Зимою 1250 года, после трех с лишним лет отсутствия, св. Александр вернулся на Русь. Киевщина, на которую он получил ярлык, была опустошена. От Киева оставались только развалины. Св. Александр не поехал в Киев, а вернулся на свое новгородское княжение. Летопись кратко передает это: «Того же лета прииха князь Александр Ярославич из Орды в Новгород и рады быша Новгородци»^{76}.

Вскоре по возвращении в Новгород он тяжело занемог. Длинное путешествие по пустыням Азии подорвало его здоровье. «Бысть болезь его тяжка зело» — св. Александр был близок к смерти.

Эта болезнь поразила Новгород. Во всех церквах горело множество свечей, поставленных за его здоровье, служились молебны. Как в годы нашествий, вольный Новгород соединился со своим князем.

Св. Александр начал поправляться и вскоре совсем выздоровел. «Умножи Бог живота ему: бе бо любя чин церковный»^{77}.

В 1251 году приезжали в Новгород митрополит Кирилл и ростовский епископ Кирилл и поставили Далмата Новгородским епископом на место незадолго перед тем умершего Спиридона. Этим же летом прошли сильные дожди и затопили все пастбища и сенокосы и снесли большой мост через Волхов. Осенью ударили ранние морозы. Грозил голод, но Новгород перебился эту зиму с небольшими запасами прежних лет.

Эта зима, грозившая голодом, была последней для св. Александра на новгородском княжении. Причиной этому была ханская опала, которую Андрей навлек на себя неповиновением, и новое перемещение на княжеских столах.

Со времени покорения Руси татарами не сменилось еще ни одного поколения. Вся Русь надеялась на избавление от ига и была готова к восстанию. Стать во главе мятежа и избавить Русь от татар казалось каждому князю высоким и завидным уделом.

Андрей, сделавшись великим князем Владимирским и почувствовав свою силу, не устоял перед искушением стать освободителем Руси. Со своим зятем Даниилом Галицким он начал подготавливать восстание против татар.

Но ханы зорко следили за князьями. В самом Владимире нашлись изменники, недоброжелатели князя, которые донесли на него хану Сартаку, сыну и преемнику Батыя.

Действия татар были стремительны. За неповиновением следовали нашествие и разгром. Узнав о замыслах Андрея, Сартак двинул на него в 1252 году карательную орду под начальством ордынского царевича Неврюя и воевод Котяна и Алабуги. Андрей был слишком слаб, чтобы бороться с ордой. Но он все же наскоро собрал рать и храбро пошел против татар.

Неврюй неожиданно — «таящеся» — перешел брод через Клязьму под Владимиром и пошел к Переяславлю. В день памяти св. Бориса произошла сеча — «и бысть сеча велика, гневом же Божиим, за умножение грехов наших, погаными христиане побежени быша»^{78}. Андрей едва успел спастись и убежал в Новгород. Но новгородцы побоялись принять к себе провинившегося перед ханом князя. Андрей убежал в Псков, дождался там своей княгини и уехал в Колывань (Ревель). Оттуда он переправился с семьей в Швецию.

Разбив Андрея, Неврюй взял Переяславль. В систему татарского управления входила беспощадная кара восставшим. Город был разграблен. Татары убили находившуюся в городе жену Ярослава — младшего брата св. Александра, воеводу Ждислава и множество жителей.

Почти в то же время, когда орда Неврюя разбила русского князя под Переяславлем, на юге другая орда под начальством брата нового Хагана — Улагая — взяла приступом и разорила древний и прекрасный Багдад — столицу халифов. Последние наследники Гарун аль-Рашида были завернуты в ковры и растоптаны конями победителей.

Во время нашествия Неврюя св. Александра не было в Новгороде. Он снова ездил в Кипчацкую орду. С бегством Андрея за море освободился Владимирский стол. Св. Александр получил на него ярлык от Сартака и вернулся на Русь великим князем Владимирским^{79}.