Я родился за мусорным контейнером в пригороде Генуи. Было пасмурно, но из-за облаков проглядывало солнце. Вторник. В самых недрах планеты, на которой находится Генуя, температура, условно говоря, не падала. Всего нас родилось где-то шестеро. Пахло солью и влажной землей. Мама куда-то ушла. У меня все болело. Папы рядом не было. Я ничего не понимал. Мама принадлежала к аристократическому роду. Я ничего не умел. А у папы в родословной – сплошь дворняги. Все ясно. Их объединяли не только дети, но и особая музыкальность натуры: ей все было по барабану, а ему – по какому-то другому инструменту, уже не вспомню по какому, но, уверен, тоже очень выразительному. На все сто. Уверен на все сто, потому что и меня тянет на такие композиции почти так же сильно. Было холодно. Я голодал несколько дней на свалке в пригороде. А потом, помнится, куда-то ехал. Я помню момент, когда осознал, что у меня есть сердце, и сразу же понял, что весь мир у моих ног.