Глава 28.
Сказка ложь…
Хоть я и болел, может, даже заразной болезнью, но в нашем доме яблоку негде было упасть. Меня больше слушали девушки, но и парней хватало. Хотя, Анфиса всех заставила одеть маски и время от времени поила горьким ивовым отваром. А потом слушателей сказки накормили и вкусными обедом и ужином. Нет, мой рассказ не пропал, Аннетта и Яков всё записали! Потом пообещали переписать набело и сделать списки. Так что, хоть одно дело сделали.
Сказка ложь да в ней намёк, на самом деле добрым молодцам урок! Вот, древнюю историю вспомнил. Заодно, время от времени, я всё-таки прерывался на рассказы на медицинские темы. Как раз и вспомнил о разных видах шин, ещё о гипсовых повязках и наказал Анфисе срочно достать где-нибудь гипса и пробовать делать эти повязки. Вообще-то, на это у нас Аркадий и его люди имеются. Так что, кто-то из легионеров и отправился в город добывать этого гипса. Заодно было наказано купить побольше и хинина. Хотя, он и так был куплен, просто не так много. Вспомнил я и о переливаниях крови, но предупредил, что у людей кровь может быть разной, и они могли не подходить друг другу. Ясно, что требовалась тщательная проверка. Само собой, нужны были и умелые врачи, но их у нас не имелось, так что, переливания крови пока отпадали. Если только русские врачи попадутся. Всё-таки на эту войну должны прибыть даже их светила, вроде Пирогова. Хоть и хорошо знал, кто это, но я сам с ним не встречался. Можно было написать Александру Порфирьевичу насчёт поиска врачей для легиона, но у него наверняка и своих дел полно было. Уж кто, кроме него, тринитротолуол или тол получит⁈ Не знаю, получил ли Николай Фёдорович новые мины и гранаты? И легиону они бы не помешали? И, вообще, дадут их ему или нет?
Так что, пока придётся воевать тем, что имеется. Поэтому я попросил Косту следующий день посвятить стрельбе из револьверов. Они у нас есть, и патронов полно, так что, стрелки, помимо винтовок, должны были хорошо стрелять и из них.
Нет, вечером меня сильно порадовали. Оказалось, что в адрес Абрама Самуиловича из Санкт-Петербурга прибыла большая партия охотничьей формы, две сотни комплектов. Ещё, надо же, и десяток велосипедов кирешского производства и полная амуниция к ним. И, само собой, и письма от тёти Арины и Александры.
Демьян с Николаем тут же отвлеклась на велосипеды. Кому, как не им? Они уже видели их и умели и кататься. Так что, завтра же будут учить легионеров, прежде всего, разведчиков. Жаль, что мало, но десять велосипедов сейчас — это те же десять лошадей. Но зато они и намного меньше, и есть не просят. А тётя запчастей как бы прислала с большим запасом. Так что, легион не пропадёт!
Конечно, и сейчас в письмах ничего о наших делах не было. Ну, требовалось сохранить тайну. Если с кем и посылать, то только с надёжными курьерами. Пока надобности в них не имелось. Зато и сейчас тётя Арина написала, что уже подала прошения насчёт опеки над моими помощницами, и даже теми, кто отправится в Систово! Заодно в канцелярию императора ушли и прошения о признании их моими сёстрами. Жаль, но погибших девушек уже не вернуть. Нет, насчёт Радки и Зоры прошений всё же не было. Тут тётя Юлия будет их удочерять. И я сразу же зачитал письмо своим помощницам.
И тут Бьянка и Милана нежданно прослезилась. Уж они ничего такого не ожидали. Хотя, они же тоже мои помощницы. Тётя Арина подала прошение и на Милу. Хоть девушка сейчас в Систово, если император всё подпишет, то и она станет моей сестрой!
— Борис, всички ще бъдем добри сестри! Можеш да разчиташ на нас! (болг. — Борис, мы все будет хорошими сёстрами! Можешь на нас положиться!) — тут же заявила Бьянка! — Жалко, че момичетата умряха. Но какво да правя, не се спасих. И беше невъзможно. (болг. — Жаль, что девочки погибли. Но, что делать, не убереглись. И невозможно было.)
И вдруг Бьянка резко заявила:
— Проклети англичани! Те убиха момичетата! (болг. — Проклятые англичане! Это они убили девочек!)
Да, надо было остановить девушек. Ладно, что чужих рядом не было. Хоть в легионе все как бы свои и вместе бились, но там, тем более, среди недавнего пополнения, могли иметься и наверняка имелись и разные подсылы. Вот своим помощницам, хоть многое от них и скрывал, я в основном доверял. Так и Демьян с Николаем за ними осторожно приглядывали. Вроде, ничего такого?
— Ладно, милые мои, я прошу вас пока никак и ни перед кем не вспоминать об англичанах. — И тут же добавил. — Но придёт время, и мы о них вспомним. А сейчас нам усиленно надо готовиться.
А на другой день, ещё и в воскресенье, мы решили продолжить отдых. Мне стало лучше, но тётя Юлия не разрешила мне вставать.
Тут Драго забрал десяток стрелков и столько же разведчиков и отправился на стрельбище. Чтобы пострелять из револьверов. Ещё три десятка человек, во главе с Костой и тётей Юлией, отправились в церковь. Они поехали в Одессу погулять, заодно решили и заглянуть в Спасо-Преображенский собор. Давно надо было. Но, раз раненые, не до храмов было. А сейчас в самый раз.
А оставшиеся как бы отдыхали. Хотя, Демьян с Николаем стали учить их кататься на велосипеде. Со мной остались лишь Аннетта и Шура, хотя, и Яков, и изредка заглядывали свободные легионеры.
Да, я и на этот раз решил рассказать легионерам сказку, и мне сразу же вспомнился «Маленький принц». Да, трогательная история, и, главное, я всегда вспоминал одно важное изречение оттуда о том, что мы в ответе за тех, кого приручили. То есть, раз причастен к созданию и делам Седьмого легиона, то не могу так сразу отказаться от него и легионеров. Там же мои боевые товарищи, а своих всё же не бросают! Жаль, но у меня не так много возможностей.
Конечно, я всё не помнил, но то, что на планете маленького принца, да, Фаэтоне, имелось три вулкана — два действующих и один потухший, ещё росла разумная роза и у него имелся верный лисёнок, хорошо помнил. И отчего-то запомнил о важных лицах, встреченных им во время своих путешествий по разным планетам. Ну, король у меня стал странным, так как не стоит даже в сказке объявлять Его Величество сумасшедшим. Ну, пусть считает, что он владеет всеми звёздами на свете. Но их количество никто не знает. Я так и написал, что таких галактик, как наш Млечный путь, во Вселенной множество. Вот честолюбец был дурным, ибо невозможно всё время любоваться посторонним человеком. Нет, мамой можно, любимой, родными… Да, ещё розой маленького принца, ибо она, хоть как бы и капризная, и жестокая, и высокомерная, просто прекрасна, и на неё обижаться бессмысленно. А что пьяница, хоть и стыдится своей привязанности, не может бросить пить, так в этом ничего удивительного нет, ибо алкоголики и наркоманы трудно излечимы. А так, он был добрым и интересным, да, философом. Хотя, про наркотики я написал, что их употреблять опасно и лучше запретить. И делец у меня получился странным, ибо немного не то, чтобы считать звёзды на небе и желать накупить их больше. Пока ещё не время для космических полётов. Да, маленький принц вполне летал на космическом корабле, таком, что я уже описал в «Аэлите». Он даже успел навестить планеты Солнечной системы и нашёл, что на Земле лучше всего.
Теплее всех я описал простого фонарщика, который тщательно следил, чтобы его фонари всё время горели. Раз положено, то они всегда должны светить. Раз звёзды светят, значит, они тоже кому-то нужны. И кому-то нужно хорошо делать и своё дело. Даже и географ нужен, который, хоть и не путешествует, но записывает всё, да, для людей, чтобы они могли пользоваться разными знаниями. И больше всех я остановился на личности лётчика и его самолёте. Написал, что герой, некий Антуан де Сент-Экзепюри, правда, житель не Земли, а планеты Аркадия, защищал свою страну и достойно сражался с врагами. Да, немного описал его самолёт и привёл теорию.
Как ни странно, я упомянул и себя, но назвав просто мальчиком, случайно встреченным маленьким принцем на Земле. Мы с ним как бы даже подружились и обсудили много чего на свете. Принц как бы пригласил меня в гости, но мы отложили мой визит на потом. Мол, и я, как фонарщик, верный своему долгу, должен заниматься своими делами, и довольно важными, так как тоже в ответе за них и своих людей. В общем, мы простились с принцем, и он улетел домой, к своей розе, так как уже заскучал по ней и родным местам, так и нельзя было оставить свои владения. И принц там тоже за всё в ответе. Хоть и хочется отдохнуть, но нельзя забывать и о долге.
Да, уже скоро почти все свободные легионеры слушали меня. Оказалось, что и стрелки, и разведчики с Драго вернулись. И сейчас Аннетта с Яковым всё записали. А так, я уже как бы написал десяток сказок или приложил руку к их печатанию. И ещё одна мне особой славы не добавит. Но и эта сказка получилась доброй.
Само собой, по ходу рассказа я сделал множество рисунков, ещё записал и «Марш воинов». Да, вспомнился «Марш маллоков» из какой-то странной сказки «Космические рейнджеры».
— Ну и выдумщик Вы, княже! — сказал мне Драго. — Но сказки у Вас добрые. После них хочется жить и делать добрые дела.
Тут я всё-таки смутился. Сказка, конечно, не моя, но, наверное, и я не самый плохой человек на белом свете?
— Ну, друзья, мне просто хочется, чтобы наша жизнь и далее была доброй и интересной. Надеюсь, что после войны у нас, всех, всё будет хорошо. А пока будем готовиться.
Скорее, у меня на самом деле всё будет хорошо. А вот у других бойцов легиона жизнь наверняка может сложиться по-разному. Тем не менее, мы пока вместе. А далее время покажет.
А в понедельник мне стало намного лучше, и я решил сделать некоторые шаги. Во-первых, написал приказ о немедленном выводе шестерых помощниц из состава Седьмого легиона и переводе их в своё личное подчинение. На всякий случай. Чуяло моё сердце, что лучше подстраховаться заранее. Демьян с Николаем и не входили в состав легиона — и возраст не подходил, так что, их никто не сможет отправить на войну. А мне запретил уже сам Великий князь Николай Николаевич. Ещё мне, как ни странно, предписано продолжить и учёбу в гимназии. И ведь, хоть и не хотелось, придётся пойти!
Во-вторых, я издал приказ и о применяемой бойцами легиона военной форме и амуниции. Само собой, основной формой стала защитная или охотничья. Она и малозаметная, и прочная, и красиво выглядит. Ещё предписывалось обязательно использовать каски и защитные жилеты и разгрузки. Это я сделал на тот случай, если российские офицеры вдруг решат придраться к легионерам. А так, сам юный князь Куракин приказал, так что, всё законно. Правда, допускалось применение и другой аммуниции, в случае недостатка уставной. Всё-таки мало ли что может случиться? А вдруг не потяну снабжение легиона защитной формой? Ведь пока всё будет идти за счёт моих средств и доходов. Я не собирался тянуть за собой на дно тётю Арину и Александру. Может, мне удастся выдержать хотя бы до Нового года? Уж война не должна слишком долго продлиться? Вот далее пусть сами болгары позаботятся о своих вооружённых силах.
И мой третий приказ, хотя, тайный, предписывал Димитрию и другим командирам легиона организовать в Болгарии Общества содействия легиону и ещё разные клубы по интересам, само собой, спортивные, стрелковые, медицинские, музыкальные, литературные, исторические, да, ещё и по изучению древней истории или другие. Да, и было желательно, чтобы они находились под контролем бывших членов легиона или его стронников. Само собой, я позвал к себе Драго, Асена и Стояна и вручил его списки им. Они были старше других легионеров и пользовались среди них уважением, так и знали жизнь намного лучше них.
— Друзья, это вам жить в новой Болгарии. Думаю, что после Нового года или ближе к весне будет заключён мир и образовано Болгарское царство или княжество. И вашим правителем, скорее всего, будет назначен какой-нибудь немецкий принц. Это ваше дело, но будет справедливым, если и вы займёте в своей родной стране достойное место. Думаю, что в окружение нового правителя вас не пустят. Да и опасно будет. Поэтому сами создайте себе поддержку. И, да, помимо поддержания работы этих клубов, можете и придётся заниматься и многими другими важными делами — и производством чего-либо, и сельским хозяйством, и торговлей, или вести жизнь достойного члена общества. Но не забывайте других легионеров и всегда поддерживайте друг друга.
И три командира легиона нисколько не удивились моим словам. Знали, что их князь, хоть и юн, знает многое. И что я начал этот разговор, их тоже не испугало. Понимали, что война с османами скоро закончится, и им придётся жить уже в новой Болгарии и надо будет там как-то устроиться, и получше.
— Да, княже, нас, скорее всего, туда и на самом деле не пустят. И сам правитель привезёт своих людей, и ваш император выдвинет своих, так и в Болгарии найдётся много тех, кто сумеет выдвинуться. А мы люди простые, нас никто не поддержит.
Да, Драго всё хорошо понимал. И все трое знали, что я вряд ли буду вмешиваться в их дела, так и не в том весовом положении, тем более, и не обязан. И даже не собираюсь!
— Думаю, друзья, что в ближайшее время большинство бойцов будет отправлено в легион. Сами видите, что лишь полтора десятка нуждаются в лечении. А он, в свою очередь, будет отправлен на фронт, и наверняка под Плевну. Постарайтесь выжить и сохранить побольше бойцов легиона. В первую очередь, создайте надёжную базу в Плевне или поблизости, и обязательно устройте госпиталь. Часть личного состава санитарного центуриона оставьте там. Будут лечить мирных людей. Думаю, что больных и среди них много.
— Конечно, княже! — тут же включился в разговор Стоян. — Там половина людей болеет. Османы нас вообще не лечили. Только вот как быть со снабжением? На бойцов ничего не останется.
Ну, что я мог тут сказать? Ничего!
— В первую очередь лечите раненных! А другим помогайте, но не в ущерб легиону. Хотя, там потребуются не столько лекарства, а наведение порядка и создание лечебных учреждений. Так что, сами же создавайте и лекарские пункты, и больницы, и тех, кто может хоть немного заниматься лечением, ставьте там лекарями и врачами. Что делать, вы знаете. Можете мне поверить, что пока лучше того, что в моих Наставлениях, никто ничего лучше не придумает.
И все трое согласно закивали головами.
— И, друзья, создайте, на всякий случай, в разных местах запасы, нужные легиону, желательно тайные. Рассчитывайте только на себя. На меня или кого-либо из российских подданных не надейтесь. Они вам помогут, но, скорее всего, почти все, кто не погибнет, вернутся обратно. Со своей стороны, могу вам твёрдо обещать, что те, кто будет нуждаться в помощи, может рассчитывать на меня. Пусть приезжают ко мне в Российскую империю. А вмешиваться в дела Болгарии я не собираюсь. Буду спокойно жить в Санкт-Петербурге и заниматься строго своими делами. У меня их и сейчас полно.
Далее мы перешли к обсуждению прочих дел легиона. Само собой, содержание нашего разговора осталось строго между нами. Драго получил и сам приказ, и он отдаст его Димитрию. И всё!
А с другими приказами тётя Юлия отправилась к Владимиру Васильевичу. Она собиралась немедленно написать и подать свои прошения насчёт Радки и Зоры. Да, надо было определяться. Мы с тётей не могли бросить моих боевых товарищей на произвол судьбы. Конечно, как они выйдут замуж, то перейдут в семьи своих мужей. И уже они будут заботиться о них. И наши семьи станут больше, получат много родственников.
А ещё в этот день и Иосиф Яковлевич завёз к нам полсотни комплектов одежды, и Самуил привёз по две полевые кухни и сотне боевых касок и разгрузок, и два десятка защитных жилетов. Мы наращивали свои запасы. Не знаю, как легионеры смогут всё довезти до Систово, но часть бойцов получит хоть небольшую защиту. Ну, дай бог, чтобы их побольше смогло выжить на этой войне!