19:30. 05.08.436. Где-то между Мальвавилем и усадьбой Смитерс

Весь путь домой Жерар провел возле хозяйки и, не веря своему счастью, полировал языком ее обувь. Его везли домой, на уютную кухню. Большего повару для счастья не требовалось.

Инопланетник забился в дальний угол салона флаера и размышлял.

Как так получилось, что он, здоровенный мужик, валялся в ногах хрупкой девушки, умоляя забрать его домой. Не просто домой, а в кошмарный подвал, где над ним издевались несколько ночей. Он, кто с легкостью мог всю охрану борделя скрутить в бараний рог, закинуть Смитерс на плечо и бежать из гиблого места. Заложницу потом несложно скинуть где-нибудь в тихом месте. Главное, чтобы флаер до космопорта вызвала. Мечты – мечты. Увы, с Эйланой такие номера не прокатывали. Даже лежа на плече связанная ремнем, она могла устроить такую пакость, что здоровяк очухался бы только в каменоломнях, прикованный цепью к стене и с киркой в руках. Или вновь загремел бы в «ласковые» объятья полицейских дамочек с их психотропными распылителями и унижалками. Вот почему Кнут кротко протирал брюками пол и обещал майору золотые горы за спасение. Кому расскажешь, не поверят. Хотя какой живой душе бывший спецназовец мог рассказать о своих злоключениях на бабской планете? Сослуживцам? Так часть из них давно вышла в отставку, часть погибла в последней битве за Пегас. Близких друзей Кнут за эти два года завести не успел. А с новыми приятелями сам предпочел бы век не знаться. Инопланетник пришел к выводу, что лучший способ залечь на дно – это поладить с майором и отсидеться в ее усадьбе, пока про его художества на забудет галактическая пресса и полиция. Уж «бешеная кошка» Смитерс своих «котят» никогда в обиду не давала. Так порешив, блондин выглянул в окно и обнаружил, что флаер опускается перед знакомым крыльцом.

19:40. 05.08.436. «Игровая». Усадьба Смитерс

Приехав домой, Эйлана сразу же повела возмутителей спокойствия в «Игровую».

– Жерар, раздевайся и ложись, – приказала она, скрываясь в «арсенале». Вскоре хозяйка появилась с корзинкой ударников.

Повар моментально снял одежду и растянулся на скамье для порки, обхватив ее руками. Девушка затянула наручи на его запястьях и хорошенько всыпала деревянными лопатками по ягодицам. Кофейный красавец смиренно принял заслуженное наказание, ни единым звуком не потревожив слух хозяйки. В его системе мира все складывалось удачно.

– А теперь, мой мальчик, ступай на кухню. Готовь пищу для меня, моих мужчин и не забудь про Стэна, – распорядилась девушка, освобождая «жертву жестокости». – Я лично проверю, ел ли он. Если хорошо попросишь, Томми позаботится о твоей тушке.

Повар с трудом сполз с лавки, поблагодарил хозяйку за науку и, пошатываясь, вышел за дверь с одеждой в руках. Эйлана задумчиво проводила его взглядом и обернулась к инопланетнику, меланхолично наблюдавшему за экзекуцией.

– Сегодня, Кнут, ты полностью исчерпал запасы моей доброты. Я крайне недовольна твоим утренним поведением, – строго сказала майор, откладывая орудия наказания на столик.

– Виноват, мэм, – буркнул здоровяк, чувствуя себя новобранцем перед суровым ротным.

– Не будь ты моим бывшим «адским котенком», я оставила бы тебя в борделе и забыла в каком, – поделилась она, вынимая из корзинки плетеную многохвостую плеть.

– Я благодарен вам за доброту, мэм, – отчеканил Кнут, осознавая, что за утренние фортели придется дорого заплатить. Майор не имела привычки спускать серьезные провинности.

– От «отдыха» в борделе тебя спасло только одно обстоятельство. На этой неделе у меня запланирована вечеринка, и твоя тушка – главное угощение. Если тебя на ней не будет, девушки расстроятся, – недобро подмигнула Эйлана и сделала несколько пассов плеткой, проверяя баланс.

– Простите, мэм. Я не верил, что на этой планете быть мужчиной – это кошмар. Я думал, что вы с Крэгом запугиваете меня, чтобы бросил мечтать о свободе, – хрипло повинился землянин. – А когда выбрался из этого подвала, оказалось, что свободы-то на Мальве и нет. Все вышло так, как вы и предсказывали. Едва я дошел до города, как тут же заблудился на запутанных улочках. Потом меня задержали девушки в форме. Они отвели меня в участок и спросили, чей я. Я вспомнил лекцию Крэга о вашем покровительстве и сказал, что я – раб майора Эйланы Смитерс, офицера охраны космопорта. Спасибо, что забрали из участка, мэм, и не оставили в борделе. Я боялся, что вы не захотите меня опознавать. Знаете, что со мной делали охранницы до вашего приезда? Трогали в перчатках за все места. Совали пальцы в разные отверстия и всячески унижали. Как вспомню, так вздрогну.

– У меня была мысль сказать, что я тебя не знаю, – призналась инопланетница. – Меня сгубила сентиментальность. Я припомнила, как ты прикрывал мне спину на гамме Тельца, и поняла, что лучше сама тебя пристрелю, чем оставлю местным женщинам на растерзание. Другое дело с борделем. Я рассудила, что неделя настоящего ада вправит тебе мозги лучше года в моем подвале. Еще не поздно передумать. Только дай мне повод, Крэг отвезет тебя в бордель. В отличие от меня разжалобить его не удастся.

– Майор... Простите. Госпожа Эйлана, делайте со мной все, что хотите. Хоть трахайте. Только не выгоняйте за порог, – Кнут неожиданно для самого себя опустился на колени и склонил голову. – Я был уверен, что «адской кот» выживет где угодно, но на этой проклятой Мальве единственный способ не сдохнуть – это сидеть в вашем гареме и выполнять любые ваши прихоти.

– Абсолютно все, что хочу? – уточнила Эйлана, постукивая свернутой в кольцо плетью по ладони.

– Абсолютно, мэм, – твердо отчеканил инопланетник.

– Раздевайся и ложись на лавку, – последовала команда.

Кнут в мгновение ока выполнил приказ. Девушка присела рядом и погладила его спину и ягодицы. Мужчина вздрогнул от нежданной ласки и расслабился.

– Я могу быть очень разной, Кнут, – пропело ему на ухо чувственное контральто. – Будешь послушным, я тебя не обижу и даже приласкаю, а станешь хамить и лезть в драку, жестоко накажу.

Широкую спину без предупреждения обжег хлесткий удар плети. На сорок пятом ударе экзекуция закончилась. Здоровяк снес порку молча, закусив кулак, считая наказание справедливым. Лишь однажды выплюнул короткое ругательство, когда плеть просвистела в нескольких миллиметрах от «шаров».

– Вставай, пойдем на кухню обедать. До вечера ты в подвал не вернешься, – Эйлана отнесла корзинку с ударниками обратно в «арсенал» и смачно хлопнула блондина по заду.

Кнут медленно поднялся с лавки и последовал за девушкой. Голым. Одеваться ему не приказывали, а без команды землянин больше не желал отсвечивать. Спина горела огнем, напоминая, как тяжела рука красавицы-майора.

20:40. 05.08.436. Кухня. Усадьба Смитерс

Кухня встретила посетителей дразнящим ароматом готовящихся блюд. По случаю спасения от заключения в бордель Жерар постарался на славу.

– Ваш обед будет готов с минуты на минуту, госпожа,– сообщил повар, склоняясь перед хозяйкой. Его тело прикрывал только фартук и поварской колпак. – Блюда для Стэна остывают на окне.

– Молодец, – хозяйка погладила его по лицу и обнаженной груди. – Ты не оделся. Зад сильно горит?

– Да, госпожа, – смущённо признался профи и поспешно добавил. – Если прикажете…

– Нет, не прикажу. Сходи в медпункт и принеси бальзам Леад, а я пока присмотрю за кухней.

Профи поднялся и вышел.

– Ты действительно готов стать моей вещью? – уточнила девушка, изучая исполосованную багровым спину инопланетника.

– Если это гарантирует безопасность и спокойную жизнь на этой планете, то готов, мэм, – с жаром заверил ее блондин. – Я хочу принадлежать вам, госпожа Пантера Смитерс.

– Ты сам сделал выбор, – Эйлана с помощью браслета связи отправила Крэгу сообщение с приказом найти длинную рукоятку к перстню для клеймения раба.

Через несколько минут Крэг принес подходящий предмет и сам установил перстень на плиту.

– Кнут, я решила, что принадлежащие мне мужчины старше тридцати лет должны носить на груди клеймо с моей эмблемой, – пояснила она, наблюдая, как раскаляется металл кольца. – Если ты хочешь и дальше жить в моем доме, тебе придется пройти через это. В этом случае тебя нельзя будет продать или подарить, только убить. Крэг, покажи ему.

Фаворит распахнул рубашку, показал заживший ожог и позволил его потрогать.

– Очень больно? – сочувственно спросил инопланетник. Мальвиец кивнул. – Если Крэг смог пережить такую пытку, то и я смогу.

Эйлана поставила землянина на колени и приложила раскаленный перстень к его груди. Сперва Кнут задохнулся от боли, затем разразился грязной бранью.

К этому времени явился Жерар с бутылкой бальзама Леад. Девушка бросила клеймо в подставленный Крэгом ковш с водой, смазала ожог бальзамом и наложила стерильную повязку. После клеймения девушка загнала Кнута и Жерара в комнату повара. Кнут отправился в ванную умываться и смывать пот, а повара хозяйка уложила на кровать и занялась обработкой его пострадавшего от порки тела бальзамом Леад.

– Благодарю за заботу, госпожа, – мурлыкнул кофейный красавец, млея под ласковыми прикосновениями и охлаждающим эффектом бальзама.

– Будешь послушным мальчиком и хорошо себя вести, и не так приласкаю, – шаловливые пальцы скользнули к его груди и погладили сосок. Профи приподнялся, давая руке свободу для маневра, но девушка вернула ладонь на его спину. – Ласку нужно заслужить, мой хороший. Походи в этом фартуке, пока я не разрешу тебе одеться. Будь вежлив и доброжелателен со всеми обитателями дома. Заведи себе любовника или ляг под кого-нибудь. Мне без разницы как ты устроишься. Главное в моем доме должны царить мир, покой и хорошая еда. Вот тогда и приласкаю. А если снова начнешь устраивать травлю Стэна или сделаешь другую пакость, даже самую мелкую, Крэг сдаст тебя в бордель и забудет забрать.

– Понял, госпожа, – кивнул красавец, наслаждаясь женским вниманием.

– Расскажи-ка мне. Почему такого отличного повара продали за небольшие деньги? – ласковые ладошки вовсю мяли поротые «булки», размазывая целебный бальзам.

– Моя прежняя хозяйка потратила почти все свое состояние на азартные игры. Половину гарема и треть профи пришлось продать для покрытия долгов, – поведал Жерар, жмурясь, как сытый кот. – Поваров в доме было двое. Более старого и опытного оставили, а меня отправили на рынок.

– Ты бурно реагируешь на мои прикосновения, словно тебя никогда прежде не трогали женщины, – озадаченно заметила девушка. – С твоей внешностью в такое просто не верится. Еще невероятнее, что такого красивого парня отдали в профи. Ты же мог стать украшением любого гарема.

– Я – клон, госпожа. Вернее, при моем создании использовали ДНК лучшего повара королевы и любимого мужа моей хозяйки. Женщины обычно не играют в клонов. Тем более в профи. Для это есть наложники, – услышав удивленный возглас хозяйки, повар недоверчиво уточнил. – Госпожа не знала, что профи на Мальве клонируют? Об этом во всех учебниках пишут.

– Я родилась и получила образование не на Мальве, – фыркнула Эйлана и провела ноготками по его загривку. Мужчина довольно ахнул. – На этой планете я живу всего месяц, и многих нюансов пока не знаю.

– Простите, госпожа, мне бы и в голову не пришло, что вы инопланетница. Вы так ловко обращаетесь с плетью и наказываете рабов. Я был уверен – вы молодая провинциалка, недавно переехавшая в столицу и незнакомая с принятыми здесь традициями. Моя прежняя хозяйка за мои грехи порвала бы мне спину и задницу в клочья. А вы только избили, жестко поиграли, заперли мое хозяйство на замок и выпороли. Все признаки доброй госпожи, – льстиво сообщил повар, извиваясь под умелыми ладонями хозяйки.

Из ванны вышел Кнут, вытираясь серым махровым полотенцем. Ему стоило немалого труда помыться, не намочив повязку, прикрывающую ожог.

Хозяйка прогнала Жерара из комнаты и уложила на его место землянина.

– Как ощущение после секса с андрогином? – осведомилась Эйлана у инопланетника, растирая ему спину бальзамом Леад.

– Гораздо лучше, чем на вечеринках в подвале, – помолчав, ответил Кнут. – Приходится признать, что я становлюсь гомиком. Потому что сношать танцора в борделе оказалось не так противно, как я опасался. Спасибо вашим вечеринкам.

– Не гомиком, как ты говоришь, а бисексуалом. Забыл, как приставал ко мне в ванной? – поддела его Эйлана и уже серьезно сказала. – Если хочешь здесь выжить или стань аскетом или люби мужчин. Местные парни не от обилия женского внимания друг на друга бросаются. У них настолько ограничен доступ к женскому телу, что они от безысходности любят себе подобных.

– Значит, вы мне не светите, мэм? – без особой надежды поинтересовался инопланетник.

– И не мечтай. Приласкать приласкаю, а на секс можешь даже не рассчитывать. Ты сам говорил, что я не в твоем вкусе, – возмущенно фыркнула девушка. – Кроме того, я видела в каких синяках из твоей комнаты выходила девушка. Я не потерплю от мужчины такого обращения с собой. Наконец, я предпочитаю быть единственной у своего любовника, а не 759 и не последней.

– Про вкус я врал, – покаялся здоровяк. – Вы были замужем, мэм, а клеиться к состоящей в браке женщине, тем более офицеру, не по мне. Девушка была не моя. Ко мне за утешением приходила кузина, которую муж спьяну избил. Насчет последнего аргумента, тут мне крыть нечем. Я не встречаюсь с девушкой больше пары ночей. Максимум неделю. Но на этой планете мне деваться-то некуда, я буду только ваш.

– Я подумаю над твоим предложением, – умелые пальцы проникли в мужчину, смазывая внутренности бальзамом. – Тебе приятно, когда я тебя так ласкаю?

Вместо ответа Кнут рыкнул и задвигал бедрами.

– Смотри, как тебе нравится, – майор подсунула под его пах ладонь и принялась синхронно поглаживать и снаружи, и внутри.

Короткий вскрик и выплеснувшееся в женскую руку семя, показали, насколько блондину по душе пришлись ласки.

– Спасибо, госпожа Эйлана. Знал бы, что вы такая нежная и заботливая, давно отбил бы вас у мужа, Альберта Джексона, – мужчина приподнялся на локтях и потерся о плечо майора. – Я и не подозревал, что суровая Пантера Смитерс, гроза космических пиратов, бывает такой ласковой киской.

В дверь постучали.

– Госпожа, обед готов, – почтительно сообщил голос повара.

– Иду. – ответила Эйлана, поднимаясь с кровати. – Кнут, одевайся и тоже подходи.

В лицо землянину полетели его любимые слаксы. Те самые, которые он оставил в пыточной. Мужчина ловко поймал летящий предмет и хотел поблагодарить майора за заботу, но ее и след простыл.

21:40. 05.08.436. Спальня Эйланы. Усадьба Смитерс

В кухне Крэг передал хозяйке остывшее кольцо и предложил пообедать в ее комнате. Девушка согласилась с условием, что он составит компанию, и отправилась к себе. Через некоторое время фаворит принес поднос с двумя порциями.

– Я хочу, чтобы в подвале всегда находилась хотя бы пара матрасов или надувных кроватей. Этой ночью Кнут ляжет спать в подвале в обществе Жерара. Пусть осознают свою исключительность и статус игрушек для гостей, – поделилась она планами после обеда.

– Будет исполнено, госпожа, – черничный здоровяк сделал пометку в блокноте.

– Вилли эту ночь проведет в комнате Стэна. Стэну будет не так одиноко и Вилли не скучно, – продолжила она размышлять в слух. Крэг записал это и поднял на хозяйку выжидательный взгляд. Неверно его истолковав, Эйлана сказала. – Не смотри на меня так. Я не слепая и прекрасно знаю, что парни выкручиваются из моего запрета с изрядной изобретательностью. Я как-то заглянула в твою комнату, а там мальчики вытворяли такое! Я даже не думала, что так можно извернуться. Мешать я им не стала, тихо закрыла дверь и ушла. Сомневаюсь, что они меня заметили.

– Ваша воля, госпожа, – поклонился Крэг.

– Вечером я потискаю Томми, а потом ты уложишь меня спать, будешь всю ночь обнимать, а утром отвезешь на работу, – девушка небрежно царапнула его грудь и полюбовалась маникюром. – Хватит, нагулялся, кошак. Пора служить хозяйке подушкой.

– Благодарю за разрешение ночевать в вашей постели, госпожа, – на лице брюнета зажглась такая радость, словно исполнилось его самое сокровенное желание.

С этого дня жизнь в усадьбе стала спокойной и размеренной. Жерар регулярно баловал хозяйку деликатесами и без напоминания готовил еду для Стэна и остальных рабов. Личная жизнь у него тоже наладилась. Утром его навещал Томми, а ночи он проводил в обществе Кнута. Землянин смирился со своей участью и помогал Стэну и Вилли приводить усадьбу в жилое состояние. Вечеринки Эйлана устраивала раз в четыре дня, как и обещала. Кнут и Жерар вели себя на них образцово, четко выполняя любые приказы хозяйки. Вскоре мальвийки заскучали и все реже настаивали на их проведении.