ежедневно смотреться в зеркало и благодарить не богов, а Деори». И дала обещание, что до поры до времени никому не расскажет, что же стало причиной её чудесного преображения.

Конечно, я бы оставила её здесь, чтобы не будоражить публику лишний раз, но она настаивала, что у неё накопилось немало дел и нужно возвращаться. На том и порешили. И я очень надеялась на её порядочность.

С тех пор в доме стало чуть тише, спокойнее и как-то пусто.

А сегодня с утра в дверь постучали, и моё сердце заколотилось от предвкушения, что это Эвериан. Я успела остыть и соскучиться, и была рада видеть его. Но меня постигло разочарование.

Какой-то мальчишка лет двенадцати: худой, с вихром на затылке и мешком через плечо, стоит на моём пороге и улыбается мне.

- От Агайи, - говорит он, неловко переступая с ноги на ногу. - Сказала передать, что скучает, и велела не забывать пить отвар из шиполиста.

Ах, да, это тонизирующее средство, о котором она мне рассказывала перед отъездом.

В мешке находится баночка вишнёвого варенья, два свёртка с душистым хлебом, несколько связок сушёных трав, грибы и записка.

«Моя кожа светится, как у молодой жрицы. Ты - чудо, девочка. Береги себя и свою мечту».

Убираю записку в карман, ожидая, что вот-вот за детской спиной появится знакомая до боли фигура. Пусто. Только ветер гонит песок. Наверное, Гроссопер сильно на меня обиделся. Не приехал. И не приедет.

Ну и я не стану его ждать!

Благодарю мальчишку, приглашаю его отобедать с нами, а потом отправляю обратно, смотря долго ему вслед, пока он не исчезает на горизонте.

На следующий день собираемся в город. Нужно действовать, пока не угас пыл и пока есть шанс достроить всё, что мы начали.

Дом - единственная ценность, которую могу заложить, и сердце сжимается от этой мысли, но другого пути нет. Как только получу в банке заём, найму рабочих и закуплю материалы, буду искать строителей. В ближайшие месяцы всё должно быть готово. А как только построят хоть одно бунгало, где можно будет поселить эрданское величество, отвезу Агайю в город и сделаю рекламу, которая привлечёт клиентов. Хотя бы одного.

Затем заплачу «сплетникам», что отправятся в столицу и разнесут новость там. А дальше просто ждать.

Смотрю на себя в зеркало, перед тем как выйти. Выгляжу, мягко говоря, не как будущая владелица курортного чуда, а как человек, переживший шторм и не успевший после него привести себя в порядок. Пусть здесь внешность не главное, но в городах обращают на это первостепенное внимание. А мне необходимо производить впечатление.

Но это потом. А теперь выбираемся из дома с Магнусом и Аурой, которые вызвались меня сопровождать. Не самая лучшая охрана, но за неимением другой хороша и такая. Торхес остался. Он сказал, что сад стал слишком интересен прохожим и что кто-то по ночам приходит смотреть на светящиеся листья. Пусть сторожит - мне спокойнее.

А мы отправляемся на «охоту».