Все началось с голубей.Обычно эти пернатые крысы хаотично гадили на подоконники и дрались за хлебные корки. В это утро, выглянув в окно, я выронила чашку с кофе.Голуби маршировали.Ровным строем, по три в ряд, они чеканили шаг по карнизу. Во главе клина шел жирный сизарь с пластиковой крышечкой от колы на голове, напоминавшей каску.По команде «курлы» они синхронно повернули головы в сторону подъезда.

— Асмодей! — позвала я. — У нас птицы сломались. Они готовят путч.

Владыка ада вышел на кухню, лениво потягиваясь (хруст его суставов звучал как тектонический сдвиг).— Птицы — это мелочи, — зевнул он. — Ты заметила, что в подъезде пахнет не мочой и безысходностью, а ладаном и пирожками с капустой? Причем запах такой плотный, что его можно резать ножом.

Мы вышли на лестничную клетку.Дверь бабы Вали была приоткрыта, но это была уже не та обшарпанная дерматиновая дверь. Теперь она была обита чем-то, напоминающим шкуру дракона (или очень качественный кожзам из 90-х), а вместо номера квартиры висела табличка: «ШТАБ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА. Вход без бахил — расстрел на месте».

Изнутри доносился гул голосов.

— Нужно проверить, — Асмодей нахмурился. — Я чувствую возмущение в эфире. Кто-то качает ману в промышленных масштабах. Причем ману очень странную... Она пахнет валерьянкой и старыми газетами.

Мы вошли без стука.

Зрелище, которое открылось нам, заставило даже владыку тьмы поперхнуться воздухом.

Квартира бабы Вали изменилась.Обои в цветочек исчезли. Стены теперь были покрыты картами мира, на которых красными нитками были отмечены стратегические точки: Пентагон, Кремль, ЖЭК №5 и рынок «Садовод».Посреди комнаты стоял круглый стол, накрытый скатертью с пентаграммами, вышитыми крестиком.

Во главе стола расположилась баба Валя.Она не сидела на стуле. Она левитировала в полуметре над полом, сидя в позе лотоса (что для её возраста и комплекции было чудом само по себе). Вокруг её головы сиял нимб из вязальных спиц.Глаза соседки горели потусторонним светом, в котором читалась вековая мудрость и желание накормить всех насильно.

По правую руку от неё сидела Петровна с третьего этажа (Сержант по связям с общественностью), по левую — старик Ильинич (Генерал алкогольных войск).

— ...таким образом, — вещала баба Валя голосом, усиленным магией, — мы берем под контроль цены на гречку, а потом насылаем на Трампа порчу «радикулит обыкновенный».

— Кхм, — кашлянул Асмодей.

Баба Валя медленно повернула голову. Её взгляд был тяжелым, как чугунная сковорода.— А, молодежь. Явились. Бахилы где?

— Валентина Петровна, — осторожно начал демон. — Что здесь происходит? Вы почему левитируете? Это моя фишка.

Баба Валя опустилась на пол. Нимб из спиц звякнул.— А что, тебе одному можно? Живу с вами, дышу вашими испарениями. То серой пахнет, то порталы открываете. Вот и надышалась. Открылся у меня, милок, третий глаз. И чакра, та что за справедливость отвечает.

Она обвела рукой карты на стене.— Мы тут, понимаешь, решили порядок навести. Тайное общество организовали. «Орден Святого Тапка».

— И какова цель? — спросила я, с опаской косясь на Петровну, которая точила вязальную спицу о точильный камень.

— Мировое господство, конечно, — буднично ответила баба Валя. — Но доброе, справедливое.Она встала и подошла к карте.— Сначала захватим ЖЭК. Они мне трубы три года не меняют. Я на них нашлю проклятие «Вечный ремонт». Пусть у них унитазы поют гимн Советского Союза по ночам.— Потом, — она ткнула спицей в Европу. — Запретим рваные джинсы. Это срам. Всем выдать рейтузы с начесом.— И, наконец, — её глаза сверкнули фанатизмом. — Всех накормить. Никто не выйдет из-за стола, пока не доест.

Асмодей присвистнул.— Сильно. Это покруче моих планов с армагеддоном. Это... тоталитарная забота — самая страшная магия во вселенной.

Шрёдингер, который всё это время прятался у меня за ногой, вдруг вышел вперед.— Мяу! А котам что? Где в вашей программе пункт о безлимитном Вискасе?

Баба Валя умилилась.— Ой, ты ж мой хороший! Тебе — пост министра рыбной промышленности. Будешь контролировать качество кильки.

Кот тут же запрыгнул на стол и лег на карту, перекрывая собой Атлантический океан.— Я согласен. Подписывать кровью?

— Сметаной, — отрезала соседка.

Асмодей отвел меня в сторону.— Марго, это катастрофа. Если она реализует свой план, мир превратится в один большой санаторий строгого режима. Люди будут ходить в шапках даже летом. Рок-н-ролл запретят, секс — только под одеялом и в темноте. Мне конец. Я умру от скуки.

— Надо её остановить, — прошептала я. — Но как? Она сильнее нас. Она аккумулировала энергию всех бабушек подъезда. Это коллективный разум!

— Есть идея, — глаза Асмодея хитро блеснули. — Клин клином вышибают.

Он подошел к столу.— Уважаемая Верховная Жрица, — с поклоном произнес он. — Ваш план великолепен. Рейтузы — это мощно, но вы забыли одну деталь.

— Какую? — насторожилась баба Валя.

— Сериал.

В комнате повисла тишина.— Какой сериал? — спросила Петровна.

— Турецкий, новый. Триста серий. Там про любовь, предательство и султана, который потерял память и стал продавцом шаурмы. Премьера через пять минут.

Глаза бабы Вали расширились. Нимб из спиц погас, а карты на стене свернулись в трубочки.— Султан? Шаурма? А он красивый?

— Как бог, — соврал Асмодей. — И там такая драма... Свекровь против невестки.

Магическая аура в комнате начала рассеиваться. Левитация отключилась. Ильинич проснулся.— Девочки! — скомандовала баба Валя. — Сворачиваем штаб! Захват мира переносится на рекламную паузу! Петровна, включай «Россию-1», или где там эти турки?!

Орден Святого Тапка распался за секунды. Стол был очищен от пентаграмм, на его место водрузили чайник и вазочку с сушками.

Мы с Асмодеем тихонько выскользнули из квартиры.Уже на лестнице я услышала голос бабы Вали:— Ну, ирод! Смотри, как смотрит! Прямо в душу! Точно султан!

Асмодей вытер пот со лба.— Это было близко. Я чуть не потерял планету.

— Ты гений, — признала я. — Но что мы будем делать, когда сериал закончится?

— У меня есть связи в Голливуде, — подмигнул демон. — Мы продлим его на второй сезон, возможно на третий. Пока она будет смотреть, мир в безопасности.

Мы вошли в нашу квартиру.Шрёдингер, который успел дезертировать из ордена, уже сидел у своей миски.— Я все равно считаю, что министр кильки — это была моя карьерная вершина, — буркнул он. — Вы разрушили мои политические амбиции.

— Ешь, политик, — я насыпала ему корма.

Асмодей подошел к окну. Голуби на карнизе уже не маршировали. Они снова дрались и гадили. Хаос вернулся.— Знаешь, Марго, — задумчиво сказал владыка. — Я понял, почему я боюсь русских бабушек. У них нет страха смерти. Они смотрят в бездну и спрашивают: «А ты шапку надела, бездна?»

— И предлагают бездне огурчики с пирожками, — добавила я.

Внизу, в квартире бабы Вали, заиграла восточная музыка из заставки сериала. Мир был спасен.Надолго ли? С нашими соседями — не уверена.