Глава 45

Троица быстро находит общий язык с Агайей, а я всё не могу понять, отчего она так внимательно следит за Аурой. Торхес рассказывает весёлые истории, Магнус что-то мастерит, забившись в угол, а заклинательница слишком задумчива и серьёзна.

Мы расходимся глубоким вечером, и я валюсь от усталости. А потому утро приходит слишком быстро, а с ним и новые надежды.

Пар от горячей воды поднимается тонкой дымкой. На столе миски, травы, маленькие флаконы с маслами и настойками. Всё, чтобы запутать мою клиентку. Агайя сидит на стуле, как на троне, убрав волосы под платок, и выглядит настороженно. Я нарочно встала на рассвете и набрала новой грязи, пока никто не видел, и теперь она стоит в миске рядом со всем остальным.

- Ну что, мой первый клиент, готовы? – спрашиваю с притворной серьёзностью, размешивая плоской палочкой серую жижу.

- Если умру, передай Эви, что я была самой красивой женщиной в его жизни, – бурчит она, и я не удерживаюсь от смеха.

Сперва немного распариваю ей кожу при помощи полотенца и горячей воды, удаляю грязь, а затем наношу смесь на её кожу. Здесь не только глина, но и выжимка их травы для придания жидкости более благородного аромата. Конечно, запах сероводорода довольно неприятен, но мне удалось хотя бы как-то заглушить его терпкостью и горечью растения.

Агайя закрывает глаза.

- Воняет, - констатирует факт. – Это точно целебная маска, а не навозная куча?

- Точно.

- Тепло, - произносит, пока я сантиметр за сантиметром промазываю её лицо, - даже приятно, – добавляет через минуту. – Но, если почувствую, что кожа горит, закричу громко, не обессудь.

- Для этого я стану вести дневник, чтобы там указывать нежелательные реакции, - соглашаюсь с ней. – Надеюсь, обойдётся. Подождите немного, пока маска начнёт действовать.

- Как долго?

- Я буду смывать слои каждые три часа, чтобы оценить результат. Мне хочется видеть всю картину происходящего. И ваши руки.

- Что с ними?

- Полагаю, их тоже следует привести в порядок. Или вы желаете оставить, как есть?

- Нет уж, мажь. Надеюсь, когда я вернусь обратно в деревню, соседи не заявят в полицию, потому что в дом старухи Агайи пробралась молодая очаровательная девушка.

- Мне так хочется, чтобы всё получилось.

- Для этого я здесь, Деори.

Проделываю тоже самое с тыльной стороной её ладоней, а далее только ждать.

Минуты тянутся медленно. В доме тихо, слышно лишь, как ветер продолжает истязать постройку. Расстояние между пляжем и домом приличное, и тратить силы и ресурсы сейчас, чтобы унять непогоду в этом месте, бессмысленно. Главное – навести порядок у моря.

Оставляю Агайю дома, отправляясь проверить своих работников. Надо признать, что пляж уже изменился. В ближайшее время следует найти строителей, кто смогут сколотить около пяти бунгало, и сами материалы, конечно. Драгоценностей, что я сумела привезти из дома, хватит если только на один малюсенький домик, а что делать дальше?

Рекламировать омолаживающее средство, но где-то необходимо размещать посетителей. Продавать, как крема в магазине? Но формулу могут украсть, занявшись исследованием за периметром моего курорта. Конечно, в будущем этого не избежать, но хотя бы сейчас следует пробовать сохранить свою эксклюзивность.

И я понимаю, что мне нужен крупный заёмщик.

- Сколько? – глаза Агайи округляются, когда она слышит озвученную мной цифру. – А тебе палец в рот не клади, - качает головой. – Многие столько за всю жизнь не видят, а тебе сразу подавай.

- Я же беру в долг, а не за красивые глаза.

- Тогда тебе лучше на эту тему поговорить с Эверианом. И в деревне столько акатов не будет ни у кого.

И снова Гроссопер, без него никуда. Но наша последняя встреча была на повышенных тонах. И с поцелуем… От воспоминания становится жарко, и я, чтобы убрать волнение, отворачиваюсь к камину, отправляясь ставить чайник.

После каждого смывания на коже остаётся небольшая розовая светящаяся плёнка, которая исчезает буквально через пару секунд. И к вечеру замечаю изменения. Маска работает. Лицо будто становится другим: чуть свежее, мягче, черты разглаживаются.

- Ну? – спрашивает Агайя, ощупывая щёки, а я записываю наблюдения в дневник.

- Я бы сказала, минус десять лет, не меньше, - шучу, но на самом деле подвижки есть, пусть и не такие серьёзные как у меня. Только надо понимать, что моё тело было полностью в жидкости почти сутки. Я не разрывала эффекта, а грязь не остывала. Её температура поддерживалась источником. Значит, для усиления эффекта процедуру следует проводить в негорячей сауне.

В добавок ко всему может влиять внутренняя магия. Агайя – пустоглас, я – искра. Следует провести как можно больше экспериментов, чтобы сказать с уверенностью, от чего зависит эффективность средства.

- Минус десять? - Агайя смеётся, и в её глазах неверие смешивается с ожиданием чуда. – Если ты не врёшь, девочка, я тебе должна целое состояние!

- С вас я не возьму ни аката, - качаю головой, приглашая её к большому старинному зеркалу, что стоит в холле. – Ваше имя – вот как вы поможете мне.

Она поднимает на меня глаза: серьёзные, тёплые, с блеском.

- Я намерена зарабатывать на тех, у кого есть деньги, - поясняю. Со снобов Варругена.

- А что же делать беднякам?

- А для них устроим чёрную пятницу, - улыбаюсь.

- Чёрную? – хмурит брови Агайя. – Только не говори, что ты пригласишь этих аборигенов подземельных.

- О ком речь? – не понимаю.

- Никогда не слышала о хуппах? Ну и ладно, они не заслуживают этого. Лишить себя солнечного света и вечно скитаться в холодных глубинах земли. Бр-р-р-р, - она дёргается, но тут же ахает, потому что мы останавливаемся у массивного зеркала. Протягивает руку к стеклу, будто проверяя, что оно настоящее, а потом снова трогает своё лицо. – Она действительно работает! – говорит негромко, и я слышу в этих словах невероятное счастье.

Да. У нас получилось.