Сегодня был День Эмбера. День Грея. Если точнее — его день рождения. В народе его ласково называли Днём Эмбера, потому что люди символически что-нибудь сжигали в честь разрушения, которым он заведовал.

Он пригласил меня на ужин вместе с несколькими другими, и я с радостью согласилась, но уже опаздывала.

— Прости! — крикнула я, врываясь через парадную дверь своего дома с большой коробкой в руках.

Я сразу прошла на кухню и поставила её на стол.

— Клянусь, я просто потеряла счёт времени. Дай мне десять минут.

Когда я торопливо вернулась в гостиную, Грей стоял у дивана, и я резко остановилась. Он был одет с головы до ног в чёрное. Рукава рубашки закатаны до локтей, верхние две пуговицы расстёгнуты, а брюки облегали изгиб его задницы так, что у меня в голове всё коротнуло.

Чёрт. У этого мужчины никогда не бывает неудачных дней.

— Тебе идёт, — выдавила я, надеясь, что это прозвучало непринуждённо.

— Будто ты этого раньше не знала, — сказал Грей, выпрямляясь.

Блеск мгновенно исчез.

— Самодовольный кусок дерьма.

Я прошла мимо него, чтобы собраться. На это ушло двадцать минут. Не те десять, которые я пообещала.

Розовое платье, которое я собиралась надеть, оказалось с загадочным пятном, которое я не смогла вывести, и вместо него пришлось выбрать чёрное атласное. Ткань мягко скользила по моим изгибам, а тонкие бретели перекрещивались на моей обнажённой спине. Перед тем как выйти из комнаты, я схватила кожаную куртку.

— Всё, клянусь, теперь я готова! — сказала я, покачиваясь на каблуках, возвращаясь в гостиную.

Грей развалился на диване, пока я остановилась перед ним, роясь в своей маленькой чёрной сумочке.

— Грей, — сказала я, поднимая взгляд и густо краснея.

— Что такое, Скотт? — Он быстро поднялся с дивана и направился ко мне.

Синий цвет его глаз сменился на чёрный, и я увидела, как ткань его брюк натянулась вокруг его члена.

— Тебе нужно немного взять себя в руки.

Нити его ауры потянулись ко мне, и он глубоко вдохнул.

— Я могу измениться, — сказала я, застыв на месте.

— Нет, — процедил он сквозь зубы. — Нет, в этом нет необходимости.

Он изо всех сил пытался вернуть контроль, но ухмылка всё равно прилипла к его лицу.

— Пошли, — сказал он. — Мы и так уже опаздываем.

Притянув меня к своему телу, он с помощью своей ауры перенёс нас в укромное место, на улице в квартале от ресторана.

— Ты уверен, что остальные не будут против моего присутствия? — спросила я.

— Ты моя гостья. К тому же ты ладишь с Эриком, Слоан и Игом. Уверен, тебе понравится Элва теперь, когда ты знаешь, что я на ней не женюсь.

Я толкнула Грея, и он обнял меня за талию, пока мы заходили в здание. Я не остановила его и не стала поправлять.

Когда мы подошли к столу, Элва поднялась, чтобы поприветствовать нас. Грей отпустил меня, чтобы обнять её, и она поцеловала его в обе щёки. Она протянула руки ко мне, но Грей встал между нами стеной.

— На тебе нет браслета. Думаю, сейчас в этом нет необходимости, — сказал ей Грей с лёгкой жестокостью в голосе.

— Прости. — В голосе Элвы звучало разочарование.

— Рада познакомиться, — сказала я, выглядывая из-за плеча Грея и улыбаясь.

Иг обхватил меня за талию и притянул к себе в объятия, и я подпрыгнула и пискнула от неожиданности. Засмеявшись, я обняла его в ответ. В тот момент, когда он отпустил меня, Грей снова притянул меня к себе, прежде чем Иг схватил уже его, и они начали дурачиться.

— С днём рождения, — сказал Игнасио. — И ещё раз напомню тебе: перестань уже задирать нос.

Мы заняли свои места за столом и заказали напитки, прежде чем пришли Эрик и Слоан. Грей поднялся и обнял их обоих. Когда он снова сел, я засмеялась и большим пальцем стерла помаду Слоан с его щеки.

— Почему вы так задержались? — спросила я, когда щека Грея снова стала чистой.

— Есть причина, по которой у них пятеро детей, — ответил Иг с ухмылкой.

Я поперхнулась глотком вина, и Элва шлёпнула Игнасио по руке.

— Мы уже здесь, — сказал Эрик, совершенно невозмутимый. — Закажем еду?

Для меня это было странное ощущение — сидеть за одним столом с Богами, ужинать так, словно между нами не лежала огромная пропасть божественности.

Меня никогда особо не волновали конкретные даты в календаре, и особенно День Эмбера. Месть казалась мне пустой тратой энергии, но вслух я этого не сказала. Я не была готова увидеть, как улыбка исчезает с лица Грея.

В течение вечера я остро ощущала присутствие Грея рядом со мной. Когда наши руки лежали на столе, мои пальцы сами тянулись к его руке. Грей не двигался, он лишь бросил на меня взгляд, и я поняла, что он оставляет решение за мной.

Я не могла понять, почему моя потребность в нём была такой сильной. Может быть, потому что мы сидели рядом с двумя другими парами, которые, казалось, отчаянно любили друг друга. А может, я просто перестала следовать правилам.

Между мной и Греем было нечто. Нечто большее, чем секс.

Мы оба не могли держаться друг от друга подальше, но при этом ни один из нас не поднимал тему слона в комнате.

Кончиками пальцев я коснулась его кожи, прежде чем переплести наши пальцы. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и меня накрыла волна покоя.

Мой взгляд скользнул к Эрику, и он посмотрел на наши руки, затем его голубые глаза встретились с моими, и я уже приготовилась к тому, что он взорвётся. Но вместо этого уголок его губ изогнулся в улыбке, и он едва заметно кивнул мне.

Возможно, он перестал пытаться держать нас порознь.

Я перестала пытаться держать нас порознь.

Остаток вечера я была расслаблена, мягко прижимаясь к Грею. Я снова и снова выводила на его ладони цифры один, четыре, три, пока кожа на подушечке моего указательного пальца не онемела. Это были цифры, вытатуированные на внутренней стороне моего левого запястья.

I.IV.III

В первый раз, когда я это сделала, он посмотрел с любопытством, но, не получив объяснений, продолжил разговор.

— Постарайся вести себя прилично, — прошептал Грей мне на ухо, когда на стол подали десерт.

Я повернулась к нему и прошептала в ответ:

— Не я изо всех сил пыталась взять себя в руки перед тем, как мы вышли.

— Справедливо.

Грей выбрал роскошный торт из тёмного шоколада. Он был насыщенный и почти чёрный, так что неудивительно, что он остановился именно на нём. Я выбрала десерт с лимоном и черникой. Когда я откусила кусочек, то специально постаралась держать себя в руках.

— Хочешь попробовать? — спросил Грей.

— Конечно.

Я потянулась к его тарелке, но он воткнул вилку в торт и протянул её мне. Я откусила и закрыла глаза, позволяя насыщенному вкусу растечься по языку, и это произошло прежде, чем я успела осознать. У меня вырвался стон.

Когда я открыла глаза, оказалось, что заметил это только Грей. Голубизна его радужек на мгновение потемнела до чёрного.

— Ты просто не можешь сдержаться, — сказал он.

Грей заправил прядь волос мне за ухо и посмотрел на меня сверху вниз.

Мне хотелось сократить расстояние. Мне нужно было сократить расстояние.

— Вам двоим стоит снять номер, — сказал Иг с другого конца стола.

Я быстро отстранилась от Грея и увидела, как Иг ухмыляется нам. Грей бросил в него салфетку, и мы снова вернулись к разговору.

К тому времени, как мы вернулись домой, я была благодарна возможности наконец снять каблуки. Ноги ныли с каждым шагом, пока я шла на кухню.

— Спасибо, что пригласил меня сегодня. Мне правда очень понравилось, — сказала я Грею.

Коробка, которую я принесла с собой раньше сегодня, стояла на кухонном столе.

— Чёрт, — пробормотала я. — Я забыла взять её с собой. Это тебе.

Я стояла у стола, а Грей остановился позади меня, почти не оставляя между нами пространства.

— Что это? — спросил он.

— Подарок. Вроде того. Трудно выбирать подарки Богу.

Он потянулся вокруг меня, обвивая руками мою талию, и снял крышку с коробки. Его аура достала торт и поставила его на стол. Он был украшен чёрно-золотым мраморным узором в его честь.

— Я думала, мы сможем съесть его все вместе, но я забыла взять его с собой, — сказала я, поворачиваясь к нему лицом.

— Спасибо, — ответил он.

Это было слишком. Тянущее ощущение в груди и потребность снова почувствовать его рядом с собой — всё это было слишком.

Мои ладони легли на его лицо, и Грей посмотрел на меня с любопытством, прежде чем я приподнялась на носки и поцеловала его. Прошла секунда, прежде чем он ответил, слегка прикусив мою губу, и я приоткрыла рот, впуская его. Наши языки встретились в жарком танце. Слишком давно я не ощущала этого горячего, тяжёлого желания.

Грей схватил меня за бёдра, притягивая вплотную к себе, и я почувствовала его эрекцию, упирающуюся в низ моего живота. Неловко, торопливо я стянула его пиджак с плеч и позволила ему упасть на пол.

Он увёл поцелуи от моих губ и медленно провёл ими вдоль линии челюсти, пока мои пальцы возились с пуговицами его рубашки. Грей добрался до моей шеи и втянул в рот кожу, заставляя меня запрокинуть голову навстречу ему.

— Я ждал достаточно долго, — сказал Грей.

— Но ты был таким примерным, — поддразнила я, тяжело дыша.

Грей зарычал на меня:

— Ты хоть представляешь, как, блядь, трудно каждую ночь лежать с тобой в одной постели и держать руки при себе?

Мои ладони скользнули вниз по его груди, пока я не нащупала пояс его брюк, вытаскивая рубашку наружу. Грей разорвал тонкие бретели моего платья, прикусывая изгиб моей шеи. Я тихо ахнула, прежде чем шёлковая ткань мягко осела у моих ног.

— Ты оставишь след, Грей, — предупредила я.

— Именно это я и собираюсь сделать.

Его руки прошлись вдоль моих обнажённых боков, и я задрожала под его прикосновениями. Мне отчаянно был нужен он.

Руки Грея поднялись к моей груди, его большие пальцы коснулись сосков, и моя спина выгнулась дугой. Мои собственные пальцы продолжали расстёгивать пуговицы его рубашки, прежде чем я столкнула её с его тела. Куча одежды у наших ног становилась всё больше.

Мои губы нашли его плечо, и я поцеловала кожу, втянула её в рот, но Грей тут же снова завладел моими губами.

Здесь не было ничего мягкого, нежного или бережного. Это была сырая, первобытная потребность друг в друге, которую мы слишком долго отрицали.

Одна его рука сжалась в моих волосах, углубляя поцелуй, и жар разлился между моих ног.

Я быстро справилась с пуговицей и молнией на его брюках. Грей сбросил туфли и носки, пока я стягивала брюки с его бёдер и позволяла им упасть. Он зацепил большие пальцы за резинку моих трусиков, а я провела ладонью по его члену, заработав удовлетворённый стон.

Кухня погрузилась во тьму его ауры, когда его контроль пошатнулся, он стянул боксёры, и мы остались полностью обнажёнными посреди моей кухни.

Я взяла его руку, ту, что не была запутана в моих волосах, и направила её между моих ног.

— Вечно такая нетерпеливая, Скотт, — сказал он мне.

— Я просто знаю, чего я —

Я не смогла закончить фразу, потому что Грей провёл большим пальцем по моему клитору, заставив меня застонать. Его другая рука обвилась вокруг моей талии, прижимая меня ближе, и на его лице появилась дьявольская улыбка. Я закинула ногу на его бедро, давая ему больше доступа, и он ввёл в меня палец.

— Чёрт, — выдохнула я, закрывая глаза, пока он двигал пальцами.

Я схватила его за запястье, чтобы остановить. Когда я подняла взгляд на Грея, его глаза были полностью чёрными, и я поняла, как сильно скучала по тому, каким он становится в такие моменты.

Сняв ногу с его бедра, я вытянула его пальцы из себя, подняла его руку и облизала их дочиста. Я опустилась перед ним на колени, не разрывая зрительного контакта. Мой язык коснулся его твёрдого как камень члена, и он прошипел от удовольствия. Обе его руки запутались в моих волосах, пока я обводила языком головку.

— Скотт, — сказал он хрипло. — Не дразни.

Я взяла его в рот, и мой смех пустил вибрацию вдоль всей его длины.

Грей хрипло застонал и надавил на мою голову, проверяя мой рвотный рефлекс. Глаза заслезились, пока я двигала головой, принимая его настолько глубоко, насколько могла, позволяя языку скользить вдоль него. Звуки его сбившегося дыхания и стоны заполнили комнату вокруг нас.

Когда его тело напряглось, когда движения стали более резкими, я выпустила его изо рта с влажным звуком. Я не хотела чувствовать его разрядку во рту. Я хотела почувствовать её внутри себя.

Грей отчаянно посмотрел на меня сверху вниз, когда я поднялась с колен.

Он грубо прижал меня к стене, удерживая на месте рукой, сомкнутой вокруг моего горла.

— Какого чёрта ты остановилась? — потребовал он.

— Мне нужно, чтобы ты был внутри меня, — ответила я, пытаясь перевести дыхание.

Грей облизнул губы и наклонился ближе, всё ещё удерживая ладонь на моём горле.

— Скажи, что это не разовая история.

Я снова закинула ногу на его бедро и прижалась к нему.

— Лучше сделай так, чтобы мне захотелось ещё.

Отпустив моё горло, Грей сжал мои ягодицы и поднял меня вверх. Моя спина ударилась о ледяную стену, заставляя меня выгнуться ему навстречу. Он без вопросов и без колебаний вошёл в меня, растягивая мою плоть под себя, и я прикусила его плечо, чтобы сдержать крик.

— Ты такая чертовски хорошая, — сказал Грей.

Он почти полностью вышел из меня, прежде чем снова резко войти, и я вскрикнула от того, насколько грубо он двигался.

Губы Грея снова нашли мои, и мои пальцы зарылись в его волосы, пока он удерживал меня на весу и задавал ритм. Мои ногти впились в кожу его спины.

— Чёрт, — прорычал он. — Я скучал по тебе.

Я понимала, что он имел в виду.

Никто не мог заставить меня чувствовать то, что заставлял чувствовать он. Ни один секс никогда не был таким мучительно удовлетворяющим, как с Греем. Ничто не давало мне ощущения целостности так, как подчинение ему.

Проклятия и стоны эхом разносились по кухне, пока он врывался в меня, а его рука скользнула между моих ног, двигаясь вдоль моих складок и намеренно обходя клитор, пока я не всхлипнула.

— Вот тот звук, который я люблю слышать, — самодовольно сказал он.

— Перестань, — выдохнула я. — Перестань быть таким жестоким.

Послышался низкий смешок, прежде чем он провёл пальцем по узлу нервов.

— Грей! — выкрикнула я его имя в чистом наслаждении.

Его аура удерживала меня на весу, освобождая обе его руки. Пока одна продолжала работать над моим клитором, другая перекатывала сосок, и от наслаждения у меня закружилась голова. Грей наклонился и прикусил второй сосок, прежде чем провести по нему языком.

— Не останавливайся, — умоляла я. — Пожалуйста. Пожалуйста.

Моя спина выгнулась от стены, и он не сбавил и не замедлил темп. Он прикусил мою грудь, и я снова всхлипнула. Завтра утром моё тело будет покрыто следами этой ночи, но мне нравилась сама мысль о напоминаниях — где он был и что присвоил себе.

Ещё несколько толчков, вместе с тем, как он продолжал тереться обо мне, заставили моё тело содрогнуться вокруг его члена, ноги сомкнулись вокруг талии Грея, удерживая его глубоко внутри. Я прижалась к нему, впившись зубами в его плечо, когда оргазм обрушился на меня.

Грей продолжал двигаться, прижимаясь ко мне, когда я слабо открыла глаза. Он застонал и укусил меня за шею, прежде чем его тело напряглось и задрожало, и он кончил в меня.

Мы оставались так ещё несколько мгновений, обвитые друг вокруг друга: влажные от пота тела и тяжёлое дыхание.

Медленно Грей коснулся моего лица, побуждая меня посмотреть на него. Его глаза уже возвращались к голубому цвету. Мои ноги устали и начали соскальзывать с его талии, и он вышел из меня прежде, чем мои ступни коснулись пола. Грей удерживал меня, пока мои ноги с трудом выполняли свою работу, а следы его удовольствия стекали по моим бёдрам.

Когда он заговорил, это был шёпот:

— Чего ты хочешь, Квентин?

— Тебя. — Ответ пришёл без раздумий.

— Я не могу дать тебе всё, чего ты желаешь.

Он имел в виду, что не может дать мне отношения. Он имел в виду, что не может позволить кому-либо узнать о нас.

Я знала это. Я знала всё это, и это должно было быть тревожными сигналами, потому что то, как он заставлял моё сердце биться быстрее, и то, что я не могла перестать думать о нём… Если он не мог дать мне этого, я должна была уйти от него, потому что я этого заслуживала.

Но я не могла. Я была готова принять любую кроху, которую он мог мне дать, потому что Грей был моим проклятием.

— Я знаю, — сказала я ему.

— Это меняет твой ответ?

— Нет. Я знаю, чего хочу.

Он прислонился лбом к моему лбу. Его голос был низким, глубоким и властным.

— Я не буду делить тебя ни с кем.

Моя рука поднялась и коснулась его лица.

— И не придётся. То же правило действует и для тебя.

Я уйду от Мэтта. Завтра я увижусь с ним и всё закончу. Я знала, что должна чувствовать вину из-за того, что это произошло, пока у меня есть парень, но не чувствовала. Он никогда не узнает, а я закончу всё до того, как это случится снова.

Грей кивнул мне и снова поцеловал.

— Я скучал по тебе.

Это казалось странным — слышать такое, когда мы жили вместе, разговаривали каждый день и каждую ночь проводили в одной постели, но я скучала по возможности иметь его вот так.

— Моя кухня теперь в полном беспорядке из-за тебя, — тихо сказала я.

— Это ты начала.

На моих щеках вспыхнул румянец.

— С днём рождения, Грей.

— С охуенным днём рождения меня.