Следующие несколько дней прошли в тягучем, нервном молчании. Для Леры. Для Дамира это было скорее увлекательное антропологическое исследование, помноженное на острое желание поскорее отвязаться от этой упрямой смертной.
После золотой феерии Дамир на время притих. Он следовал за Лерой, преимущественно оставаясь невидимым, наблюдал за ее работой (где она, к его глубочайшему разочарованию, снова превратилась в скучного бухгалтера, а не в огненную валькирию, орущую про НДС), за ее унылыми вечерами с сериалами и чаем.
«Это невозможно, — думал Ифрит, паря под потолком офиса, пока Лера сводила ежемесячный баланс. — Она не хочет ничего, совсем. Ни власти, ни богатства, ни наслаждений. Ее желания — это оплаченная ипотека и отсутствие проблем. Это... это вызов!».
Лера же пыталась понять, как ей жить дальше. В ее квартире теперь постоянно присутствовал древний, могущественный и совершенно неадекватный джинн. Ей нужно было систематизировать хаос, а системным подходом Лера владела лучше, чем своей личной жизнью.
Вечером четверга, вернувшись с работы, Лера обнаружила Дамира в своей гостиной. Он сидел на диване, невидимый для внешнего мира, но прекрасно видимый для нее, и смотрел в телевизор. На экране шел какой-то глупый фантастический фильм про пришельцев. Дамир выглядел абсолютно потерянным.
— Ты хотя бы понимаешь, что там происходит? — устало спросила Лера, бросая сумку на пол.
— Эти смертные существа, — Дамир повернул к ней свое прекрасное лицо. — Они прилетели с другой планеты, чтобы разрушить мир. Но другие смертные, с помощью магических артефактов, победят их, разрушив их летающие крепости.
Лера вздохнула.— Нет, Дамир. Они прилетели, чтобы разрушить планету Земля, но герои, с помощью компьютерной графики, победят их, разрушив их летающие тарелки. Это фильм.
Ифрит нахмурился.— Зачем они создают такой фильм? Разве не логичнее было бы предотвратить разрушение на деле?
Лера пожала плечами.— Ради денег.
Дамир фыркнул.— Деньги. Этот ваш мир слишком помешан на деньгах. Я мог бы дать им истинную власть, а они продают иллюзии.
— Короче, — Лера подошла к своему рабочему столу. — С меня хватит, мы так жить больше не можем. У меня тут не восточный базар и не шатер бедуина.
Она достала принтер, ноутбук и пачку бумаги. Дамир с интересом наблюдал, как она быстро печатает.
— Что это? — спросил он, когда она, распечатав несколько листов, начала подписывать их. — Магический свиток, призывающий духов порядка?
— Нет, Дамир, — Лера протянула ему лист. — Это «Договор о временном сожительстве и правилах проживания в квартире по адресу…» и так далее. Прочти.
Ифрит взял лист. Он умел читать все языки мира, хоть и со своеобразным акцентом. Его глаза пробежались по тексту.
Договор о временном сожительстве и правилах проживания в квартире №23 по адресу: ул. Ленина, д. 15, г. Москва.
Стороны:1. Скворцова Валерия Сергеевна, именуемая в дальнейшем «Собственник» или «Лера».2. Дамир, ифрит пламени и пепла, именуемый в дальнейшем «ифрит» или «Дамир».
ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА:Ифрит обязуется временно проживать на территории собственника до нахождения законного способа расторжения магического контракта.
ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН:
2.1. Ифрит обязан:Немедленно прекратить попытки даровать собственнику любые материальные блага (золото, драгоценности, дворцы и т.д.) без предварительного согласования с собственником и его финансовыми консультантами.Строго соблюдать режим невидимости вне квартиры собственника, а также при появлении в квартире третьих лиц (соседей, почтальона, представителей ЖКХ).Не использовать магию для создания хаоса, разрушений, превращения живых существ в любых животных, изменения погодных условий, нарушения законов физики (кроме своего собственного существования) и любых других действий, способных повлечь за собой административную или уголовную ответственность собственника.Осуществлять еженедельную уборку помещения согласно графику (Приложение 1).В период с 07:00 до 08:00 и с 19:00 до 20:00 (часы пик) не занимать ванную комнату дольше 15 минут.Не трогать газовую плиту без прямого указания собственника.Не пользоваться интернетом без оплаты собственнику тарифа.Не приводить в квартиру посторонних лиц, сущностей, демонов, элементалей и т.д.В случае возникновения любых вопросов или предложений обращаться к собственнику в письменной форме.
2.2. Собственник обязан:Предоставить ифриту временное место проживания на диване в гостиной.Обеспечить ифрита необходимыми предметами быта (полотенце, постельное белье, доступ к санитарным удобствам).Предоставить ифриту информацию о правилах и нормах современного человеческого общества.
2.3. Ифрит имеет право:На питание за счет собственника (в пределах разумного бюджета собственника).На доступ к горячей воде (согласно графику ЖКХ).На просмотр телепередач (без оплаты платных подписок).
2.4. Запрещается:Превращение собственника в животное.Угрозы физической расправы, магического воздействия, сглаза, порчи.Воровство еды из холодильника.Любые романтические или сексуальные посягательства до момента выполнения условий данного договора и осознанного согласия обеих сторон.
Ифрит дочитал до конца. В его глазах медленно разгоралось пламя.
— Что это за безумие?! — прорычал он, и бумага задымилась у него в руках. — Уборка? График ванной? Журнал обращений?! Я — ДАМИР, ИФРИТ ПЛАМЕНИ! Владыка южных ветров! Мне не нужна твоя «горячая вода» по графику! Я сам способен испарить океан!
— Вот и испаряй его у себя на родине, — парировала Лера. — А тут ты будешь соблюдать правила общежития. Или я загадаю желание: «Хочу, чтобы этот джинн исчез навсегда». И поверь, я это сделаю, если ты будешь так себя вести.
Дамир осекся. Ее угроза была абсолютно серьезной. Магия привязки не различала желаний. Свобода была его главной целью, а эта маленькая ведьма держала ее в своих руках.
— И что это за... «романтические посягательства»? — подозрительно спросил он, покосившись на соответствующий пункт. — Я что, собирался...
— Лучше перебдеть, чем недобдеть, — буркнула Лера, садясь за стол и открывая ноутбук. — Просто подпиши. Если ты не подпишешь, я просто не загадаю желаний. Никогда. Будешь сидеть у меня на диване до второго пришествия пророка.
Ифрит свирепо смотрел на нее, но выбора у него не было. Он схватил ручку. Обычная шариковая ручка в его руке казалась игрушечной. Скрежет пера по бумаге прозвучал, как громовой раскат. Дамир поставил витиеватую подпись, похожую на роспись султана, где было написано что-то вроде «Дамир, Ифрит ибн Яхрид, Сын Огня, проклинаю этот договор и все его пункты, но вынужден подчиниться».
— И еще кое-что, — сказала Лера, забирая документ. — Тебе нужно что-то носить. Я не могу объяснить бабе Нюре, почему у меня по квартире бегает полуголый мужик с татуировками.
Дамир вспыхнул.— Я — дух! Мне не нужна ваша бренная одежда! Я могу накинуть на себя иллюзию!
— Нет, — отрезала Лера. — Иллюзия пропадает, когда ты теряешь контроль, а ты его теряешь регулярно. Нужна нормальная, человеческая одежда. Чтоб не выделяться.
— Не выделяться... — Дамир хмыкнул, и в его глазах вспыхнул озорной огонек. — Я понял.
Он хлопнул в ладоши, и вокруг него вспыхнули зеленые искры. Когда дым рассеялся, Дамир стоял в полном современном обмундировании.
Но «не выделяться» явно не было его сильной стороной.
На нем был идеально скроенный, угольно-черный костюм-тройка из дорогой ткани, который сидел на его мускулистом теле так, словно его шил для него личный портной из парижского дома моды. Белоснежная рубашка с расстегнутыми на груди двумя верхними пуговицами открывала загорелую кожу и тонкую золотую цепочку. На запястье блестели массивные стальные часы. Идеально начищенные кожаные туфли, острый взгляд, легкая небритость, которая только подчеркивала его хищные черты. Он выглядел как модель из журнала GQ, которая только что сошла с подиума и каким-то чудом оказалась в маленькой хрущевке.
— Ну как? — Дамир самодовольно изогнул бровь. — Достойно?
Лера открыла рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрыла. Ее глаза проехались по его фигуре, задержались на открытой груди, скользнули по бедрам, обтянутым тканью, и вернулись к его лицу. От него пахло дорогим парфюмом и чем-то, что Лера могла бы назвать «абсолютной мужской силой». Ей стало неловко.
— Нормально, — выдавила она, чувствуя, как некстати краснеют щеки. — Пойдет. Только не ходи в таком виде в магазин, а то бабки на скамейке в обморок попадают.
— А как же мне выходить из квартиры? — ехидно поинтересовался Дамир. — Ты же сама сказала, что соседка бдительная.
— Забудь, — Лера махнула рукой. — Пока будешь сидеть дома, а когда понадобится — накинешь иллюзию. Но только вне квартиры и только если очень нужно.
Жизнь по «Договору о временном сожительстве» оказалась... странной.
Дамир не сразу привык к бытовым обязанностям. Его «уборка по графику» сначала выглядела как стихийное бедствие. Однажды Лера пришла домой и обнаружила, что весь мусор из ведра в мгновение ока превратился в горстку пепла. С посудой было еще веселее. Дамир, не желая касаться «мерзкой грязи», просто испепелял остатки еды на тарелках, прожигая в них дыры.
Лера провела с ним долгую воспитательную беседу, показывая, как пользоваться губкой и средством для мытья посуды. Дамир выполнял все ее указания с видом глубокого оскорбления, но делал. Сначала он ворчал, что его величество занимается «работой прислуги», но вскоре обнаружил, что ему нравится наблюдать, как посуда становится чистой.
График пользования ванной он проигнорировал ровно один раз. Лера вломилась туда, когда он уже полчаса медитировал под душем, окутав себя паром и сделав в ванной тропический лес из водяных лилий. Ее крик заставил его моментально убрать магию.
Но самое интересное произошло на следующий день после того, как Дамир «обновил гардероб».
Лера сидела на кухне, пила свой утренний кофе и смотрела в окно. Под ее окнами, у подъезда, стояли две соседки: баба Нюра и тетя Зина. Они активно жестикулировали, указывая на ее окна, а баба Нюра даже достала бинокль.
Лера нахмурилась.
— Что это они там делают? — пробормотала она.
Дамир материализовался рядом, тоже заглянув в окно. Он выглядел потрясающе даже в своем повседневном домашнем шелковом халате.
— Они обсуждают, кто живет у тебя в квартире, — спокойно произнес он. — Сначала они думали, что это твой брат, но потом решили, что слишком красив для брата. Теперь они считают, что ты завела себе любовника, и очень, очень состоятельного.
Лера поперхнулась кофе.— Откуда ты знаешь?
— Я слышу их мысли, — просто ответил Дамир. — И видишь, как они на меня смотрят, когда я прохожу мимо окна.
Лера посмотрела на него. Вчерашний костюм, сегодняшний халат... Каждое движение этого древнего духа было грацией, каждая черточка лица — совершенством. Лера всё поняла, она просила его не выделяться, но в его понимании это означало быть «лучшей версией» человека. И этот «лучшая версия» ломал все шаблоны обычной хрущевки.
— Ты, — Лера устало посмотрела на него. — Ты даже не представляешь, сколько проблем ты мне создашь одним своим внешним видом. Баба Нюра теперь будет дежурить под окнами двадцать четыре на семь.
Дамир усмехнулся. Впервые Лера видела в нем нечто, похожее на искреннюю, незлобную улыбку.
— Возможно, — сказал он. — Но это не магия, это природа. Разве твои правила не запрещают мне быть самим собой?
Лера не нашлась что ответить. Он ведь не использовал магию. Он просто... был и этого было достаточно.
Битва за ее адекватную жизнь только начиналась, и у Дамира в рукаве, похоже, были не только файерболы, но и кое-что посерьезнее: его собственное дьявольское обаяние. Против этого бухгалтерия оказалась бессильна.