Глава 10.1

Ксавьер Моро

Уходя вместе со стражей, последнее, что я успел увидеть — это злой взгляд Франчески, которая была явно недовольна таким поступком короля, и встревоженный Лилит, которая вышла из столовой с Софией на руках, услышав шум.

Не буду скрывать, тревога в ее глазах в отношении меня, оказалась приятной и теплом разлилась в груди. Но очень быстро разбилась об возможные последствия моей ночной выходки.

Я, конечно, обещал Насте поговорить с Лилит сегодня, но еще не придумал, как это сделать так, чтобы остаться после этого в живых. Поэтому неожиданный визит к королю был очень кстати, как способ отсрочки неизбежной казни.

“Когда я уже научусь сначала думать, а потом делать?” — горько рассуждал я про себя, подъезжая к королевскому дворцу.

Наверное, действительно, проще было просто поговорить с Лилит, объясниться, сказать, что я более, чем хотел бы создать с ней семью и вместе воспитывать нашу дочь.

Но, как говорит Настя:“Мы легких путей не ищем — мы их просто не видим!” . Поэтому пометив себе в голове галочкой, что обязательно обсужу это на следующей сессии, а после сегодняшней ночной выходки, я был уверен, что мне назначат целый курс принудительной психотерапии, я вышел из повозки и, сопровождаемый стражей, отправился на аудиенцию к королю.

— Ксавьер, обращаясь к тебе, — начал Теодор, едва я переступил порог его кабинета. — Я надеялся на высококвалифицированный профессионализм. А в итоге получил что?

— Что? — уточнил я, пытаясь выиграть себе время и придумать что-то, чтобы не выдавать Лилит королю сразу.

— Целый дворец бывших и косо смотрящую на меня супругу! — недовольно проворчал король. — А то, о чем я тебя просил, я так и не получил.

— Это не совсем так, — возразил я.

Теодор выжидательно поднял на меня седую бровь и в этом мимическом жесте, я узнал ее — Лилит. И у меня не осталось даже и капли сомнения в том, что она дочь Брэйва.

— Я выяснил, кто автор шантажа, — решил выдавать я информацию по частям.

— Я должен сам отгадать? — Теодор терял свою армейскую выдержку и сильнее раздражался.

— Господин король, вы когда-нибудь сталкивались с Орденом Эмоционального Сопротивления? — спросил я, посчитав, что выведать и у самого Брэйва немного информации будет не лишним.

— Почему ты спрашиваешь? — ответил вопросом на вопрос Теодор, а в глазах его возник неподдельный испуг. — Это были они? Эти дрышевы дети?

— Что вам известно о них? — сделав максимально серьезное лицо, задал вопрос я.

— Что они фанатики, которые отрицают эмоции, как таковые, и считают, что они только вредят этому миру, — устало опускаясь в кресло, сказал король. — Образовался Орден еще при Вилмаре Третьем. Почти сразу после того, как тот уничтожил ведьм. Они испугались, что без ведьм этот мир погрязнет в эмоциональном хаосе и решили, что должны взять ситуацию в свои руки.

— Прежнего короля они тоже шантажировали? — уточнил я.

— Пытались, — едва кивнув головой, подтвердил мои мысли Теодор. — Но Вилмар быстренько пресек все их поползновения тем, что выследил и перебил большую часть.

— А когда вы столкнулись с ними впервые в качестве короля? — я решил и дальше продолжать задавать вопросы, чтобы не дать Брэйву вернуться в недовольство.

— Да, почти сразу, как вступил в должность, — нервно дернув плечами, сказал он. — Мне стали приходить анонимные письма с предложениями пересмотреть всю систему правления и запретить людям на законодательном уровне пользоваться эмоциями. А ты сам понимаешь, что для магов, у которых вся магия завязана на эмоциях — это равносильно смерти.

— Конечно, понимаю, — участливо покивал головой я, а про себя подумал, что это обязательно нужно обсудить с Горнелом, Дэмианом и Настей, как главами других рас.

— Поэтому все эти анонимные письма, — продолжил Теодор. — Я благополучно сжег. И поручил отыскать автора, но все мои бойцы вернулись ни с чем. Эти крысы научились хорошо прятаться. Они на какое-то время залегли на дно и вот сейчас вновь вылезли на поверхность. Но ты мне зубы не заговаривай! Ты выяснил то, о чем я тебя просил?

— Выяснил, — согласно кивнул я.

— Ксавьер, — сурово глядя на на меня, сквозь зубы процедил король. — В свете последних событий, я не отличаюсь выдержкой и терпением, поэтому прекрати заставлять меня вытягивать из тебя информацию клешнями.

— Вашей репутации больше ничего не угрожает, — как можно благожелательнее произнес я.

— Больше? — удивился Брэйв. — Что значит больше?

Но ответить на его вопрос, чтобы успокоить, я не успел, потому что дверь в кабинет короля распахнулась и на пороге появился очень решительная и очень разгневанная женщина и двое испуганных слуг, которые наивно пытались преградить ей дорогу.

— Да, пропустите вы меня! — раздраженно прорычала она.

А я лишь восхитился ее грацией и тем, как красиво горели праведным гневом ее глаза.

— Ну, здравствуй, папа! — сурово глядя на Теодора, сказала Лилит.