…И вот тогда-то со мной это и случилось… Не сразу – постепенно, день за днем… Доверие – это было всегда моей проблемой… Еще с детства я был подозрителен и крайне мнителен ко всем людям… это у меня от отца… Подозрительность?.. А может быть, профессиональный инстинкт защиты собственных вложений – я ведь за полгода вложил в нее немалые средства, а все мои приятели и друзья открыто флиртовали с нею, и это, конечно, – как любой женщине – не могло ей не быть приятно… Я чувствовал, как запах, их зависть к моему новому приобретению… а это опасный аромат! Этот сладкий и щекочущий тщеславие зуд может закончиться неожиданным взрывом, пропастью и даже войной… Но и бояться этого – запереть ее в доме – глупо и недостойно сильного и успешного мужчины… Да и к тому же Полечку дома вот так вот не засадишь – с ней надо договариваться по-хорошему… Но как признаться ей в своих опасениях… абсолютно невозможно и постыдно… И я держал до поры свои тревоги в себе и ничего не показывал ей…

…Как-то за ужином… в большой компании я случайно уронил салфетку и, наклонившись, чтобы поднять ее, вдруг увидел, что под столом один из моих друзей поставил свою ногу совсем близко от ее ноги… и даже, прикоснувшись к ее колену своим, двигает ногу все дальше и глубже… внутрь… ее слегка расставленных ног… От неожиданности увиденного я дернулся и больно ударился макушкой о край стола… Раздался смех – она сочувственно погладила меня по голове… Как прошел ужин… я уже не помню: голова горела – то ли от ушиба, то ли от увиденного мною… Мне постоянно хотелось заглянуть под стол и убедиться, правда ли то, что я видел… или мне все это просто почудилось… Я еле сдержался – и то за счет того, что, наклонившись к этому своему другу, я как бы стал рассказывать ему на ухо какую-то сальную чушь – а сам между тем… незаметно для него и окружающих… плюнул ему в тарелку со щами…

…После ужина, дома, я аккуратно стал спрашивать ее мнение о моих друзьях… так – впечатления… и более подробно об этом моем друге, чье колено я видел у нее между ног под столом… Она сначала отвечала мне доброжелательно и просто… но вдруг отчего-то нахмурилась – легкая тень удивления и недовольства промелькнула у нее на лице… я поспешил закончить этот разговор и перевел тему… Но именно с тех пор мое недоверие к ней… неопределенность увиденного стала расти в моей душе. …Повсюду, где бы мы ни находились, мне постоянно мерещилось, что кто-то из знакомых то как бы случайно локтем коснется ее груди… то уже она сама в дружеской беседе как бы ненароком приобнимет кого-нибудь за талию… или – о ужас! – даже ниже талии!.. Я молчал и ничего не говорил ей… однако внутренне страшно терзался!.. Вместе с тем я стал необдуманно, неразумно прямо-таки сорить деньгами, окружая ее роскошью… Иногда мне хотелось закричать в голос, ударить наотмашь наглого вора и претендента на мою Полечку, незаметно подсунуть ему в карман свой бумажник – а потом публично обвинить в воровстве… Но, конечно, я сдерживался и молчал… Я видел, что она – не только в моих глазах, но и в глазах всех окружавших нас мужчин – безмерная, неотразимая красавица и все они страстно желают и вожделеют ее! Я сделался мрачным и стал хуже спать… Вокруг нее постоянно крутились какие-то бесконечные роскошные молодые люди и солидные бизнесмены… некоторые, по их мнению, уж конечно, и выше меня, и гораздо более значительны с точки зрения бизнеса… Но это было только начало… Заезжая к ней домой и улучив минуту, когда она была в ванной… я для отвода глаз громко напевал какую-нибудь песенку, а сам судорожно обыскивал ее ящики и шкафы, рылся в записных книжках, телефонах и ноутбуках, пытаясь найти хоть какие-нибудь улики, подтверждающие мои подозрения в неверности и лжи… Я тайно – о, чего мне это стоило! – установил прослушку на ее телефон и даже приставил к ней двух агентов, по очереди следящих за нею, когда меня не было рядом… Потом отказался от них вовсе, так как мне показалось, что один из них о чем-то с ней говорил на улице… Вот до чего дошло: я слежу за агентом, который следит за ней!.. Ни прослушка, ни слежка не дали абсолютно никаких результатов – так, неопределенность и туман: кто-то… где-то… но что именно и конкретно – непонятно, либо она дьявольски изворотлива – либо и вправду ничего нет… Весь ужас моего положения заключался в том, что я подозревал уже не просто своих и ее знакомых, но и любого постороннего амбициозного мужчину… Моя самооценка стремительно падала вниз – в работе возникли трудности… трудности, даже уже похожие на проблемы… Я поехал к отцу и все рассказал ему – просил дать совет, – отец рассердился и сказал, чтоб я не дурил… С тем я от него и уехал – еще более потерянный и расстроенный… Меня возмущала и доводила до бешенства одна только мысль о ее лжи и неверности… Я не ревновал – глупости, – мне казалось, я смог бы спокойно смотреть, как она занимается любовью с другим – с моего разрешения… но неизвестность… Возможность того, что меня водят за нос и обманывают, доводила меня до сумасшествия… Я не жадный – мне не жаль вложенных в нее средств… (если б она объявила мне, что у нее есть другой, я бы и не подумал ничего забирать – просто оставил бы ее, постаравшись публично опозорить, – так уже было с Оксанкой)… но я не могу рисковать и вкладывать деньги в неизвестность, нестабильность и неопределенность… Я должен понимать абсолютно четко, что принесут мне мои вложения – иначе жизнь превращается в хаос и становится бессмысленной… Риск недопустим… И я рискую не только деньгами, но и, что важнее, деловой репутацией!.. Но в данном, моем случае с Полей – рисковать стоило… И я продолжал рисковать – и это оскорбляло мой интеллект!..

Полечка часто говорила мне, что я ее забавляю… и даже смешу… Хм… Чем же?.. Вот я сижу сейчас в шкафу и невольно слушаю разговоры наших гостей и обо мне, и о Полечке… Говорят, что я космически амбициозен… Сплетни и зависть!..