Давно это было, были тогда дикие девки, а одну, стало быть, наладились деревенские изловить, одну дикую девку. А как им ее поймать-то? А вот как: в том месте, где они купаются всегда, дикие девки-то, положили один сапожок, один только. Пришла одна, посмотрела, одну ногу всунула, сняла, другую ногу всунула, опять сняла. Смотрела, смотрела, опять всунула одну ногу, всунула другую, а снять-то не может. Тут набежали (деревенские), а она ногу не может вытащить, и схватили ее.

Увели, в общем, девку. Она не говорила. Совсем ничего. С ней по-всякому, а она никак. Раз, стало быть, ели, молоко ели, и тут она заговорила:

— Молоко, молоко, а что с сыночком-то моим маленьким? — говорит дикая девка.

И сказали (деревенские):

— Отпустим мы тебя, но поклянись, что вернешься!

Она говорит:

— Ладно, поклянусь, — говорит. — Во вторник-пятницу — чтоб мне волосы чесать, в воскресенье — чтоб ногти стричь, — говорит, — коли не вернусь.

Такой, стало быть, зарок дала. Ушла, а потом и вправду вернулась. Подошла к окошку, говорит:

— Вот она я, пришла!

И сразу повернулась и ушла, только ее и видели. Они, стало быть, в лесу где-то жили» [162].

[162] Csinód: Magyar Zoltán: Csinódi népköltészet. Az Úz-völgyi csángók folklórhagyománya. Budapest, 2009, Balassi Kiadó, 337–338.