Главная причина поражения восстания 1832 г. заключалась в том, что Вандея была умиротворена либеральной религиозной политикой, обеспечившей населению свободу культа. Поэтому в 1832 г. крестьянство Вандеи не откликнулось на призыв герцогини Беррийской и легитимистов. После крушения режима Луи-Филиппа в 1848 г. Вандея успокоилась. Несмотря на то что на территории бывшей Шуанерии еще сохранялись очаги напряженности, они не имели политического характера. Это были акты разбойничества, убийств и бандитизма.
Лидеры легитимистов отделались легким испугом. Беррье был арестован и препровожден в Нант, но судом присяжных под овации и крики «Браво!» был оправдан; Менара суд присяжных тоже оправдал; он добился от правительства разрешения быть при герцогине Беррийской в замке Блай, а после ее освобождения сопровождал ее в Италию, а потом в Лондон; маршал Бурмон эмигрировал в Португалию, где стал главнокомандующим в армии дона Мигела, потом жил в Швейцарии и Испании и вернулся во Францию после амнистии в 1840 г.; Сен-Прие был арестован, но освобожден через десять месяцев; Огюст де Ла Рошжаклен уехал в Испанию, где участвовал в карлистских войнах, а позже вернулся во Францию; Шарль де Бомон д'Отишан провел семь лет за границей; Шарль-Атаназ де Шаретт де ла Контри бежал за границу, а 12 июня 1834 г. был заочно приговорен судом присяжных Нанта к смертной казни за преступление против безопасности государства, жил в Лозанне, пока в 1841 г. Луи-Филипп не позволил ему вернуться; Жозеф Кадудаль также избежал преследований и дожил до 1852 г. Общие потери от военных столкновений составили более двадцати человек со стороны правительственных сил и более ста вандейцев.
Мария-Каролина Бурбон-Сицилийская, без сомнения, на протяжении пятнадцати лет, проведенных ею во Франции, была самой популярной дамой в стране. Со времени ее прибытия в Марсель в 1816 г. и вплоть до ее изгнания в 1833 г. она была любимицей прессы; в ее защиту выступали Шатобриан и самый прославленный адвокат эпохи — Беррье; она поражала воображение Александра Дюма, Виктора Гюго, Бальзака, а после ее пленения и распространения слухов о ее беременности Францию охватила настоящая дуэльная лихорадка: как правило, отношения выясняли журналисты, и о дуэлях между ними подробно рассказал на страницах своих воспоминаний Александр Дюма.
Романтичная, свободолюбивая, талантливая, покровительница искусств, Мария-Каролина не вписывалась в чопорное и церемониальное, будто затянутое в корсет, общество. Беспечная и щедрая, порой до расточительности, в эпоху бережливости и накопления, легкая, спонтанная, она была женщиной, опережавшей свое время...
И после поражения восстания во Франции циркулировали слухи, будто герцогиня Беррийская вновь готова продолжить борьбу. Якобы в марте 1834 г. ее видели недалеко от Нанта, а в мае 1836-го — в окрестностях Орлеана. Сообщали, что в июне того же года должно было вспыхнуть новое восстание. В ноябре 1840 г. вновь появились слухи, будто она скрывалась в Шамбоне, на территории Нижней Луары; в 1844 г. ее ожидали в Вандее. В 1847 г. утверждали, будто она там окажется следующей весной. Но все это были лишь домыслы. Мария-Каролина, как точно отметил Шатобриан, предпочла быть счастливой графиней Луккези-Палли, нежели несчастной матерью Генриха V.
В Граце, столице Штирии, Эктор и Каролина сняли особняк. В следующем году супруги приобрели поместье Брюнзее, в пятидесяти километрах от Граца, ставшее их летней резиденцией. Мужа Мария-Каролина называла исключительно «Пашой», и, если судить по письмам, которые она отправляла друзьям и прежним соратникам, она была счастлива с ним. В этом браке у Марии-Каролины родились еще три дочери: Клементина, Франческа, Мария Изабелла и сын Адинольфо. Эктор был не только любящим мужем и заботливым отцом, но и преданным сторонником дела Генриха V. Потом в семье появились тридцать два внука[281].
Герцогиня Мария-Каролина Беррийская пережила свою старшую дочь Луизу и мужа, умерших в 1864 г. с разницей в два месяца. Сама она ушла из жизни 16 апреля 1870 г., за несколько месяцев до поражения Франции под Седаном и крушения Второй империи. Уже при жизни она начала превращаться в легенду. А Вандея остается мифом до сих пор...