– Предложение руки и сердца, – повторил Луи, оставшись в одиночестве, и в отчаянии ударил кулаком по матрасу. – Рука и сердце! Госпожа открытым текстом предложила мне статус мужа, а я... Идиот!

Ему вспомнилась свадьба племянника Гали с гаронским принцем Герхардом. Странное, но вместе с тем прекрасное действо.

«Стоящий в центре тронного зала принц протянул Гали руку и с волнением в голосе произнес:

–Я прошу твоей руки, принц Галиан, а взамен приношу в дар свое сердце.

–Я принимаю твой дар, принц Герхард, – ответил проинструктированный Гали, вкладывая свои пальцы в ладонь гаронца. – Взамен я отдаю тебе свою руку и сердце!»

Блондин привел в порядок свою одежду и, сменив белье на кровати, заметался по комнате.

– Не могла она на полном серьезе задать подобный вопрос. Кто захочет заключить брак с такой рухлядью, как я, всего за полгода до критического возраста? Даже инопланетница на это не пойдет, – вполголоса рассуждал он, прислушиваясь к звукам воды, доносившимся из ванной комнаты. – Если госпожа подумывает о втором замужестве, то ей прямая дорога в Лицей. Там за разумные деньги можно приобрести толковых и неизбалованных юношей, чье обучение оплачено государством. Из таких выпускников получаются идеальные мужья: преданные и вечно благодарные хозяйке за высокий статус. Я слишком старый, чтобы мечтать об этом статусе. Крэг удостоился брака в тридцать три, что само по себе фантастично. Мне же такая честь вряд ли светит. Мой удел – управлять лагерем и радоваться редкому вниманию доброй хозяйки. Ни на что большее я уже не гожусь. Нет, госпожа, наверняка, меня проверяла, а когда результат проверки ее не устроил, рассердилась. Теперь мне, наверное, о ласке придется забыть. Хорошо, если в лагерь подбросит, а не завезет в бордель по дороге домой. Знать бы, чем я не угодил. Может, госпожу не устроил секс? Конечно же, дело в этом. Где это видано, чтобы мужчина был сверху? Богиня отвела нам место у ног хозяек. Не след рабу желать ведущей роли в постели с женщиной. Почему же тогда госпожа мурлыкала, как довольная кошка? Мой ответ на ее вопрос был нейтрален, и не мог служить причиной гнева. Или мог? Кнут рассказывал, что на некоторых планетах принято, чтобы мужчины предлагали женщинам заключить брак, а не как у нас. Так вот в чем причина… Госпожа Эйлана – инопланетница, и живет привычными ей понятиями, а я снова забыл об этом. Кретин!

Шум воды стих, и блондин, удостоверившись, что постель заправлена идеально, распростерся на ковре в позе покорности. Ожидая хозяйку из ванной, мужчина надеялся, что отделается пощечинами, но все оказалось гораздо хуже. Госпожа вышла спокойная и собранная как обычно, бесстрастным голосом велела встать и следовать за ней.

Подняв флаер в воздух, Эйлана сделала вираж над космопортом и на огромной скорости помчалась в лагерь, оставив в стороне город. Луи скорчился на полу кабины в самом дальнем от госпожи углу, чтобы даже вздохом не привлекать к себе внимания. Его воображение рисовало кошмарные сцены пыток, по сравнению с которыми расстрел казался самым милосердным вариантом. Не считая пощечин и наказания тростью, мужчина не слышал, чтобы хозяйка с кем-то жестоко обошлась, но все бывает в первый раз. Блондин помнил историю Стэна, проведшего в опале целую неделю, и почти мечтал о таком исходе дела. Луи не понаслышке знал, на что способны оскорбленные и обиженные женщины. Сколько раз его тело расплачивалось за плохое настроение госпожи Элизы. Только запрет госпожи Смитерс на излишнюю жестокость спасал блондина от жесткой «игры» во время пребывания на Гароне. Мысли о Гароне вызвали из памяти неприятную картину.

«Госпожа Элиза в ярости притащила мужа в свой номер после отказа Смитерс поменяться «игрушками» и от души отхлестала плетью, приговаривая между ударами:

–Ты ни на что уже негоден, Луи. На ногах не держишься. Сумки роняешь. Даже инопланетницу соблазнить не способен. Какой в тебе прок, принц Савойя? Вернусь домой, возьму молодого мужа, а тебя сдам в бордель или подарю кому-нибудь. Хотя, кому нужна такая падаль? На корм «котам» и то не купят.

Луи молча сносил порку, стоя на коленях, и радовался своей удаче. Раб понимал, что согласись майор Смитерс на временный обмен, вечером ему потребовалась бы медицинская помощь. Госпожа Фламбо всегда сурово карала мужа после того, как одалживала его подругам и родственницам. Наказывала из чувства собственности. Но в этот раз блондина пороли за то, что с ним не пожелала развлечься другая женщина. Госпожа Смитерс вежливо, но твердо отклонила предложение Элизы. Хотя было ясно, что светловолосый мальвиец произвел на нее сильное впечатление. Отклонила с сожалением, видя и понимая, от чего отказывается. И за отказ поплатился отвергнутый, но довольный этим обстоятельством раб».

Сейчас все вышло иначе. Госпожа Эйлана мягко «поиграла» в него и позволила в постели такое, чего мужчина даже в эротических снах не видел. Хозяйка дала Луи очень много, а он одним необдуманным словом все испортил. Блондин не мог себе представить, какое наказание назначит ему благодетельница, и неизвестность пугала больше объявленного приговора.

– Тони, ты в курсе, что у Рори сегодня день рождения? – ворвался в мысли раба голос Эйланы. – Ты уже испек пирог? Какой ты молодец! Организуй какую-нибудь музыку, хоть Тана с гитарой, и передай Клифу или Пирсу, чтобы взяли подарок из кабинета управляющего. Я вместе с Луи приеду минут через двадцать.

«Значит, до конца дня я, возможно, доживу, – подумал блондин, слушая переговоры хозяйки. – После праздничного обеда госпоже будет не до меня. Рори ждет традиционное «тисканье», которое, если повезет, продлится до вечера. А завтра… Будет завтра».

16:00. 03.08.437. Столовая. Лагерь Смертников

Прилетев в лагерь, Эйлана сразу же направилась в столовую. Полет и примерное поведение Луи улучшили ее настроение. Склонившиеся в приветствии рабы не испугались почти искренне улыбающегося лица хозйки. Впечатление от встречи несколько испортил помятый вид смертников.

– Пирс, почему мальчики выглядят так, словно их били весь вечер и целую ночь? – озадачено осведомилась она мрачного Пирса.

Стоящий за ее спиной Луи решил не лезть под горячую руку и дал шанс высказаться заместителю.

– Тодд не успел обеспечить лекарством всех, – доложил изумрудный атлет, потупившись.

– Сколько же вы вчера выпили, чтобы дойти до такого состояния? – поинтересовалась хозяйка, приподнимая за волосы голову ближайшего смертника, оказавшегося Чарли.– Мне, например, потребуется пара бутылок вина или бутылка самогона.

Соломенный блондин посмотрел на нее мутными глазами и пробормотал:

– «Простите, госпожа».

– Двадцать бутылок, госпожа, – сообщил повар, выглянув из-за стойки. Его бодрая пышущая здоровьем фигура резко контрастировала с унылыми бойцами. – Из них восемь – виски.

– Двадцать бутылок, – холодно повторила Эйлана. Ее улыбка превратилась в оскал хищника. – Вчера я велела поставить на стол двенадцать бутылок игристого вина. Двенадцать, мои хорошие. И не выпила ни глотка алкоголя. Все вам досталось. Откуда вообще взялось виски?

В столовой повисло тягостное молчание. Низко опустив головы, мальвийцы старательно изучали пол. Хозяйка вопросительно посмотрела на Луи. Управляющий бухнулся наземь и присоединился к созерцанию напольной плитки.

– Молчите? Что ж, значит, за пьянство и кражу виски накажу всех. Антонио, сдай ключи от погреба, – ледяным тоном произнесла Эйлана. В ее ладонь легла связка ключей. – Мой жизненный опыт убедил меня, что мужчины дурят и напиваются исключительно от безделья, которое прекрасно лечится дополнительными тренировками. Рик и Джонни: через час после обеда устройте забег километров на десять с последующим прохождением полосы препятствий. Отныне я поднимаю нормативы для кандидатов в телохранители в полтора раза. Каждое утро должно начинаться с пятнадцатикилометровой пробежки. Зачеты назначаю на конец этой недели. Всех проваливших сессию лично расстреляю на месте. Вопросы, возражения или замечания есть?

– Нет, госпожа, – нестройным хором отозвались смертники.

– Вот и договорились. С делами покончено, можно перейти к приятным вещам, – резюмировала она и сквозь строй унижающихся мужчин прошла к накрытому столу. Оказавшийся рядом Клиф незаметно вложил в хозяйкину ладонь подарок. – Подойди ко мне, Рори.

Рыжик смиренно подполз к ее ногам, не желая провоцировать гнев и без того сердитой хозяйки.

– Встань, мой хороший. В день рождения мужчина получает подарки и небольшие поблажки, – ласково молвила Эйлана.

Раб поднялся, робко принял из ее рук коробочку с мультитулом, и, молодая женщина, наконец, рассмотрела это рыжее чудо.

Не считая смуглой кожи и длинных алых волос, Рори ничем не выделялся на фоне остальных смертников. Такой же рослый и плечистый наложник, с привлекательным овальным лицом и немного раскосыми ореховыми глазами. Скулы – высокие мальвийские, нос – прямой, губы – «лук амура», ничего примечательного, очередной смазливый красавчик.

«Не конкурент Клифу, а тем более Луи, – решила для себя она, гладя замершего рыжика по щеке, и усмехнулась. – Посмотрим, как он отработает свой аванс».

– Поздравляю тебя, мой огненный мальчик. Тебе сегодня исполнилось тридцать пять лет. Это хороший возраст, что задуматься о будущем и переосмыслить свою жизнь. А чтобы тебе было веселее размышлять, я дарю тебе этот маленький подарок и обещанные три месяца жизни.

Усадив ошарашенного таким поздравлением Рори во главе стола, хозяйка объявила начало праздника.

16:20. 03.08.437. Лагерь Смертников

– Откуда вообще взялось виски? – спросила хозяйка, и ее улыбка превратилась в оскал хищника. Губы продолжали улыбаться, но глаза уже светились холодной яростью.

Луи бухнулся на колени, лихорадочно вспоминая, кто принес виски, и зачем его купили в лагерь. Остальные смертники пребывали в таком же замешательстве: в пьянке участвовали все, а что именно пили, они напрочь не помнили. При таком раскладе мужчины обрадовались мягкому, как им показалось, наказанию и принялись тепло поздравлять рыжика с днем рождения, в глубине души завидуя его подарку. После обеда хозяйка увела именинника на второй этаж.

Спустя час из кабинета госпожи вышел, пошатываясь, Рори с затуманенным взглядом. Его тут же втянули в кабинет управляющего и прислонили к стене.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Луи, растирая мечтательному рыжику мочки ушей. – Что с тобой сделали: «поиграли» или поимели?

– Не знаю, как это называется, но на «игру» это совсем не походило, и на трах тоже, я бы запомнил, – с мурлыкающими нотками проговорил он, не сползая по обоям, только благодаря поддержке блондина. – Госпожа не использовала инструменты, только смазку и голые ручки. Очень ласковые ручки. А еще она меня поцеловала в губы, как девушку. Больше я ничего не помню, но было восхитительно.

Управляющий пристроил счастливого именинника на диване и влил в него стакан воды с растворенной таблеткой успокоительного. Луи по себе знал, как действуют на мужчин поцелуи, и всегда держал наготове аптечку.

Хлопнула дверь. На экране планшета, передающего видео с камеры в коридоре, блондин увидел, как госпожа быстрым шагом направилась к лестнице. Несколько минут спустя за окном пронесся флаер, резко уйдя вверх. Луи прикрыл свернувшуюся в клубочек «жертву ласки» пледом и присел за рабочий стол подумать о будущем. По всему выходило, что пытать, а тем более убивать его не собирались, но и видеть не желали. Как вести себя в подобной ситуации управляющий не придумал и, на всякий случай, связался с Крэгом. Тот велел ничего не предпринимать, пока он не разведает обстановку. Положившись на брюнета, Луи вернулся к текущим делам.

18:30. 03.08.437. Спальня Эйланы. Усадьба Логово

Припарковав флаер в сарайчике, переделанном под ангар, Эйлана вошла в дом через дверь черного хода, взяла вышедшего из столовой мужа под локоток и увела в спальню. Забравшись верхом на севшего в кресло Крэга, молодая женщина уткнулась лицом в его плечо. Супруг нежно обнял ее и тихо спросил на ушко:

– Что-то расстроило госпожу? Я могу как-то развеять вашу грусть?

– Это мы сейчас выясним, – она подняла голову, требовательно заглянула в любимые глаза и задала тот же вопрос, что и Луи пару часов назад. – Милый, не будь мы женаты, ты сделал бы мне предложение руки и сердца во время поездки на Гарон?

– Нет, госпожа, – честно ответил Крэг, виновато улыбаясь. – У меня не хватило бы отваги. Я не осмелился на такой шаг даже здесь, что уж говорить о Гароне. Все, на что я решился, это выставить Стэна из вашей спальни и дать объяснение своему замечанию о детях.

– Я помню нашу свадьбу, милый, и твое поведение на Гароне тоже, – ответ мужа Эйлану почему-то не обидел, наоборот привел в благодушное настроение. – Значит, даже такой избалованный и наглый мужчина, как ты, любовь моя, не в состоянии предложить девушке выйти за него замуж?

– Да, госпожа, – подтвердил черничный брюнет, щекоча горячим дыханием ее шею. – Мы с детства усваиваем, что право инициировать заключение брака принадлежит исключительно женщине. Раб может только надеяться, что госпожа, которая возьмет его в мужья, окажется доброй. О молодой и красивой хозяйке никто и мечтать не смеет. Любая жена будет любима и окружена заботой, так как от этого зависит благополучие мужа.

– Объясни, тогда, моя прелесть, почему Луи, воспитанный при дворе «принц», на этот вопрос ответил «Не знаю, госпожа»? – требовательно заглянула в глаза мужа Эйлана.

Крэг и рта не успел открыть, как в комнату влетела раскрасневшаяся Софи.

– Мама, мне сказали, что ты уже приехала, – выпалила она, не замечая пикантности ситуации.

Ликс и Вилли низко хозяйке поклонились и остались по ту сторону порога. Они-то хорошо все рассмотрели и благоразумно предпочли не входить без дозволения.

– Я-то вернулась, а ты, похоже, все еще пребываешь в воздушном замке, – язвительно заметила Эйлана, спуская ноги на пол. – Других причин вламываться в мою спальню без стука я не нахожу.

– Мама, я… – обескуражено пролепетала девушка, невольно пятясь ко входу.

– Милая, я стучу в твою дверь, с тех пор как тебе исполнилось семь, и Рома учила такому же поведению. А ты, я смотрю, не считаешь это обязательным, – припечатала мать, наступая на Софи. – Тебе не приходило в голову, что у меня может быть своя личная жизнь, или, по-твоему, я слишком старая, чтобы целоваться с мужем?

– Прости, мам, я не подумала, что… – Софи запнулась о складку ковра и, ухватившись за изножье кровати, случайно сбросила на пол шелковый халатик. Это стало последней каплей в череде мелких неприятностей. Крэг быстро поднял его, отряхнул и положил на пуфик. Но не достаточно быстро, чтобы сгладить недоразумение, и, разумеется, попал под раздачу.

– Лапочка, ты тоже считаешь, что я слишком старая? Может, поэтому в усадьбе никто не поздравил меня с днем рождения? Никто даже не подумал, что он у меня есть. Как ты мне говорил в свое время «после тридцати двух мальвийцы считаются старыми, а в тридцать пять нас усыпляют»? Мне уже тридцать семь, наверное, пора меня усыплять, ты не находишь?– прошипела Эйлана, направляясь к дверям.

Юноши при ее приближении прыснули в стороны.

– Нет, мой ангел, – ответил Крэг, спокойно встречая ее обиженный взгляд. Хотя в душе содрогнулся от укола совести. – Вы – глава Дома Смитерс. Вам отпущено богиней еще много лет жизни.

– Рада это слышать. Значит, у меня еще будет много неотпразднованных годовщин, – не желая окончательно ругаться с любимым, молодая женщина покинула спальню и устремилась в спортзал.

Боксерская «груша» сполна заплатила за нерешительность Луи, бесцеремонность Софи и забывчивость Крэга.

Успокоившись, она связалась с управляющим лагерем:

– Луи, я больше не сержусь. Твой ответ расстроил меня, но я не держу зла. Эксперимент с Крэгом показал, что ни один мальвиец, каким бы наглым и избалованным он не был, не в состоянии предложить девушке стать его женой. Не твоя вина, что мой легкомысленный вопрос оказался таким сложным. Приношу извинения за горячность и вспыльчивость. Увидимся.

Не дав «принцу» и слова сказать в ответ, Эйлана оборвала связь и открыла дверь в коридор.

19:30. 03.08.437. Гаремный зал. Усадьба Логово

– Что это с мамой? – удивилась Софи, входя за Крэгом в гаремный зал.– Куда это она умчалась? Никогда не видела ее такой злой.

Вилли и Ликс потянулись за ними.

– В спортзал, – ответил отчим, садясь в кресло.

Девушка заняла диван напротив. Юноши предпочли остаться стоять. Наглость старшины гарема, посмевшего сесть в присутствии госпожи, поразила шкетов, но они решили, что это не их забота.

– Ваша мама нечасто сердится, но если кому-то удается вывести ее из равновесия, гнев обычно страшен. Чтобы никому не навредить в такие минуты, мой ангел запирается в спортзале и спускает злость, избивая боксерскую грушу. Думаю, мою жену разозлил ваш визит без стука. Она очень трепетно относится к своему уединению. Никому в доме не позволено входить в ее спальню без разрешения, – поделился Крэг опытом жизни в хозяйкой.

– А как же ты? – уточнила наследница, откидываясь на спинку дивана. – Я видела, как ты свободно заходишь к ней с ребенком на руках.

– У меня постоянное разрешение, – сказал отчим и строго посмотрел на юношей. – А кто дал вам право гулять по половине этажа госпожи?

Ликс и Вилли виновато потупились.

– Это я им разрешила, – вступилась за своих кавалеров девушка. – Мы собирались на прогулку, когда я вспомнила, что не уточнила, можно ли мне съездить на озеро.

20:00. 03.08.437. Спальня Эйланы. Усадьба Логово

Выйдя из спортзала, Эйлана пересекла гаремный зал, схватила сидящего в кресле напротив Софи мужа за руку и решительно направилась на свою половину этажа. Крэг покорно последовал за любимой.

– Мама, можно мне с мальчиками на озеро? – окликнула мать Софи и сжалась под суровым взглядом. – Из-за этого вопроса я и приходила в твою спальню.

– Нет. Тебе запрещено удаляться от дома больше чем на сто метров, – сухо отрезала Эйлана, сжимая ладонь любимого. – А если еще раз нарушишь мое уединение, запру в комнате до конца месяца. Еще вопросы?

Сникшая девушка печально покачала головой.

Утащив мужа в «свое логово», молодая женщина игриво толкнула его на кровать.

– Любимый, ты можешь прямо сейчас сделать мне предложение руки и сердца? – потребовала ответа хозяйка, оседлав опрокинутого на постель Крэга. – Или это настолько для тебя сложная задача, что не стоит больше экспериментировать на эту тему?

– Госпожа окажет мне честь, подарив статус мужа? – осторожно произнес драгоценный супруг, хитро глядя на возлюбленную из-под полуприкрытых век.

– Ты – моя прелесть! – с восторгом ахнула Эйлана и вылила на милого весь запас переполнявшей ее нежности.

«Чего не сделаешь для счастья любимой», – подумал довольный мальвиец, наслаждаясь лаской.