Пока мы пробирались по дворцу, на улице уже стемнело. Не до черноты, но стояли уже густые сумерки, в которые по улице старались не ходить. Тем более не гулять по не очень красивому саду.

Во всяком случае я очень надеялась, что мне сейчас никто не встретится. Потому что у меня был один секрет, который не хотели никому раскрывать. Конечно, в Эделстейне он казался уже не таким страшным. Тем более когда я притворялась принцессой Баи. Но привычка была сильнее меня, тем более я боялась, что этот маленький нюанс способен всё совершенно запутать.

Каждый потомок королевской семьи Баи, если двадцать лет не покидал территорию страны, мог прийти в святилище и получить от матушки-природы волшебный дар. Эту прописную истину знал любой житель нашей родины. Однако правда была в том, что на самом деле это распространялось не только на родственников королевской семьи.

На своё двадцатилетие я тайком пробралась в святилище. Ночью, как сейчас. Просто спустилась, потому что меня словно что-то тянуло. Что-то невероятно шкодливое. Будто свербело у меня в одном месте. И тогда, в полном одиночестве, в месте, куда я и заходить не должна была, я получила свой дар…

Начать я решила с миндаля. В конце концов у бабушки был на него «заказ», да и вид на него из эркера открывался отличный. Подойдя к дереву, которое чуть ли не чахло, я дотронулась до ствола и закрыла глаза.

Мне не потребовалось призывать силу. Повинуясь моему желанию, словно бурный поток, магия потекла по телу, ускользая в дерево. Самым трудным всегда казалось не переусердствовать, поэтому сейчас я прекратила всё довольно резко и, отойдя на пару шагов, с восхищением осмотрела цветущий миндаль.

При свете дня он должен был произвести неизгладимое впечатление, но сейчас мне требовалось привести в приличный вид и остальной сад. Не до такой степени, но хотя бы заставить всё стать повеселее. Задорно-зелёненьким.

Я словно кружилась по дорожкам, легко и невесомо, позволяя магии разлетаться в разные стороны. Легко, всего лишь до первых листиков, до небольшого травяного ворса. Я не видела в этом ничего такого, зато Пухлик с восторгом следил за мной. Не сводя взгляд, восхищённо укая и чуть ли не хлопая в ладоши.

Застряла я тут, конечно, надолго. Если сперва в каких-то окнах горел свет, и дорогу назад можно было разглядеть без особых усилий. То сейчас не осталось ни одного яркого окна, а камни под ногами полностью сливались с травой. Спасала только луна, когда выходила из-за туч, потому что фонари в этой части дворцовых территорий никто не зажигал.

Закончив всё, я чувствовала себя странно. С одной стороны, я всё же устала даже просто озеленяя — цветы по моему велению распустились только на миндальном дереве. С другой — чувствовала странное умиротворение от сделанного.

Обернувшись в последний раз, я с гордостью осмотрела дело сил своих, твёрдо решила, что забегу сюда как проснусь, и спросила у своего питомца:

— Ну что, пора спать?

— У, — подтвердил Драгонит, заворожено глядя на сад.

Кажется, его зрение позволяло ему разглядеть в темноте намного больше. Я очень надеялась, что и дорогу. Словно нехотя он по моей просьбе развернулся и побрёл в сторону входа в наше крыло дворца. Кутаясь в шаль, я шла за ним, пока навстречу нам не вышла мужская фигура…