Глава шестая

— Ну, наконец-то! Я уже не знал, что и думать. Решил, если к обеду этого дня вы не появитесь, до девочек бежать или до Кима. Я, примерно знаю, где они в городе остановились. Ой! А это что⁇

— Не что, а кто. Местный тигр… — освобождается от обнимашек хоббита, довольный произведённым эффектом Нит.

— Где вы его умудрились добыть? — окидывает нас Сьяк изумлённым взглядом.

— Долгий разговор. — вставляю и я своё слово. — Кому-то завтра спасть до обеда можно, а кому-то с утра на службу прорываться. Но я очень надеюсь на то, что меня попросту опять не пустят.

— Пустят… — хмыкает Сьяк. — Приезжали тут до вас, да причём не один раз. Вы разминулись на пару минут. Уехали и тут же до вас посыльный прибыл, с требованием отправится на службу. — докладывает хоббит.

Но я останавливаю от него изливание новостей движением руки, а сам обращаюсь к своим сопровождающим…

— Хруп, спать. С утра со мной. Вид свежий, чистый и опрятный. Можешь даже для солидности копьё своё с собой взять. Нит, на тебе кошак и всё остальное, что мы добыли в этом выходе. Уши Сьяка в твоём полном распоряжении на эту ночь. Но не привирай, так уж сильно… — смеюсь я.

Добрались, наконец-то. Первый час ночи. Спать хочу сильно. Устал. А ведь ещё и привести себя в порядок нужно. Помыться. Благо, есть не хочу. Ну, почти…

Полтора часа неспешным маршем в дороге до своего лагеря, и вот мы на месте. Кошка, на удивление, ведёт себя смирно, явно смирилась со своей судьбой. И Даф этому причиной… взял под контроль слабую духом, огромную кошку. И я к её состоянию руки приложил… как в переносном, так и в настоящем смысле… подлечил бедолагу. Один прелом ей мне удалось залечить. Восстановил… почти… ей подвижность передних лап. Но она и не пытается когти выпускать, понимает, что интересно, что если бы мы хотели её убить, то давно бы это сделали.

А, что касается медвежьей семейки… то с ними весело получилось. Пришлось, при расставании, даже Дафу ментально давить на медведицу, объясняя, что с нами ей идти нельзя, могут они все погибнуть. Оставили им две оленьих разделанных туши и всю требуху с трёх трофеев. Единственно, что забрали, сцеженную с туш кровь, рога, копыта и шкуры с головами. Уже знаю, что самое ценное есть в этом трофее. Теперь бы только решить вопрос, кому тут эту дорогущую добычу задвинуть, и чтобы расплатились честь по чести, и не кинули. При этом, вопрос продажи нужно решать, как можно скорее, почти сутки всё это добро пролежало под открытым небом, как бы не испортилось и не потеряло своих свойств, за что ценители такие деньги дают.

А пока иду до фургона, общаюсь с радостным хоббитом…

— … первому посыльному из учебного лагеря макров так и сказал, как ты велел, что ты поехал на местную Пустошь поглядеть и по возможности, поохотиться. Мяса свежего захотелось тебе. Он принял к сведению и только уточнил, когда ты планируешь вернуться. Ну, я и брякнул, что утром следующего дня, если ничего не помешает. Мало ли, Пустошь ведь. Как накаркал… — вздыхает перенервничавший хоббит. — И он убыл в лагерь. Часа через три… к одиннадцати утра примерно, опять кавалькада всадников в нашу сторону шурует. Это уже ваше местное начальство появилось. Но, что интересно, о тебе они и не спрашивали. Почти. Типа… когда будешь уточнили, а сами всё с нашего фургона и развёрнутых на нём пространственных артефактов глаз не сводили. Семь человек было, и с ними, толи охрана, толи сопровождающее, ещё трое. Но скажу, так эти трое точно не марки были. Солидные дядьки, как бы и вовсе не аристократы. Старший их попросил показать наш фургон и рассказать про его особенности, и какие в него артефакты вставлены. Но что-то меня удержало тогда, тем более ты о таком вроде и не говорил ни разу, чтобы всем интересующимся показывать наш фургон в твоё отсутствие, но сам ведь ты рекламировал наш особый товар. Но повторюсь… остановило меня что-то от такого шага. И я ответил им, что не могу им ничем помочь. Осмотр возможен только при хозяине, а его по месту сейчас нет. Мол, приезжайте, когда будет на месте, а лучше заранее о встрече договаривайтесь. Они, со стороны на фургон пялиться стали, но близко подъезжать не решались почему-то. Долго что-то между собой в полголоса обсуждали. О чём именно они говорили, я не понял… не расслышал. Потом развернулись и не попрощавшись даже, убыли куда-то в неизвестном направлении. Вроде, как в сторону крепости уехали. Затем до самого вечера всё тихо было. А я уже сам весь на иголках. Светило ещё светит нормально, но уже далеко за полдень время было. И тут, смотрю… опять кто-то в нашу сторону не спешно едет. И это были макры. Четверо. И явно при должностях дядьки. Наглые. Уверенные, что всё им сойдёт с рук. С ходу попытались они на меня наехать. Типа, ты кто такой, и по какому праву тут вы расположились? Где хозяин? Подать тебя пред их ясные очи! Почти к самому фургону подъехали, но я, как чувствовал, вооружился, в руках автомат держал. Представляю, как я с ним смотрелся со стороны… один тут находясь, такой защитничек. Толстяк среди макров был, самым наглым и активным. Объявил мне, что на нужды крепости и полка макров он своей властью, конфисковывает наш фургон. А мы все будем жить при лагере. Мол, там слугам найдётся чем заняться. Так он обо мне сказал. Ну, и приказал тут же, сворачивать фургон в походное положение и следовать на нём туда, куда он укажет. Я ему в открытую говорю, что хозяин фургона, вообще-то, аристократ и это его личное имущество. А в ответ услышал от всех много хорошего в отношении благородных и аристократов в частности, и где они вашу грамоту о дворянстве видели. Мол, ты уже почти макр, так что должен забыть все эти аристократические штучки. И вообще, если я буду тянуть время и не стану подчиняться, он прикажет меня высечь, и в рабство меня продадут, (далее дословно), «такую непонятливую чурку как я». Я и психанул. Прижался спиной к заднему колесу фургона. Активировал полную защиту на нём и автомат поставил на боевой взвод, направив на эту троицу, ствол. Я был готов уже, на самом деле, с оружием в руках отстаивать твоё, господин, имущество. Но защита фургона за меня всё сама сделала.

— И, каков результат? — интересуюсь у него я.

— Бесподобный! Лучше не придумаешь!!! — смеётся довольный хоббит — Они ведь на лошадях были. А копытные к такому воздействию оказались абсолютно не готовы. Шарахнулись от фургона в разные стороны, сорвавшись с места в галоп. Да и всадникам по мозгам хорошо вставило. Я видел, как двое из них, в итоге, не удержались в седле, на спине несущихся во весь опор коней, и свалились на полном ходу, благо везде тут мягкий песок. Видел я, как встать смогли сами на ноги бедолаги, и поковыляли в сторону крепости. А вас всё нет. Я думать-то не знаю, что с вами случилось и к кому бежать за помощью, когда такое творится вокруг нашего фургона. Хайпа сейчас, думаю, не поймать. К Киму проще пробиться, а уж до девочек твоих и подавно. Но на крайний случай решил… плевать, хрен с ним с фургоном, вас вызволять нужно, и помощь для этого со стороны потребна. Брошу всё и начну искать тех, кто помочь сможет. Ночь наступила, а я спать не могу. Сам всё трясусь, думая за вас. Но тут вижу, со стороны степи, какое-то движение. Я и бросился на встречу. Как сердце чувствовало… — это вы. Вот так вот.

— Ты уж прости нас. — серьёзно, жаль пожилого хоббита. И так уже немолод, а тут такие переживания. — Ситуация так сложилась, что пришлось задержаться. Парни, и вовсе только утром предлагали вернуться. — говорю я устало.

— Кошак? — смотрит на меня вопросительно хоббит.

— И не только кошак. — вспоминая наши сегодняшние приключения улыбаясь, отвечаю я — Времени у меня нет всё рассказывать. А так, неинтересно уже тебе самому, будет. Нит всё расскажет, да и орк, думаю, тоже не удержится и тоже к вам присоединится, языком почесать. Я же спать. А, что касается тебя… будет уже завтра тебе задача. Но вначале разберёшься с тем, что нам в качестве охотничьих трофеев досталось. Помнишь же, каким мясом питались в Путильце? — задаю я ему вопрос.

— Опять олень? — делает он большие глаза.

— Не просто олень, а «Олени»… — поправляю я его. — Но мяса у нас, всего одна туша. А было их аж-но три. Но вот шкуры кровь, рога копыта и головы со всех трофеев собрали. Так что, нужно грамотно пристроить всё и не прогадать. И, чтобы по деньгам не кинули. — говорю я.

— Сделаем! — кивает он ещё более радостнее. — Всё… я к Ниту. Или вам чем-то помочь, господин?

— Всё сам. — говорю я — И мыться я буду у себя в фургоне. И перекусить, если, что сам себе организую. И, да… за кошарой присматривайте. И аккуратнее с ней. Я ей восстановил возможность передними лампами двигать. Как бы чего не произошло. Потому и говорю… аккуратнее. Всё, я к себе. Разбудите утром. И на завтрак хочу кофе с бутербродами. Надо будет свежим и отдохнувшим выглядеть. Ведь, чую, на счёт того, что тут у тебя произошло, завтра будут нешуточные разборки. А поэтому, вы с Нитом, с оружием в руках у фургона дежурите. И Даф, как выспится, вам в помощь. Я спать. До завтра!

А с утра…

Еле глаза продрал. Вставал очень тяжело. Орку проще… он и вовсе не ложился, впрочем, как и Нит с хоббитом. Они всю ночь втроём проболтали.

Сборы не долги. Душ. На завтрак кофе, как и заказывал.

Хрюша во всём обвесе, и орк на своей красавице с копьём в руке. Хороша у него игрушка, и владеет он ею, на удивление, легко и непринуждённо, и для врагов смертельно опасно.

Через час мы уже подъезжали к пункту пропуска в учебный лагерь макров…

А дальше…

— … я не собираюсь проводить и часа в этих свинарниках, которые вы почему-то называете таким распространённым и важным словом, как солдатская казарма. Казармы, насколько я знаю, это капитальное строение, но никак не длинная палатка, вся в дырках, грязи, а её прохудившаяся часть удерживающей каркасной конструкции и вовсе держится на честном слове. Увольте… я туда и шага не ступлю. И вообще, я тут всего неделю, но уже начинаю понимать, что слишком воровство распространено в вашем воинском заведении. Учебный полк, а условия содержания курсантов у вас хуже, чем в городской темнице. Мне вот просто интересно, у вас хоть какие-то ревизии, за всё время существования полка, были? Причём не из корпуса, а скажем, главного штаба войск Его Величества? Что-то мне подсказывает, что нет. Как-то вы делаете так, что эти проверяющие до сюда просто не добираются. Но ничего… моё донесение ляжет на стол нашего милостивого и справедливого государя. А лучше, думаю, в апартаменты королевы записку зашлю… есть у меня каналы, через которые на её будуар письмецо моё ляжет. Я вас тут всех на чистую воду выведу. И объяснитесь… как это понимать… сдать своё транспортное средство в подразделения материального обеспечения полка? На каком это, интересно, основании я должен отдавать своё личное имущество?

Меня несло… меня трясло… меня одолевала внутренняя буря, которая требовала чей-то крови…

И я знаю, чью я кровь возьму.

Тот толстяк, про которого мне Сьяк говорил. Это начальник материальной базы полка. Отвечает, за обеспечение личного состава всем необходимым в материальном плане. Размещение на нём, питание, организация помывки бойцов, и конечно же, сортиры, это тоже его вотчина. Но реально, в лагере стоит непереносимый вонизм…

И именно он угрожал Сьяку, и он требовал сворачивания фургона в походное положение, и перегона его на территорию полка.

Я вперил взгляд в этого грузного начальника. Да уж… давненько он, чувствую, за рукоять меча своего не брался. Хотя… может он маг? Сильный, боевой магический воин?

Но это вряд ли, просто хорошая тёпленькая должность у человека, и главное, очень доходная. Тут ведь как, нужно знать, чем жертвовать и кому подношения делать. А потом делай, что хочешь. Начальство, которое повыше сидит, на остальное всегда глаза закроет, за мзду малую.

Вот и сейчас, чувствую я, что на мой фургон какой-то «денежный мешок» свой глаз положил. Вот и сделали попытку отжать его у меня, нагло и чисто по-свински…

— Вы, господин на моего помощника давили и требовали, чтобы он передал вам моё имущество? — перевожу я свой взбешённый взгляд на эту толстую сволочь.

— Пацан, ты забываешься! Я твой прямой начальник. — заверещал он.

— Я таких начальников как ты, пачками в сортире топил. Сволочь! И обращайся, тварь, ко мне как полагается обращаться к дворянину, иначе просто прирежу тут тебя, вызвав на дуэль. — я уже реально берегов не вижу. Вывели меня из себя.

Стоим там же около пропускного пункта. На этот раз меня тут поджидали представители местного начальства. Как понял, собрались тут один замы командира полка. Чистый зам, он же за боевую подготовку отвечает. Толстый зам, он по материальному обеспечению перед своим командиром отстреливается. И старший среди наставников магической поддержки полка. Вот он, пока за всё время нашего с ними ора, не проронил ни слова. Замкомандира полка, он сейчас исполнял его обязанности, а сам командир в дальний город-крепость уехал с проверкой отрядов макров, которые и обеспечивали его сохранность и оборону от воздевая внешних сил.

Мне мама про этот город рассказывала и всё пророчила, что после года тут обучения и меня, именно туда, по её прикидкам, переведут. Да вот, наверное, я и макром-то вряд ли уже стану. Плюну на всё, и на распоряжение короля, коль так тут командиры макров к его распоряжениям относятся. Останусь свободным, простым, теперь уже почти аристократом.

Даже Сьяк вечно бубнит, зачем мне связываться с макрами? По его мнению, нужно быстрее разбираться с теми землями, которые мне перепали. А то, что не выполнил распоряжение Его Величества, так сам он пускай с командованием макров и разбирается, это они к выполнению его приказов так наплевательски отнеслись. Кто-то тут решил прямые приказы короля игнорировать.

Рядом с нами ещё пару начальников находятся. Молчат, в наш спор и разговоры не вступают. Простые макры стараются, как можно быстрее через ворота проходить и не задерживаться там, где ругается их непосредственное начальство.

Вот только мне, на их начальство, абсолютно всё равно. Так об этом во всеуслышание и заявляю…

— У меня есть распоряжение короля, стать макром. Меня сюда, для этого и отправили, по его распоряжению. А вы мне тут чините непонятные препоны. Что ж… свидетелей того, что я пытался стать макром, для какой-то непонятной мне цели, которую преследует Его Величество, полно. Но теперь, всё. С меня хватит. Я в ближайшее время убываю обратно. — заявляю я.

— Как это, по приказу короля вы здесь… — удивляется, исполняющий обязанности, командира полка.

— А так. — отвечаю ему, смотря без страха на его, ставшее вдруг, очень озабоченным лицо. — Если у меня есть такой приказ на руках, то у вас, думаю, он тоже должен быть.

— Я ничего об этом не знаю… — обескураженным выглядит молодой начальник.

— А это уже ваши проблемы. — ухмыляюсь я. Резко я как-то спокойным стал. — После того, что я тут увидел, с чем мне пришлось столкнуться… Ну уж нет… меня теперь в макры даже на аркане не затянешь. Так что, я ухожу в отставку, даже не став настоящим макром, чему, признаюсь, я безмерно рад. Погощу тут, в вашем городе ещё немного. Осмотрюсь. Раз уж прибыл в эти края, стоит увидеть своими глазами все ваши местные достопримечательности. А, как будет такая оказия, с первым же караваном убуду обратно домой. А вы, господин толстый интендант, постарайтесь на будущее, следить за своим поганым языком, кому вы что говорите. Не я, так другой аристократ, вам его отрежет, вместе с головой. Всего хорошего, господа! Больше иметь с вами дела, у меня нет никакого желания…